Мне нравится углубляться в биографии людей, оставивших след в истории. На уроках литературы нас всегда учили, что перед тем как анализировать произведение, важно понять его автора, изучить его биографию, психологический профиль и контекст, в котором он творил. В случае с Ювачёвым это задача непростая, но я постараюсь справиться. На днях я прочитал книгу, которую в конце порекомендую, так как она о реальной жизни…
Кто такой Даниил Хармс? Это символ хаоса, творчества и непредсказуемости, человек, который не желал мириться с общепринятыми законами природы.
Хармс видел мир через призму абсурда, что делало его творчество непонятным для многих.
Биография Даниила Хармса необычна и странна, что отражает его абсурдные произведения. Он описывал свое рождение метафорически: «Я сам родился из икры. Тут даже чуть не вышло печальное недоразумение. Затем зашел поздравить дядя, это было как раз после нереста, и мама лежала еще больная. Вот он и видит люльку, полную икры, а дядя любил поесть. Он намазал меня на бутерброд и уже налил рюмку водки. К счастью, вовремя успели остановить его, потом меня долго собирали». Это описание подчеркивает его отдаленность от реальности.
Даниил Ювачев обладал высоким интеллектом, был образован и интересовался религией, философией и психологией. Он придумал себе псевдоним, который можно интерпретировать с французского как «Шарм» (обаятельный), а с английского — как «Харм» (вредитель). Он объяснял его как "обаятельный вредитель", что прекрасно отражает его творческий подход и философию.
«Вчера мне папа сказал, что пока я буду Хармс, меня будут преследовать нужды. Даниил Хармс».
С точки зрения профайлинга, Хармс был шизоидом истероидного плана. Это акцентуации характера. В сентябре 1939 года, чтобы избежать призыва в армию, Хармс решает притвориться шизофреником. В результате его отправляют на принудительное лечение в психиатрическую больницу с диагнозом шизофрения. Хотя он действительно обладал ярко выраженными чертами шизоидной личности, шизофреником он не был.
Он был суеверным: выходил из трамвая, если в билете попадалась цифра шесть, или возвращался домой, когда видел горбуна. Человек с веснушками для него означал удачу, а молоко на даче он пил только при условии, что все окна и двери были закрыты. Это, безусловно, было эпатажем, но Хармс воспринимал его как часть реальной жизни.
Однажды он придумал для себя образ, который пытался сохранить на протяжении многих лет. Его описывали как высокого человека, сильно сутулящегося, с лицом ровного серого цвета. У него были голубые глаза, русые волосы, гладко зачесанные назад и низко опускающиеся хвостиками на воротник. Он любил хмуриться, между бровей у него была глубокая складка. Постоянной принадлежностью его лица была маленькая трубка; он часто гладил свою переносицу согнутым указательным пальцем средней руки.
Хармс всегда носил гольфы, высокий воротник, галстук типа пластрон и булавку в виде подковы. Его ботинки всегда были чистыми, он был очень опрятен.
В его комнате было много непонятных вещей: различные пружинки, на которых что-то весело, коробочки, ленточки, эмблемы. Там находилось множество книг и старинных манускриптов. Окна были заклеены бумагой, а воздух наполнял дурной запах. Это был обычный эпатаж. Рок-н-рольщик или вернее панк в мире литературы.
Однажды Хармс пришёл в гости и начал при всех снимать брюки, чем поверг в шок присутствующих дам. Оказалось, что под этими брюками на нём были надеты ещё одни.
У Хармса была странная привычка — он часто стоял обнажённым у окна. Из-за этого соседи не раз вызывали милицию.
Он пытался оторваться от реальности и жил в придуманном мире.
В 1927 году Хармс знакомится с Самуилом Яковлевичем Маршаком, который предлагает ему писать стихи для детей. Произведения Хармса начинают печататься в популярных детских изданиях, таких как «Чиж» и «Ёж». Помимо стихотворений, он публикует рассказы, рисует карикатуры и создает головоломки, которые с удовольствием разгадывают как дети, так и родители.
Времена были сложные. Из-за книги «Озорная пробка» Даниила Хармса арестовывают за пропаганду антисоветской литературы, и его высылают в Курск. Однако через некоторое время детского писателя Ювачёва все же освобождают из ссылки, и он продолжил свою писательскую деятельность. Во всем его творчестве наблюдается бунтарство, в том числе и по отношению к классической идеализированной литературе. Дело в том, что в 20-30-е годы русские литераторы постепенно начинают превращаться в иконы, в идеальных людей, которые когда-то написали великие произведения. Ивачев с этим был не согласен. Он подрывал литературный культ личности. Авторитетов нет. В мире никто не владеет истиной в последней инстанции.
Ювачёв пользовался большой популярностью среди женщин и всегда вызывал у них интерес. Однако он продолжал мечтать о женщине, которая стала бы для него не только женой, но и соратником, другом и опорой. Его избранницей стала Марина Малеч, девушка сербского происхождения, родившаяся в доме князей Голицыных на набережной Фонтанки. Она была весёлой, с горящими глазами, темпераментной и отзывчивой. У них не было традиционной свадьбы; они просто пришли в ЗАГС и расписались. Марина во всем поддерживала Ювачёва и подыгрывала ему.
«Однажды ночью я спала, и Даня разбудил меня, сказав, что мы будем охотиться на крыс. В доме не было никаких крыс, но он придумал, что мы будем за ними бегать. Для этого нам нужно было одеться по-особенному. Я уже не помню, что надела и что надел Даня, но помню, что это было что-то оборванное. В этом виде мы должны были гоняться за крысами, которых у нас не было».
«Он был единственным в городе, кто носил короткие штаны, под которыми виднелись гольфы или гетры. Его эксцентричные привычки не мешали окружающим видеть его душевную простоту».
Подруга Марины Малеч описала такую историю: «Однажды я с ужасом увидела, что чудесная коса Марины исчезла, а волосы лежат на щеке. В чем дело? Даня сказал, что волосы могут попасть в щи. Вот так она отреагировала на шутку — обрезала себе волосы. Даня сказал: "Закон во всем".»
1936 год стал проблемным в жизни Хармса: то, чем он занимался, перестало приносить деньги, и семья начала жить на грани нищеты.
«Мы жили только на те гонорары, которые получал Даня. Когда ему платили, тогда мы и ели. Мы всегда жили впроголодь. Часто бывало, что нечего было есть. Однажды я не ела три дня и уже не могла встать. Я лежала на тахте у двери и услышала, как Даня вошел в комнату и сказал: "Вот тебе кусочек сахара, тебе очень плохо". Я начала сосать этот сахар и была настолько слабой, что могла только сказать: "Мне немножечко лучше"». Она оставалась с ним до самого его конца.
23 августа 1941 года его арестовали. Марина долгое время вообще не знала, в какой тюрьме он находится. В декабре ей сообщили о его местонахождении, и она дважды приносила ему передачи. Когда она пришла в третий раз, ей сообщили, что ее муж умер. Сама она скончалась в 2002 году на девяностом году жизни. Она написала книгу «Марина Дурново. Мой муж Даниил Хармс».
p.s. Хармс иногда любил ходить зимой с зонтом. В этом действительно что-то есть…