25.12.2024 • Владимир Петровский, доктор политических наук, действительный член Академии военных наук, главный научный сотрудник Института Китая и современной Азии РАН
Драматическая ситуация в Сирии, включая свержение Башара Асада, не может не привлекать внимания всех, и Китай тоже не остается в стороне. "Китай продолжит поддерживать сирийский народ, поможет Сирии защитить свой суверенитет и восстановить стабильность", - заявил на днях министр иностранных дел Китая Ван И. Он также отметил, что Китай выступает против того, чтобы террористические группировки воспользовались возможностью, чтобы создать хаос в стране.[1]
Казалось бы, Сирия и Китай далеко друг от друга. Однако нынешние китайско-сирийское отношения, связи между двумя народами существуют столетия. Китайская цивилизация насчитывает несколько тысячелетий, и китайские интересы в Сирии датируются еще античностью: древний китайский Шелковый путь пролегал через Среднюю Азию и далее в Пальмиру и Дамаск.
Недавно, в сентябре 2023 г. Пекин и Дамаск установили отношения стратегического партнерства, по итогам встречи председателя КНР Си Цзиньпина и тогда еще сирийского президента Башара Асада. Лидеры двух государств подписали несколько документов о двустороннем сотрудничестве, в частности о совместном развитии инициативы "Один пояс - один путь", экономических обменах и развитии, а также экономическом и технологическом сотрудничестве. В совместном заявлении по случаю установления отношений стратегического партнерства говорилось: "Китай выступает против незаконного военного присутствия в Сирии, проведения незаконных военных операций, незаконного разграбления природных ресурсов».[2] Это политическая декларация двусторонних отношений.
В 2015 г. Пекин с пониманием отнесся к действиям России в Сирии, куда российские военные были приглашены сирийским правительством. В китайском обществе и прессе тогда шли дискуссии о том, не стоит ли и КНР подключиться к борьбе с «Исламским государством». Сирия была (и остается) местом притяжения джихадистского интернационала, в том числе, Исламского движения Восточного Туркестана, группировки, выступающей за отделение Синьцзяна от КНР и создание на его территории исламского государства. У них в Сирии были и есть свои базы, где располагаются центры подготовки боевиков. Уже тогда Китай был заинтересован в том, чтобы покончить с ними, пока они находятся в Сирии, и не дать им вернуться в регион.[3] Но это расходится с традиционной политикой КНР на внешнеполитическом треке.
Китай уже давно зарекомендовал себя как дипломатический посредник на Ближнем Востоке, а во время гражданской войны в стране Китай стал важным дипломатическим защитником Сирии. Россия и Китай регулярно блокировали резолюции в Совете безопасности ООН, направленные против законного правительства. КНР 10 раз накладывала вето на резолюции ООН, при том, что за предыдущие 50 лет она воспользовалась правом вето всего шесть раз.[4]
На протяжении последних лет двусторонние отношения вписывались в усилия Китая по продвижению не только геополитических, но, прежде всего, геоэкономических интересов в регионе Ближнего Востока, в том числе в странах «шиитского пояса», включая Сирию. Хотя Китай является крупнейшим торговым партнером Сирии, для Пекина объемы этой торговли были незначительны по сравнению с другими региональными партнерами, особенно Саудовской Аравией и Ираном. Однако в январе 2022 года Сирия присоединилась к китайской инициативе "Один пояс, один путь", что сделало ее важным звеном в этом мегапроекте. Китай в последние годы также проявлял интерес к инвестициям в сирийские железные дороги, шоссе, морские и воздушные порты, а также в нефтегазовый сектор, и особенный интерес проявлялся к сирийским портам Тартуса и Латакии, которые обеспечили бы китайским товарам и грузам выход в Средиземное море и доступ к Европе в рамках Инициативы Пояса и Пути.
Китайское влияние в регионе заметно выросло, опираясь на Инициативу Пояса и Пути. Но смена политической и военной обстановки в регионе, которая уже происходит из-за свержения Башара Асада, а также подключения различных соседних и внерегиональных акторов к попыткам повлиять на судьбу Сирии, может потребовать от Пекина пересмотра своей ближневосточной стратегии. Весьма важно – как Китай отреагирует на эти вызовы и чью сторону займет в многоликом региональном раскладе интересов. Сейчас, когда территориальная целостность и суверенитет Сирии под угрозой, Китай будет вынужден заботиться защите своих экономических интересов. Происходящие перемены без сомнения задевают его главный экономический проект, что, скорее всего, заставит КНР, учитывая его геополитический вес, быть активным участником, влияющим на будущее Сирии.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
Читайте другие материалы журнала "Международная жизнь" на нашем сайте.
Подписывайтесь на наш Telegram – канал: https://t.me/interaffairs