Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10. Глава 11. Глава 12. Глава 13. Глава 14. Глава 15. Глава 16. Глава 17. Глава 18. Глава 19. Глава 20. Глава 21. Глава 22. Глава 23. Глава 24. Глава 25. Глава 26. Глава 27. Глава 28. Глава 29. Глава 30.
Глава 31.
-1-
Агата подошла к шкафчику, открыла его и достала письменные принадлежности. Пока Каюм, весёлый и довольный, одевался, она села за стол и, взяв в руки перо, быстро написала короткую записку своей няньке Матрёне.
В записке Агата просила Матрёну присмотреть за домом и хозяйством в её отсутствие. Девушка не знала, когда вернётся, но чувствовала, что их команду ждет новое задание.
Закончив писать, Агата посыпала лист бумаги речным песком [1] из сосуда-песочницы, аккуратно сложила записку и положила её на видном месте, рядом с кувшином с остатками кваса.
Затем она повернулась к Каюму и улыбнулась ему.
— Я готова, — сказала она. — Можем идти.
Каюм улыбнулся в ответ и кивнул. Они вышли из дома, и Агата закрыла дверь на замок, а ключ положила над притолокой. Затем они быстро выбежали за калитку ограды.
Оглядевшись по сторонам и засунув два пальца в рот, Агата издала пронзительный свист, который был слышен, наверное, на всю улицу. Каюм с удивлением посмотрел на неё:
— Где ты научилась так свистеть?
— На голубятне! — коротко ответила Агата.
Буквально через минуту на улице раздался скрип тележной оси и цоканье копыт, а затем на дороге показался огромный серый конь, запряжённый в телегу.
— Ого! — воскликнул Каюм.
— И ничего не "ого", — отозвалась Агата, — это першерон[2] дяди Трифона. Дядя Трифон у нас дрова возит для всей улицы, а еще он работает грузчиком в порту.
— И мы что, поедем на першероне? — спросил Каюм.
— Ну, это лучше, чем пешком! — резонно заметила Агата.
— Здравствуй, Агатушка! — крикнул ей возница, нестарый еще человек лет сорока с густой черной бородой, такими же черными бровями и абсолютно лысой головой.
— Дядя Трифон, нам бы в город, нам бы срочно!
— Агатушка, домчу быстро, прямо с ветерком!
— А ваш першерон еще и с ветерком может?
— Мой Братка еще и не это может, — гордо заявил мужик, — Давайте садитесь скорее, если вам прям срочно надо.
Каюм и Агата быстро запрыгнули в телегу. Агата, обильно жестикулируя, объяснила дядьке Трифону, куда именно им нужно попасть в городе. Возница кивнул, выругался крепким матом, и конь рванул к деревенской околице, как стрела, выпущенная из лука.
Солнце давно уже скрылось за горизонт, и Агата и Каюм всматривались в сизые сумерки. Они сидели в телеге, держась за края, и ветер бил им в лица.
После пылких объятий и любовных утех их обоих клонило в сон; однако тряска на першероне не позволила даже на мгновение сомкнуть веки .
— Ну и конь у вас, дядя Трифон! — крикнул Каюм, стараясь перекричать грохот колес и цоканье копыт.
— Братка — не конь, а зверь, — ответил возница, обернувшись к Агате и Каюму. — В прошлом году он телегу со сто двадцатью четырьмя пудами муки из города привез.
— Вот это да! — воскликнула Агата, её глаза горели восторгом.
Дядя Трифон кивнул и, прищурившись, снова начал смотреть вперед, всматриваясь в сумерки.
— Ну-с, скоро приедем, — прокричал он. — Город уже виднеется за лесом.
Не прошло и получаса, как Каюм и Агата достигли перекрёстка, где условились встретиться со своими товарищами.
Сойдя с телеги, Агата протянула какую-то монетку дядьке Трифону. Тот, взяв деньги и выругавшись на коня крепким словцом, натянул вожжи. Могучий першерон, выбивая дробь копытами, устремился обратно на Охту. Ещё долго после этого в воздухе слышался перестук деревянных колёс телеги.
– 2 –
— Кажется, мы здесь первые, — произнёс Каюм, оглядываясь вокруг.
Не успел он договорить, как из-за угла дома показались фигуры поручика Ларссона и графа Азарса. Их голоса прозвучали неожиданно громко и весело:
— О нет, вы не первые.
Агата, сперва рассмеявшаяся, вдруг замерла, её лицо сделалось серьёзным и напряжённым:
— А где баронесса?
Ларссон ответил с тонкой улыбкой:
— Она постояла с нами некоторое время, а потом ей вдруг пришла в голову мысль отметить наш грандиозный провал и то, как легко нам удалось избежать наказания. Баронесса отправилась в ближайший кабак за шампанским.
Агата подхватила его слова с воодушевлением:
— Это превосходная идея! Нам также непременно нужно отпраздновать награждение баронессы Орденом Святого апостола Андрея Первозванного!
В этот миг из сумерек действительно показалась Кристина фон дер Вальд. В её руках было по две бутылки шампанского.
— Ну что, все в сборе? — голос баронессы звучал весело и беззаботно. — Ну, тогда двинулись вперёд!
Андрис, Ингвар и Агата приняли из рук Кристины бутылки, и вся дружная компания, смеясь и болтая, направилась к зданию резиденции Походной посольской канцелярии.
Они выбрали самый короткий путь, но он оказался не только самым коротким, но и самым грязным. Через каждые десять-пятнадцать шагов на их пути попадались таверны, где собирались матросы. Матросы, с раскрасневшимися лицами, пели песни, а иногда даже начинали драку. В воздухе витало зловоние перегара и рыбы, смешанное с запахом дешёвого табака.
— Вот тебе и кратчайший путь, — пробормотал Андрис, пытаясь увернуться от очередной лужи.
— Лучше бы мы пошли в обход, — поддержала его Агата, осторожно обходя какой-то комок грязи.
Кристина, с бутылками шампанского в руках, шла впереди, смеясь и что-то напевая себе под нос. Её шаги были уверенными, а настроение — приподнятым.
— Не обращайте внимания, — сказала она, обернувшись к друзьям, — мы уже почти пришли. Нам до всего этого не должно быть никакого дела, лучше обратите внимание на небо и на этот чудеснейший закат!
______________
© Канал "Красная Палатка"
________________________________________________
Является интеллектуальной собственностью авторов.
Запрещается без разрешения авторов цитирование, копирование как всего текста, так и какого-либо фрагмента данной главы.
Все персонажи вымышленные, совпадения случайны.
Примечания:
Примечания:
1.В старину чернила на бумаге посыпали сухим тонко просеянным речным песком. Для этого в письменных приборах существовали особые сосуды — песочницы. С 18 века чернила на бумаге начали присыпать тальком.
2. Першерон — тяжеловозная крупнорабочая скороспелая порода лошадей.
Выведена в начале XVII века во Французском королевстве путём скрещивания восточных, главным образом, арабских жеребцов с местной упряжной породой тяжёлого западного типа.
Эта порода сильная, рослая, пригодная для работы шагом и умеренной рысью. Высота в холке до 175 сантиметров, типичная масть — серая, но встречается и вороная.
Предназначены для работ, требующих особой силы и выносливости. Также широко применимы для конных прогулок из-за особенно мягкого хода.
Сейчас в России лошади першеронской породы выращиваются только в Ульяновской области на Октябрьском конном заводе.