В 1963 году вместе с "Красной шапочкой" Борис Степанцев отрисовывает для "Диафильма" еще одно классическое детское произведение - "Муху-Цокотуху" Корнея Чуковского.
Сегодня эту сказку педагоги критикуют за излишнюю жестокость, пагубно отражающуюся на психике детей-снежинок, а тогда и родителям, и детям казалось, что все нормально.
Даже расчлененка дошколят не травмировала.
В следующем, 1964 году, Борис Степанцев сделал диафильмом сказку Важдаева "Король-подпасок".
Виктор Моисеевич Важдаев, третий сын известного философа и педагога М. М. Рубинштейна, был этнографом, изучавшим дальневосточных гиляков и писателем сказочником. У него была интересная специализация - именно Важдаев был главным в Советском Союзе обработчиком и пересказчиком народных сказок и легенд. Библиография сказочника практически полностью состоит из вот таких изданий:
- Важдаев В. М. Волшебная калебаса: По мотивам сказок зулу: Африка. — М.: Малыш, 1970.
- Важдаев В. М. Волшебная птица : По мотивам латыш. нар. сказок. — М.: Малыш, 1978.
- Важдаев В. М. Волшебные спицы : По мотивам нем. нар. сказок. — М.: Малыш, 1976.
Но, как мы видим, сочинял и собственные.
Как я уже говорил, поначалу Борис Степанцев четко выдерживал норму "один-два диафильма в год".
В 1965 году он вновь берется за классиков. Правда, на сей раз — за живых. И рисует диафильм по сказке "Три поросёнка", автором которой, как нам не устают повторять, в СССР значился жадный Сергей Михалков.
Хотя на самом деле формулировка была немного деликатнее - "по английской сказке в пересказе Сергея Михалкова". И это действительно так, истоки сюжета «Трех поросят» лежат в английском фольклоре, а литературные версии известны с XIX века - как минимум, с книги «Детские стишки и истории» («Nursery Rhymes and Nursery Tales»), изданной в Лондоне в 1843 году.
И, кстати, именно для этого пересказа Михалков-старший придумал стишки, намертво вошедшие в русский язык.
"Нам не страшен серый волк", конечно же. У Диснея, напомню, поросята не хвастались, а спрашивали: "Who’s afraid of the Big Bad Wolf? (Кто боится большого злого волка?).
1966 год. Вновь почти классики, хотя и современники. Л. Пантелеев, "Две лягушки. Трус".
Для этого диафильма Борис Степанцев иллюстрировал только первую новеллу Алексея Ивановича Еремеева (как известно, именно это имя было записано в паспорте писателя Л. Пантелеева) - про двух лягушек.
Ну, вы помните. Гуляли в погребе, упали в кувшин со сметаной, никогда не сдавайся, все дела, работай лапками без устали, и вот уже сбитая в масло сметана.
Мне, правда, всегда было интересно - а вот если бы в кувшине оказалась не сметана, а вода?
Подлый вопрос, согласен.
Ну и завершим мы сегодняшний вернисаж диафильмом 1967 года, сделанным художником Борисом Степанцевым по мультипликационному фильму Бориса Степанцева "Вовка в Тридевятом царстве".
Я уже говорил, что режиссер никогда не копировал свои мультфильмы в диафильмы по принципу "один в один". "Вовка" исключением на стал.
Обращаю ваше внимание на то, что даже визуальный образ самого Вовки - совершенно другой.
А во-вторых, в диафильме есть эпизоды, отсутствующие в мультике. Немного - но есть.
Вообще, сценарий Вадима Коростылева, похоже, изначально писался для более продолжительного мультфильма, а потом был изрядно сокращен. По крайней мере, в сказке про Вовку, вышедшей в легендарном сборнике «Фильмы-сказки» гораздо больше персонажей (Вовке там встречаются еще и Конек-горбунок, и яблонька, и Баба-Яга, и даже волки на посылках) и гораздо больше стихов и песенок.
"Фильмы-сказки", если вдруг запамятовали, это легендарная серия из 11 книг с переделанными в сказки сценариями мультфильмов, выходившая с 1956 по 1970 год. Цветными и черно-белыми иллюстрациями книги насыщали три легендарных художника-мультипликатора - Борис Степанцев, Александр Винокуров и Леонид Шварцман - тот самый, с Чебурашкой.
Выглядело это примерно вот так:
Ныне эти сборники сказок - большая (и очень востребованная) редкость, и на букинистическом рынке они стоят серьезных денег. Собрать серию полностью - практически нереально.
Впрочем, работа Бориса Степанцева в книжной полиграфии - это тема для отдельного разговора.