Здравствуйте, коллеги-киноманы. С 26 декабря в прокате стартует "Последний ронин", в котором режиссёр Макс Шишкин показывает, как он умеет выстраивать кадр и не умеет писать диалоги.
Экспозиция такова: крутой боец соглашается помочь девушке-подростку. Ей нужно дойти из пункта А до пункта ХЗ, а боец этот крут настолько, что умеет ладить даже с подростками. В общем, оригинальный сюжетный заход для тех, кто не смотрел "Леона" и десятки подражаний.
Боец, как и полагается - человек без прошлого (ну почти). В лучших традициях вестернов Сержио Леоне. Молча пришёл, молча всех перебил, сплюнул и пошёл дальше. Молча. Решение оригинальное... было лет 60 назад.
Да и не молчит герой. Даже наоборот - чуть что, начинает спутнице (и зрителю) про законы мира рассказывать, хотя никто у него ничего не спрашивал. И чем больше у него не спрашивают, тем больше он рассказывает.
Рене Клер как-то сказал: "Бедствием немого кино были ненужные титры, бедствием звукового стали ненужные диалоги". Макс Шишкин демонстрирует весь масштаб этого бедствия. Если бы в фильме не было монологов и диалогов, он бы от этого только выиграл. Люди куда-то идут, иногда с кем-то дерутся, снова идут, совершают непонятные действия. Без объяснений мозгу было бы интереснее всё воспринимать - трактовать по-своему. Было бы интереснее.
Сюжет тоже в сторонке не отсиживается, а старается отобрать у диалогов пальму первенства. События фильма делятся на два типа. Первый - Шишкин придумал событие, а потом пытается впихнуть глобус в сову его в сюжет и логику своего мира. Второй - Шишкин поиграл в Outlast и решил: нужно в фильм скопировать пару сцен. Сюжет это, правда, двигать не будет, героев развивать тоже, но если могу, чего бы не сделать? Между этими событиями в конвульсиях бьются законы драматургии и элементарная логика. Бьются и умоляют их пристрелить. Зритель, кстати, их прекрасно понимает. Но режиссёр неумолим - он тащит упирающегося зрителя дальше, каждой последующей сценой как бы говоря: смотри, как я умею.
Тут, кстати, следует отметить, что картинку он и правда умеет. Планы, цвета, объекты в кадре - всё очень красиво. Но вот сюжет и диалоги сводят на нет усилия всех людей, которые работали над изображением.
Впрочем, заядлые киноманы, чтобы заглушить зубную голь от топорных диалогов и нелепых поступков героев, могут считать отсылки к другим фильмам - отвлекает здорово. Благо, этих отсылок тут хватает: "Терминатор", "Дорога", "Ходячие мертвецы", "Шестиструнный самурай" и т. д. Будто режиссёр не свой фильм снимает, а показывает, сколько чужих он пересмотрел.
Более того, увлекшись неведением марафета на кадр, Шишкин забыл, что и с актёрами работать нужно. В результате даже столь любимый мной Юрий Колокольников в кадре совершенно деревянный. Артист замечательный, но не в этот раз.
Из актёров могу выделить одного только Даниила Воробьёва. Он с самым серьёзным выражением лица валяет в кадре дурака и явно получает массу удовольствия от собственного персонажа. Жаль, что его герой присутствует на экране от силы минут двадцать - сцены с его участием хоть ненадолго выводят пятна скуки с этого фильма.
Когда я работал в ЦУМе, у нас ходила шутка: любая чушь, написанная золотыми буквами на чёрном фоне, смотрится премиально. То, что мне понравится персонаж Воробьёва, я понял, когда он золотые рёбра водрузил поверх чёрного одеяния. А, может, Воробьёв тоже работал в ЦУМе?
В общем, красивые кадры и феерическое появление Воробьёва совершенно не спасают фильм Макса Шишкина. Порой некоторым лентам я даю характеристику: кино прекрасное, если на время просмотра отключить голову. С "Последним ронином" даже такой подход не работает. То есть "так плохо, что уже хорошо" - не этот вариант.
Благодарю за внимание.