В конце улицы, где дома стояли, будто мрачные свидетели времени, находился старый особняк. Его стены были облупившимися, окна — заколоченными, а сад зарос настолько, что даже свет днём с трудом проникал сквозь густую листву. Местные избегали этого места, считая его проклятым.
Именно сюда решила приехать Алина, молодой журналист, известная своими материалами о загадочных происшествиях. Её привлекла история о пропавшей семье, последним пристанищем которой был этот дом. Алина считала, что это всего лишь очередная городская легенда, но ей нужно было что-то сенсационное для нового материала.
С наступлением сумерек она стояла у скрипучей двери, держа в руках фонарь и блокнот. Старая дверь поддалась удивительно легко, словно сама звала её внутрь.
Встреча с находкой
Дом оказался ещё более жутким внутри. Скрип половиц, эхо собственных шагов и тишина, казалось, дышали ей в затылок. Подняв фонарь, Алина заметила обломки мебели, тряпки и густой слой пыли.
— Здесь явно не жили много лет, — сказала она себе вслух, чтобы успокоить нервы.
Но в одном из углов комнаты стоял небольшой стол, на котором странным образом не было пыли. Алина подошла ближе. На столе лежал старый кожаный дневник, обложка которого была украшена изысканным тиснением. Она открыла его, и её сердце замерло: страницы были исписаны неровным почерком, а чернила выглядели так, словно высохли лишь недавно.
Первая запись гласила: “Если ты читаешь это, знай, что теперь ты — часть истории этого дома.” Алина нахмурилась, но её профессиональный интерес взял верх. Она уселась на пол и начала читать дальше.
Дневник начинает говорить
С каждой страницей дневник словно оживал. Записи рассказывали о семье, которая поселилась в этом доме в 1930-х. Их имена — Лидия, Александр и их дочь Анна — встречались на каждой странице. Они купили дом по дешёвке, не подозревая о его прошлом.
На первых страницах всё казалось обычным: ремонт, радость от нового жилья. Но затем появились записи о странных событиях. Лидия слышала шёпот по ночам, Александр видел тени, скользящие по стенам, а маленькая Анна начала разговаривать с кем-то невидимым.
— Это просто совпадения, — шепнула Алина, но её голос звучал неуверенно.
Чем дальше она читала, тем более ужасающие становились записи. Семья погружалась в безумие. Лидия писала, что чувствует прикосновения, когда рядом никого нет. Александр жаловался на сны, где он тонет в кровавом море, а Анна… её рисунки, вложенные в дневник, изображали что-то чудовищное: фигуры с длинными руками и пустыми глазами, которые будто бы обитали в этом доме.
Проклятие дома
Вдруг Алина услышала скрип. Она резко обернулась, но никого не было. Дневник выскользнул из её рук, упав на пол. Разворот показал страницу, на которой слова были выведены чёрными, почти свежими чернилами: “Теперь ты — часть нас.”
— Чушь, — сказала она, пытаясь успокоиться. Но ощущение чужого присутствия становилось невыносимым. Казалось, стены сужались, а воздух становился густым, как мрак вокруг.
Собрав волю в кулак, Алина подняла дневник и быстро пролистала его. Последние записи были хаотичными, словно автор писал в агонии. Последняя фраза ударила её, как гром: “Никто не выходит из дома, не заплатив свою цену.”
В этот момент дверь, через которую она вошла, с грохотом захлопнулась. Алина бросилась к ней, но она не поддавалась. Её дыхание стало прерывистым, паника захлестнула её. Она вновь услышала тот самый шёпот, о котором писали в дневнике.
Схватка с тенью
Шёпот становился громче, превращаясь в зловещий хор. Она оглянулась и увидела это. Высокая фигура с длинными конечностями и пустыми глазами стояла в углу комнаты. Её взгляд был лишён человеческих эмоций, но излучал абсолютный ужас.
— Уйди! — закричала Алина, швырнув в неё фонарь. Свет выхватил фигуру из тьмы, но вместо того чтобы исчезнуть, она двинулась к Алине. Её ноги будто приросли к полу, она не могла бежать.
Дневник снова выпал из её рук и открылся на первой странице. Теперь там была новая запись: “Ты всегда можешь спасти себя, если продолжишь писать нашу историю.”
Понимая, что другого выхода нет, Алина схватила ручку и начала писать, даже не думая, что. Её рука двигалась сама, выписывая слова, которые словно исходили из глубин её разума.
Побег или новый плен?
Когда последняя точка была поставлена, фигура исчезла. Дверь открылась, впуская холодный воздух. Алина выбежала из дома, не оглядываясь. Она пообещала себе никогда больше не возвращаться сюда.
Но проклятие уже зацепило её. Дома она обнаружила, что дневник лежит на её столе, словно ждал её возвращения. Каждую ночь он открывался сам, а её руки начинали писать, даже если она сопротивлялась. История дома продолжалась, теперь через неё.