Одна из книг, что прочитал в этом году - "Португалия и ее империя в эпоху Салазара и Каэтану."
Автор - человек явно советской закалки, судя по используемой в книге терминологии: империалисты, колониалисты и т. п. Но что мне нравится в советских историках, так это то, что при всей идеологизации в оценке исторических фактов, сами эти факты они излагают в целом вполне исторично. А уж как их оценивать, можно решить и самому. Поэтому я лично с бóльшим доверием отношусь к советским учебникам истории, чем к нынешним, которые создают разные псевдоисторики, перевирая события в угоду текущей конъюнктуре.
А в данной книге, собственно, автор неплохо изложил историю португальского диктатора Антониу Салазара, пытавшегося строить в государстве свой суверенный скрепный режим, который он назвал Эштаду Нуову (Новое государство). Режим этот даже ненадолго пережил своего создателя и рухнул уже при салазаровском преемнике Марселу Каэтану.
Читая, невольно будешь искать и находить аналогии с Этой страной в ее настоящем положении. В историческом контексте Португалия была такой же колониальной недоимперией. Пишу “недо”, потому что хоть у нее и были весьма крупные колониальные владения и вообще именно португальские мореплаватели открыли эпоху великих географических открытий и сделали Португалию первой европейской страной, имевшей колонии, но использовать эти колонии Португалии удалось как то не очень и даже с заморскими владениями страна осталась слаборазвитым аграрным европейским захолустьем, которую на поприще захвата мирового господства и экономического развития быстро вытеснили более успешные конкуренты - Англия, Франция, Голландия и даже Бельгия, которая и как страна-то появилась только к середине XIX века, а колонии свои в Африке приобрела и того позже.
Если же брать конкретно период прихода Салазара к власти в 1930-х гг., то там контекст вообще практически одинаковый, что был у Этой страны в конце 1990-х - начале 2000-х годов. Португалия тогда переживала переходный период от одного политического строя (монархии) к другому (республике) со всеми вытекающими из этого сложностями: спад экономики, инфляция, безработица, криминал, нищета населения и пр.
И в этих условиях, на первых порах, Салазар действительно сумел стать спасителем отечества, стабилизировать экономику, обуздать инфляцию и просто дать людям немного выдохнуть.
Но далее после второй мировой войны его методы управления потеряли свою эффективность и уже наоборот, повели Португалию к деградации. Режим обслуживал интересы исключительно олигархических группировок, а остальному населению, кто не был допущен к кормилу, оставалось либо прозябать в бедности либо эмигрировать и искать счастье за границей. То, что было на пользу в одних условиях в начале правления диктатора, в других условиях уже стало нести только вред, но проблема была в том, что менять эти методы старый диктатор и сам не хотел, и другим не давал. Какая-либо оппозиция в стране хоть и оставалась по началу, но к концу правления Салазара оказалась полностью вытравлена и либо находилась в тюрьме, либо в эмиграции, а кого-то и просто ликвидировали физически.
При это государственная пропаганда все время существования режима вещала народу про всякие там традиции, скрепы, славную и великую историю и, что характерно, про Португальский мир, отчего сердца португальцев должны были переполняться гордостью:
“Чтобы успокоить население Салазар решил предложить народу нечто, что должно было заставить его забыть о войне, а именно огромную «Выставку португальского мира», которая должна была прославить славное прошлое Португалии и достижения его режима. Это был политический театр, а момент был выбран наилучший, когда необходимо было успокоить общественность. Выставка была приурочена к двум юбилеям – возникновения государства Португалия(1140г) и независимости от Испании (1640).
Это был амбициозный проект, в основе которого лежала идея Салазара – «напомнить португальскому народу роль, которую Португалия сыграла во всемирной истории». Другой его целью было стимулировать пропаганду идеологии, ценностей и символов «Нового государства»”
В принципе, как следует из книги, учитывая общую инертность португальского общества, а также наличие крупных залежей природных ресурсов в колониях, за счет добычи и продажи которых можно было худо-бедно поддерживать скромный уровень жизни большинства населения, в таком болотно-загнивающем виде режим мог бы просуществовать довольно долго, дольше, чем он просуществовал по факту, если бы не внешние факторы, а именно начавшиеся в 1960-х годах войны в колониях - Гвинее, Анголе, Мозамбике.
Говоря об особенностях этих конфликтов колониальных войск с африканскими партизанами в книге приводится цитата португальского командующего генерала Спинолы, который с помощью метафоры пытался растолковать почему в противостоянии метрополии и партизан из колоний, метрополия может проиграть, даже обладая вроде бы значительным военным превосходством.
“В мае 1968 г. на пост главнокомандующего португальскими войсками в Гвинее был назначен генерал Спинола. Вначале он противился этому назначению, считая, что война в Гвинее уже проиграна. В разговоре с Салазаром он употребил метафору, ставшую крылатой в португальской армии,— сравнил партизан с блохой, то и дело кусающей человека, пытающегося уснуть в стоге сена. «Блоха достигает своей цели,— указал он,— не дать вам уснуть. Но вы не можете достичь вашей – найти блоху. Вообразите теперь, что это продолжается целую неделю,— вы умрете от истощения».”
Резюмируя, автор в книге сформулировал совокупность факторов краха Нового государства следующим образом:
“Обострение классовой борьбы и кризис фашистской диктатуры в метрополии, тяжелые военные поражения в Анголе, Мозамбике, Гвинее-Бисау и, наконец, растущая изоляция Португалии на международной арене поставили лиссабонский режим на грань катастрофы.”
Но непосредственно к революции гвоздик 1974 г., покончившей с режимом, как пишет автор, привело даже не оскудение бюджета государства ввиду огромных военных расходов, общая бедность населения и поражения в войнах (в военном-то плане к этому времени говорить о критическом разгроме португальских войск как раз не приходилось, как сейчас говорят в сводках, ситуация была сложная, но контролируемая).
Движущей силой перемен в государстве стали офицеры португальской армии среднего звена, которые организовали заговор и в конце концов снесли режим. Причинно-следственные связи, которые привели к возникновению этой группы недовольных военных, по-моему, заслуживают отдельного интереса. В социальном плане офицерство в португальской армии исторически было представлено выходцами из аристократии, но после начала боевых действий в африканских колониях, как написано в книге, служба в армии с высокой потенциальной вероятностью умереть за отчизну потеряла свой престиж у высших слоев португальского общества и поэтому в офицерский корпус начали проникать выходцы из более низких социальных групп, не за происхождение, так сказать, а за заслуги.
“Профессия военного перестала быть престижной и привлекательной, ибо означала прозябание в джунглях. Генеральный штаб, служивший прежде синекурой для аристократов, заполнялся офицерами без лицевых счетов в банках, без поместий в Португалии или Африке.
Кроме того, в 60—70-х гг. крупная буржуазия испытывала острую нужду в кадрах для промышленности. Поэтому она посылала своих сыновей учиться не в Военную академию, а в технические вузы. Их места в Академии заняли дети провинциальной мелкой буржуазии и зажиточного крестьянства. Многие окончившие лицей поступали в Военную академию только потому, что у них не было денег, чтобы поступить в университет.”
Это естественно привело к тому, что среди португальских силовиков появилось значительное количество людей из тех социальных групп, которые не являлись бенефициарами режима и были настроены к нему если и не откровенно враждебно, то как минимум критически. Они-то и стали теми, кто, как бы сказал Ленин, привели к расколу элит. Триггером же для раскола стало распоряжение португальского военного министра о том, что выпускники университетов (а это были сплошь мажоры, говоря современным языком), призываемые на службу в армию, получали офицерские звания и привилегии почти сразу по прохождению кратких курсов, в то время как кадровые боевые офицеры-пролетарии должны были для этого тянуть армейскую лямку по нескольку лет. Ну а учитывая уровень организованности военных, недовольство сразу же привело к формированию группы заговорщиков, которые хоть и не сразу но довольно быстро от идеи просто добиться справедливости в распределении чинов и привилегий пришли к выводу, что “тут всю систему менять нужно”.
В таких условиях мятеж военных и последующая революция гвоздик 1974 года стали уже делом техники. А режим, будучи насквозь прогнившим и непопулярным, после выступления против него военных быстро рассыпался, так как сколько нибудь значительного числа желающих его защитить не нашлось.
В книге также отдельно много посвящено биографиям лидеров борьбы за независимость португальских колоний, в особенности, Амилькару Кабралу. Этот деятель вспоминался мне недавно, когда гуляя в районе московского парка Кусково набрел на площадь, названную в его честь.
Этот Кабрал, надо заметить, выбирая методы борьбы, верно оценил, что в борьбе с авторитарным государством только вооруженное подполье может иметь шанс на успех, поскольку открытые мирные формы протеста типа демонстраций ничем в достижении целей не помогут.
“На совещании было принято решение, сохраняя подпольные организации партии в городе, перенести основное внимание на работу среди крестьянства, сделав деревню базой длительной партизанской борьбы. Оценивая значение сентябрьского совещания 1959 г., Кабрал позднее отмечал: «Забастовки в июле — августе 1959 г., окончившиеся расстрелом в доке Пижигити, показали, что курс, которым до этого следовала Партия, был ошибочным. Города оказались оплотом колониализма, а массовые демонстрации и петиции были признаны не только неэффективными, но даже вредными, так как представляли собой легкую мишень во время репрессий карателей».“
А вот что вызывало при прочтении книги улыбку, так это описание идеологий и верований африканских повстанцев.
Руководители сопротивления, конечно, будучи все же образованными людьми, своей официальной идеологией в основном сделали социализм/коммунизм, что позволяло им успешно клянчить помощь у Советского Союза и Китая.
Были и те кто вел борьбу под так сказать буржуазными лозунгами. Эти рассчитывали на помощь от США.
Но вот что касается общих умонастроений африканского люда, так сказать рядовых бойцов, то там все было чисто как в анекдоте "Вот всех белых перебьем, и настанет у нас счастливая жизнь".
Ниже, собственно, отрывки из книги по этой части.
“Несмотря на попытки португальских властей ограничить влияние Току, его взгляды быстро распространялись. Следует особо подчеркнуть, что в начале 50-х гг. токоизм перестает быть узкоэтническим сектантским движением баконго, а распространяется и среди других народностей Анголы. Вера в приход мессии и надежда на лучшее будущее завоевали ему многочисленных сторонников в Анголе, прежде всего среди трудящегося населения, в округах Конго, Луанда, Бенгела, Маланже и др.
[...]
Согласно токоистскому учению, африканцы должны ждать пришествия своего мессии — «черного Христа», который спасет их от рабства и превратит их из слуг белых людей в их хозяев.
[...]
Однако центральной темой проповедей Мариану, по-видимому, был новый искупительный культ — культ богини Марии, который он непосредственно связывал с грядущим избавлением от португальского ига. Как сообщали местные португальские чиновники, содержание этих проповедей сводилось к следующему: «Мария, покрови¬тельница черных... уже давно обеспокоена страданиями ангольцев и поэтому решила явиться в Кассуло-Куэнда двум конголезцам, сообщив им, что она пришла, чтобы спасти народ Анголы, освободив его от ига белых и принеся ему лучшую жизнь».
Когда ангольцы пойдут за ней, разразится небывалая буря, которая уметет все на своем пути и воздвигнет у моря гигантскую гору, навсегда отделяющую Анголу от Португалии. Чтобы не быть унесенным бурей, каждый должен принести в свой дом большие вилы и зацепиться ими там. Кончится буря, явится Мария и воскресит всех мертвых — людей и скот. Потом придет Лумумба, который будет ими править. В преддверии этого золотого века необходимо строго соблюдать ритуал, представляющий собой смесь из предписаний гигиены, пищевых запретов, принципов эгалитаризма и «черного расизма» .
[...]
Идеологические взгляды руководства ФНЛА представляли собой эклектическую мешанину из антикоммунизма, расизма и мистицизма, при котором протестантизм Роберто был замешан на магии баконго. Сам Роберто изображался его последователями как «черный Иисус, который должен спасти народ от «португальского демона» . Руководству ФНЛА было свойственно расистское отношение к мулатам и европейцам, которых оно независимо от социального положения и политических взглядов последних считало врагами. Один из основных лозунгов ФНЛА был: «Убивайте всех белых, всех мулатов, всех, кто умеет читать, всех людей МПЛА» . В одном из документов ФНЛА от 15 марта 1970 г. читаем: «Мулаты — это продукты сожительства белого мужчины, представляющего фашизм, колониализм и империализм, и туземной женщины» .
[...]
Свою враждебность: к МПЛА они объясняли тем, что его лидеры вышли из «ассимиладуш». Считая мультирасовый характер МПЛА компромиссом с врагами африканцев, ФНЛА объявил себя борцом за полное уничтожение колониальной культуры и за туземную национальную культуру, основанную на «негро-африканской цивилизации».”
В общем и целом, книга произвела положительное впечатление. Несмотря на идеологические штампы автор, по-моему, все изложил вполне объективно.
Какой урок можно извлечь из истории взлета и падения диктатуры Антониу Салазара? Во-первых, пожалуй, то, что государственный деятель, на первых этапах своей деятельности даже вполне успешный, может угробить страну, если не будет подстраивать свои методы под изменившиеся условия и не даст дорогу новому поколению управленцев, а будет только намертво держаться за свою власть и все ресурсы спускать на ее удержание. Во-вторых, то, что про историю и традиции государственные деятели в основном любят задвигать только тогда, когда в настоящем сегодняшнем дне ничего толкового стране и широким слоям населения обеспечить не могут. В-третьих то, что большая территория и большие природные ресурсы при неумелом управлении никакого положительного эффекта на благосостояние страны и народа не окажут. Салазаровская пропаганда морочила народу голову в том числе тем, что твердила про внешние силы, которые хотят ослабить и ограбить Португалию, лишив ее колоний со всеми их природными ресурсами. Однако в результате после свержения режима Нового государства и предоставления независимости заморским владениям Португалия, из колониальной империи превратившись в маленькую демократическую страну, в экономическом плане внезапно стала жить гораздо лучше.
#история #Португалия #диктатуры