Диптих Олега Погудина «Серебряный век – Ар-деко» в ММДМ. 19-20 декабря 2024 года
150 лет назад в 1874 году, родился Всеволод Мейерхольд, человек, которому Александр Блок посвятил свой «Балаганчик». Он сыграл Константина Треплева и Николая Тузенбаха в знаменитых спектаклях Художественного театра. Треплев застрелился. Тузенбах погиб на дуэли. Мейерхольда расстреляли…
- Ну вот зачем Вы так драматически, с таким нажимом читаете в спектакле «Серебряный век» стихи Гумилева о пуле? – писали Погудину светские дамы.
- Как Вы не понимаете, Серебряный век это же красивые шляпки, духи и туманы…надо быть тоньше, изящнее, как-то у вас все простонародно… И судьбы какие-то не позитивные.
- Да Серебряного века вообще не было, это ошибка Омри Ронена, - вторили им дамы ученые.
Осталось только вспомнить выстрел в Сараево и залп «Авроры», добавить фрагмент из критического текста 1915 года: «До какого дна дошла русская поэзия, Господи! Хам Маяковский. Пастушок Есенин. Жеманная Ахматова. Безумный Хлебников», процитировать Пастернака:
О, знал бы я, что так бывает,
Когда пускался на дебют,
Что строчки с кровью — убивают,
Нахлынут горлом и убьют! и ... задуматься.
Диптих Олега Погудина начнется романсом «Среди миров» и стихами Мандельштама о знаменитой «Федре» и завершится мандельштамовским же «нам с музыкой голУбою не страшно умереть», ахматовским «я к розам хочу» и «Молитвой» Булата Окуджавы.
Анненский и Окуджава стали исходной и завершающей точкой длящегося больше шести часов двухдневного действа, которое вместило в себя огромное количество песен, стихов, книг, пьес и судеб.
Начнется все с того, что герои чеховской «Чайки» смотрят поставленный Костей «Балаганчик» Блока (и уже нельзя понять, кто говорит "Мне очень грустно. А вам смешно? »: Пьеро или Костя Аркадиной ), а завершится рассказом о судьбах Вертинского, Лещенко, Мандельштама и Плевицкой.
При этом если «Серебряный век» это еще и история поэта, начавшего с символистских драм, назвавшего свою главную книгу «Стихи о России» и закончившего ее стихами о том, что «горит звезда Вифлеема Так светло, как любовь моя» (а стихи эти написаны ровно 110 лет назад, в декабре 1914 года), то диптих целиком можно назвать по меткому замечанию одной из зрительниц историей о том «как Пьеро стал Вертинским», то есть о том, как создатель ариеток и печальных песенок, сняв маску, стал великим русским артистом.
В спектаклях много музыки, прекрасных стихов, эмоций, ярких образов, созданных Мананой Гогитидзе, Данилом Можаевыми, Еленой Коробейниковой и Юлией Стожаровой, прекрасные балетные номера в исполнении Галины Гармаш и Дмитрия Антипова, фортепиано Олега Вайнштейна.
Но для того, чтобы публика пришла два дня подряд на более чем трехчасовые спектакли, еще требовался и огромный уровень доверия к режиссеру и актеру Олегу Погудину. Такое зрительское доверие – результат подвижнического труда и безупречной репутации артиста.
И в эти два вечера совпало все.
И любовь к зрителю. И зрительские ожидания.
И романсы, танго и фокстроты, музыка таких непростых композиторов как Рахманинов и Сати, песня про извозчика Ерему и стихи Ахматовой и Цветаевой...
И всем было «можно разглядеть
музыку, забыться, вставить слово,
про себя печальное напеть.
Про звезду осеннюю, дорогу,
синие пустые небеса,
про цыганку на пути к острогу,
про чужие чёрные глаза», - как написал Борис Рыжий как будто об этом спектакле.
Но не будем заканчивать на грустной ноте. Вспомним перед Новым годом фрагмент «Серебряного века»:
Так нальем бокалы, выпьем их за счастье,
Чтобы миновали вас горе, да несчастья.