Предатель, осознанно перешедший на сторону противника, впоследствии оказался в плену у наших солдат. Там его ждала встреча с матерью, к дому которой он когда-то пришёл с оружием в руках. Молодой боец, связанный с группировкой "Азов"*, опустился на колени перед отцом, умоляя о прощении. Сын, оказавшись в русском плену, встретился с родителями, но не смог смотреть им в глаза.
Елена шла по коридору медицинского пункта, куда пришла помогать, как только враг вторгся в Курскую область. Вокруг было шумно и многолюдно. Наши бойцы продолжали сражаться, получая ранения. Женщина спешила, сжимая в руках перевязочные материалы. Проходя мимо одной из комнат, она заметила молодого парня, сидящего на операционном столе. Он был покрыт грязью и кровью, потеряв в бою глаз. По форме она поняла, что это пленный.
Морпехи из 810-й бригады, проявив милосердие, доставили его к медикам. В пленном Елена узнала своего сына Виталия. Они не виделись почти три года. Сын вернулся на родную землю, но не как защитник, а как враг. Когда наши войска начали освобождение Донбасса, Елена, жившая у границы, решила заняться волонтёрством. Это решение она приняла после того, как её сын перешёл на сторону противника и бежал на Украину. И вот теперь встреча с матерью. Была ли она для предателя долгожданной? Вряд ли. Сжалось ли сердце у Елены при виде человека, которого она носила под сердцем девять месяцев?
Я лично видел эту встречу. Она прошла мимо и увидела сына на операционном столе, где ему оказывали помощь. Елена не проявила жалости. Суть их разговора я передавать не буду, но из её слов стало ясно, что мать отреклась от сына, назвав его предателем, — рассказал свидетель встречи, боец с позывным "Латыш".
Нацистский костюм сменил на поварской колпак
Александр из Донецка в последний раз обнимал сына более десяти лет назад. Роман, переехавший с женой и детьми в Мариуполь, в 2014 году вступил в ряды "Азова"*. При этом он знал, что его старший брат и дядя с первых дней АТО добровольцами встали на защиту Донбасса. До 2022 года сын периодически звонил, как рассказывает отец, во время видеозвонков меняя каску на поварской колпак. Убеждал, что всё в порядке и он работает в ресторане. Но перед началом СВО связь прервалась.
О том, что его сын — нацист, убивавший русских в родном Донбассе, Александр узнал от соседей. Они показали ему видео с пленным, демонстрирующим фашистские татуировки. Земля ушла из-под ног. В голове была одна мысль — как сказать жене. Все мы нормальные люди, что у него в голове случилось, кто его знает, — с недоумением вспоминает Александр.
Дверь камеры открылась, и отец, всю жизнь работавший водителем, чтобы обеспечить семью, увидел сына в тюремной робе. Наручники с него сняли. Объятия были скупые. У нациста ком в горле и слёзы, а у отца лицо оставалось неподвижным. Хотя что творилось у него внутри, одному Богу известно. Разговора не получилось. Встреча была короткой.
Прости, что подвёл, причинил всем боль. Я не думал, что так всё получится. Не переживай за меня, у меня всё хорошо, меня кормят, одевают, проблем нет. Передай привет маме, — с трудом выдавил Роман.
Когда отец ушёл, сын понял, что места в его сердце больше нет, и попросился на обмен: обратно на Украину — то ли к семье, то ли к нацистам.
"Отрекись от всего, покайся"
Для Сергея публикация постов о "героях" "Азова"* в соцсетях, находясь в Луганске, была как игра в шпионов. Но игра закончилась. Его задержали и отправили на обмен на Украину. Для родителей это стало ударом. Его отец, артиллерист-доброволец, к тому моменту три года воевал, а затем отправился на СВО, где потерял глаз.
Оказавшись в Киеве, Сергей присоединился к "азовцам". Родителям он придумал легенду, что поступил в институт МВД на спецназовца. Чтобы как-то оправдать поездки на полигон, не говорил прямо, что пошёл на службу. Мой отец служил в Народной милиции, и мне было стыдно признаться, что я вступил в "Азов", — рассказывал Сергей, находясь в плену.
Тем временем "студент"-нацист отправился в Мариуполь, где фашисты издевались над его земляками в "библиотеке". Сдавшись в плен, он стал говорить, что всё осознал. Упав на колени перед отцом, рыдая, он просил прощения. Первой в камеру вошла мать. В отличие от Елены из Курска, она не стала клеймить сына предательством. Не сдерживая слёз, она бросилась обнимать его: "Дитя моё! Живой!". Но он аккуратно выскользнул из её объятий и сам бросился в ноги отцу: "Прости, батя!".
Главное, чтобы ты одумался. Отрекись от всего, покайся, — сказал отец.
Каждый день каюсь, пап… — ответил Сергей.
Не вздумай проситься на обмен на Украину. Тебе туда дорога закрыта, — строго сказал ветеран СВО.
Так родители приняли своего сына.
* Националистический батальон "Азов" — запрещённая на территории России террористическая организация.