Читатель! "Какую биографию, однако, делают нашему рыжему!" - невесело пошутила Анна Ахматова в разгар судебного процесса над Иосифом Бродским. Кроме громкого суда противоречивая судьба уготовила поэту ссылку на Север и Нобелевскую премию, неполные восемь классов образования и карьеру университетского профессора, 24 года вне родной языковой среды и открытие новых возможностей русского языка.
Юность. Иосиф Бродский родился в Ленинграде в 1940 году. Спустя 42 года в интервью голландскому журналисту он так вспоминал о родном городе: "Ленинград формирует твою жизнь, твоё сознание в той степени, в какой визуальные аспекты жизни могут иметь на нас влияние. Это огромный культурный конгломерат, но без безвкусицы, без мешанины. Удивительное чувство пропорции, классические фасады дышат покоем. И всё это влияет на тебя, заставляет и тебя стремиться к порядку в жизни, хотя ты и сознаешь, что обречён. Такое благородное отношение к хаосу, выливающееся либо в стоицизм, либо в снобизм". В первый год войны после блокадной зимы 1941-1942 годов мать Иосифа Мария Вольперт вывезла его в эвакуацию в Череповец, где они жили до 1944 года. Вольперт служила переводчиком в лагере для военнопленных, а отец Бродского, морской офицер и фотокорреспондент Александр Бродский, участвовал в обороне Малой земли и прорыве блокады Ленинграда. К семье он вернулся лишь в 1948 году и продолжил службу начальником фотолаборатории Центрального Военно-морского музея. Иосиф Бродский всю жизнь вспоминал прогулки по музею в детстве: "Вообще у меня по отношению к морскому флоту довольно замечательные чувства. Уж не знаю, откуда они взялись, но тут и детство, и отец, и родной город… Как вспомню Военно-морской музей, Андреевский флаг - голубой крест на белом полотнище… Лучшего флага на свете вообще нет!". Иосиф часто менял школы; не увенчалась успехом и его попытка поступить после седьмого класса в морское училище. В 1955 году он ушёл из восьмого класса и устроился на завод "Арсенал" фрезеровщиком. Затем работал помощником прозектора в морге, кочегаром, фотографом. Наконец, он присоединился к группе геологов и несколько лет участвовал в экспедициях, в ходе одной из которых открыл небольшое месторождение урана на Дальнем Востоке. В это же время будущий поэт активно занимался самообразованием, увлёкся литературой. Сильнейшее впечатление на него произвели стихи Евгения Баратынского и Бориса Слуцкого. В Ленинграде о Бродском заговорили в начале 1960-х годов, когда он выступил на поэтическом турнире в ДК имени Горького. Тогда же Бродский начал общаться с поэтом Евгением Рейном. В 1961 году Рейн представил Иосифа Анне Ахматовой. Хотя в стихах Бродского обычно замечают влияние Марины Цветаевой, с творчеством которой он впервые познакомился в начале 1960-х, именно Ахматова стала его очным критиком и учителем. Поэт Лев Лосев писал: "Фраза Ахматовой "Вы сами не понимаете, что вы написали!" после чтения "Большой элегии Джону Донну" вошла в персональный миф Бродского как момент инициации".
Суд и мировая слава. В 1963 году после выступления на пленуме ЦК КПСС первого секретаря ЦК Никиты Хрущёва среди молодежи начали искоренять "лежебок, нравственных калек и нытиков", пишущих на "птичьем жаргоне бездельников и недоучек". Мишенью стал и Иосиф Бродский, которого к этому времени дважды задерживали правоохранительные органы: в первый раз за публикацию в рукописном журнале "Синтаксис", во второй - по доносу знакомого. Сам он не любил вспоминать о тех событиях, потому что считал: биография поэта - лишь "в его гласных и шипящих, в его метрах, рифмах и метафорах". В газете "Вечерний Ленинград" от 29 ноября 1963 года появилась статья "Окололитературный трутень", авторы которой клеймили Бродского, цитируя не его стихи и жонглируя выдуманными фактами о нём. 13 февраля 1964 года Бродского снова арестовали. Его обвинили в тунеядстве, хотя к этому времени его стихи регулярно печатались в детских журналах, издательства заказывали ему переводы. О подробностях процесса весь мир узнал благодаря московской журналистке Фриде Вигдоровой, которая присутствовала в зале суда. Записи Вигдоровой были переправлены на Запад и попали в прессу. Свидетелями защиты выступили поэт Наталья Грудинина и видные ленинградские профессора-филологи и переводчики Ефим Эткинд и Владимир Адмони. Они пытались убедить суд, что литературный труд нельзя приравнять к тунеядству, а опубликованные Бродским переводы выполнены на высоком профессиональном уровне. Свидетели обвинения не были знакомы с Бродским и его творчеством: среди них оказались завхоз, военный, рабочий-трубоукладчик, пенсионер и преподавательница марксизма-ленинизма. Представитель Союза писателей также выступил на стороне обвинения. Приговор был вынесен суровый: высылка из Ленинграда на пять лет с обязательным привлечением к труду. Бродский поселился в деревне Норенской Архангельской области. Работал в совхозе, а в свободное время много читал, увлёкся английской поэзией и стал учить английский язык. О досрочном возвращении поэта из ссылки хлопотали Фрида Вигдорова и писательница Лидия Чуковская. Письмо в его защиту подписали Дмитрий Шостакович, Самуил Маршак, Корней Чуковский, Константин Паустовский, Александр Твардовский, Юрий Герман и многие другие. За Бродского вступился и "друг Советского Союза" французский философ Жан-Поль Сартр. В сентябре 1965 года Иосиф Бродский был официально освобождён.
Русский поэт и американский гражданин. В том же году в США вышел первый сборник стихов Бродского, подготовленный без ведома автора на основе переправленных на Запад материалов самиздата. Следующая книга, "Остановка в пустыне", вышла в Нью-Йорке в 1970 году - она считается первым авторизованным изданием Бродского. После ссылки поэта зачислили в некую "профессиональную группу" при Союзе писателей, что позволило избежать дальнейших подозрений в тунеядстве. Но на Родине печатали только его детские стихи, иногда давали заказы на переводы поэзии или литературную обработку дубляжа к фильмам. При этом круг иностранных славистов, журналистов и издателей, с которыми Бродский общался лично и по переписке, становился всё шире. В мае 1972 года его вызвали в ОВИР и предложили покинуть страну, чтобы избежать новых преследований. Обычно оформление документов на выезд из Советского Союза занимало от полугода до года, но визу для Бродского оформили за 12 дней. 4 июня 1972 года Иосиф Бродский вылетел в Вену. В Ленинграде остались его родители, друзья, бывшая возлюбленная Марианна Басманова, которой посвящена практически вся любовная лирика Бродского, и их сын. В Вене поэта встретил американский издатель Карл Проффер. По его протекции Бродскому предложили место в Мичиганском университете. Должность называлась poet-in-residence (буквально: "поэт в присутствии") и предполагала общение со студентами в качестве приглашённого литератора. В 1977 году Бродский получил американское гражданство. При его жизни было издано пять поэтических сборников, содержавших переводы с русского на английский и стихи, написанные им по-английски. Но на Западе Бродский прославился прежде всего как автор многочисленных эссе. Сам себя он определял как "русского поэта, англоязычного эссеиста и, конечно, американского гражданина". Образцом его зрелого русскоязычного творчества стали стихотворения, вошедшие в сборники "Часть речи" (1977) и "Урания" (1987). В 1987 году Иосифу Бродскому была присуждена Нобелевская премия по литературе с формулировкой "За всеобъемлющую литературную деятельность, отличающуюся ясностью мысли и поэтической интенсивностью". В 1991 году Бродский занял пост поэта-лауреата США - консультанта Библиотеки Конгресса и запустил программу "Американская поэзия и грамотность" по распространению среди населения дешёвых томиков стихов. В 1990 году поэт женился на итальянке с русскими корнями Марии Соццани, но их счастливому союзу было отпущено всего пять с половиной лет. В январе 1996 года Иосифа Бродского не стало. Его похоронили в одном из любимых городов - Венеции, на старинном кладбище на острове Сан-Микеле.
Читатель! Узнал ли ты что-нибудь новое после прочтения статьи? Пиши в комментариях. Подписывайся, с нами интересно, ведь это Твоя История!