Фигуристка вернулась к Тутберидзе из академии Плющенко в марте 2021 года, но в начале 2022 года снова ушла.
Косторная: Мне говорят, что я не работаю, а я не могу сделать больше. И вот: ты хамка такая-сякая, почему эти делают, а ты не делаешь, и тому подобное.
Меня отправили тренировать тройной аксель, и на одной из последних попыток я очень неудачно на него зашла. Я падала, подставила руки и услышала даже не хруст, а щелчок. Мне было больно, я плакала. И я вот с такой ручищей поехала в травмпункт.
Там сразу говорят – перелом. Меня закатывают в гипс, я звоню тренерам и говорю, что так и так. И мне выдали очень интересную фразу: а почему ты не позвонила и не спросила разрешения, можно ли тебе гипс надевать?
В смысле? Как можно спросить у тренера, стоит ли надевать гипс – он же не врач!
В итоге меня сняли с чемпионата России. И я поняла, что мне не светит даже путевка закрывать, блин, бортик у льда на Олимпиаде.
Алексей Железняков: Большой спорт суров, он без травм не бывает. Я думаю, Этери виднее, она права. Если она сказала, что ты готова бороться – значит, готова.
Мама Косторной: А там без вариантов. Я даже сама пыталась завязывать ей коньки. С гипсом ты прыгать не можешь, потому что он перевешивает. Ну то есть ты ничего делать не можешь – смысла уже нет. А не тренируясь – куда ты попадешь?
Косторная: Через день Этери меня подозвала и сказала: у тебя возраст уже, куча травм, ты не маленькая, подстраиваться под нас ты не хочешь, работать ты не хочешь, а мы под тебя подстраиваться не будем. Ну и на этом наше сотрудничество закончилось.
Финал фильма о Косторной: почему не получилось у Плющенко и у Тутберидзе, зачем пауза в два года
