1941 год
Франция
В ночь на 20 августа 1941 года боевая молодёжная группа Французской коммунистической партии из XI округа Парижа в составе Жильбера Брюстлейна, Фернана Залкинова, Тони Блонкура, Ашера Семайя, Пьера Милана, Христиана Пино и Альбера Гескена должна была пустить под откос немецкий состав с боеприпасами вблизи станции Ножан-ле-Перрё.
Однако, когда группа вышла ночью к железнодорожному полотну, парни услышали постукивание молотка по рельсам. Обходчик проверял пути. Стало ясно, что операцию провести не удастся. Пришлось уйти.
Возвращение в это время в Париж исключалось. Их задержал бы первый же патруль полиции. А потом объясняй, что ты делал в комендантский час ночью в городе.
Поэтому группе пришлось провести ночь на обочине дороги, ведущей в Париж из Нейи-сюр-Марн. Утром начали расходиться по домам. У Жильбера Брюстлейна, Фернана Залкинова и Альбера Гескена была намечена встреча с Фабьеном у станции метро «Барбе». Они и направились туда.
В 8 часов утра эта встреча состоялась. Фабьен, Жильбер Брюстлейн и Альбер Гескен втроём вошли в метро. Фернан Залкинов остался снаружи для подстраховки. В здании метро Альбер Гескен остановился около схемы метрополитена, делая вид, что тщательно её изучает. Его задачей было предупредить товарищей в случае неожиданной опасности и прикрывать их отход после акции.
Жильбер Брюстлейн и Фабьен стали прохаживаться у того места, где обычно останавливались вагоны первого класса.
Вскоре около них появился немецкий офицер и с надменным видом остановился, ожидая поезда.
Фабьен кивнул на него Жильберу Брюстлейну.
Когда прибыл поезд, и двери вагонов раскрылись, пассажиры вышли на платформу. В момент, когда офицер (его звали Альфонс Мозер; имена немцев были напечатаны в газетах) собирался войти в вагон, Фабьен и Брюстлейн одновременно выстрелили в него. Мозер рухнул на перрон.
В вагоне в этот момент находились два немца: сержант-танкист Ганс Герехт и ещё один солдат танкист. Но они не сдвинулись с места, даже не попытались преследовать бегущих французов.
После выстрелов Фабьен бросился что было мочи вверх по ступенькам к выходу с криком «Задержите его!», делая вид, будто преследует стрелявшего. Брюстлейн с револьвером бежал следом за Фабьеном.
Альбер Гескен остался на платформе, посмотреть, что будет дальше.
Сержант-танкист и его сослуживец подняли труп офицера и положили на скамью.
Вскоре прибыла полиция и стала искать свидетеля, однако, никто не пожелал дать показания: кто знает, каких неприятностей можно натерпеться от этих немцев и от этой полиции, так мало похожей на французскую, – в таком духе рассуждали обыватели и разбегались кто куда. Лишь бы не попасть в свидетели.
У метро Фабьен и Брюстлейн смешались со спешившими на службу горожанами. Быстро проскользнули через переулок Монмартра, вышли на сквер Вилетт у базилики Сакре-Кёр. Здесь расстались.
23 августа на всех домах Парижского района появилось объявление:
«21 августа в Париже убит военнослужащий германской армии.
В связи с этим приказываю:
1. С 23 августа считать заложниками всех французов, как арестованных германскими властями на территории Франции, так и тех, кто задержан для передачи этим властям.
2. В случае повторения актов насилия количество подлежащих расстрелу заложников будет определено тяжестью совершенных действий.
Париж, 21 августа 1941 г.
За командующего войсками во Франции генерал-лейтенант Шаумбург».
Однако к этому времени подпольщиков такими мерами испугать было трудно.
На всю Францию прогремели случаи:
Самуэль Карп был расстрелян 27 августа 1940 года в Бордо за «акт насилия против германской армии». Он всего лишь погрозил кулаком проходившей колонне немецких солдат.
Жак Бонсержан, двадцатисемилетний инженер, был расстрелян 23 декабря 1940 года только за то, что случайно толкнул немца.
Понятно к чему ведут расстрелы за подобные «преступления».
(Источник: Узульяс)