Встречая меня, хромающего, мой давний знакомый всегда задавал мне один и тот же вопрос: «Как здоровье?». И я, стараясь быть вежливым, привычно посвящал его в детали беды, постигшей меня на медицинском фронте. «Держись! − ободрял он меня, расставаясь, и дружески похлопывал меня по плечу. – Бывает хуже». «Куда хуже? – думал я, провожая его недоумённым взглядом. – Тебе бы мои муки, посмотрел бы я на тебя, сострадающего». В конце концов – виделись мы часто – его показное сочувствие порядком мне надоело, и я решил его проучить.
Когда наши дороги пересеклись в очередной раз и он задал мне набивший оскомину вопрос, я неожиданно для него заявил, что с некоторых пор здоровье стало моей любимой темой, и начал вводить его в круг моих медицинских забот с подчёркнутой основательностью. Знакомый долго и внимательно меня слушал, сочувственно кивая головой, посмотрел даже мои рентгеновские снимки, которые я предусмотрительно захватил с собой, и, наконец, измученный моей щепетильностью, извинился и поспешил удалиться по своим делам. «Доскажу при следующей встрече!..», − нарочито громко прокричал я ему в след.
Спустя некоторое время мы могли бы встретиться вновь, однако не встретились. Завидев меня ещё издали, знакомый почему-то торопливо перешёл на другую сторону улицы. Я с облегчением вздохнул: «Получилось!».
Опираясь на тазобедренный,
или Медицинское оптимистическое
(Шуточное)
Обвалилось лавиной здоровье –
перестала работать нога!..
Не спасёт молоко коровье,
не вернётся поток в берега.
ОМС призову на помощь,
стану мази активно втирать…
Я живой и совсем не овощ –
надо жить и себя спасать.
Провожая сынов на Землю,
не скрывая влажных очей,
обещал Господь не медлить
и хороших послать врачей.