начало: https://dzen.ru/a/Z2fTUaxgoSFcHzp3
Я принимал душ, периодически поглядывая на свое новое отражение в зеркале.
- Итак, - размышлял я, – какой-то сверхъестественной силой я помещен в тело алкоголика. Очевидно, тем убитым был я, – от этой мысли у меня тоскливо защемило сердце, – Если это переселение, то откуда память? Разве память переходит вместе с душой? Так…без паники... А, что, если это эксперимент такой? И Света, Димка… Ведь для них я умер… Так я и умер, раз про меня говорят! Но, может, не про меня? Может, ещё кого убили… Но ведь она сказала из «подсолнуха». Так окрестили наш дом местные из-за яркой желтой краски на фасаде с «семечками» окошек. Кто-то сказал в шутку, другой подхватил…так и закрепилось за нашим домом это дурацкое название. Но ведь из нашего «подсолнуха» тоже могли кого-то убить… Почему, меня-то? Будто я единственный мент в нашем доме... А Игорёха Жулин, участковый наш, из третьего подъезда? А Вадим Сергеевич – зам по кадрам? На одной площадке живём - каждое утро нос к носу сталкиваемся… Скорее всего, кого-то из них и убили. Да и мало ли таких «подсолнухов» по городу? А я? Куда тогда девался я? Убили… Да, бред! А может, я сейчас и дома вовсе… Сидим с Димкой перед теликом, а Светка на кухне хлопочет… Или разруливаю очередное дело в рабочем кабинете, а Илья Аронович без конца названивает и даёт указания, как бы чего не вышло… Да, я сейчас точно на работе, день ведь… А, может, в отпуске я! Хотел же рапорт подать… Но разве так бывает? Чтоб и тут, и там? Так, спокойно. Если я – не я, то кто теперь я? И где болтается тот «я», который – я?!...
А ведь она любит его, своего алкаша… Вот только он, похоже, козёл ещё тот... «Фимка»… «Ефим», наверное. Ладно, главное не паниковать! Разберёмся… Может, сегодня я такой, а завтра снова буду тем, кем был всегда… Но ведь это же, чёрт знает, что!
***
После душа я почувствовал себя довольно сносно. Голова ещё немного кружилась и в висках поддавливало, но, тем не менее, я получил некий заряд бодрости, смыв с себя невесть откуда взявшийся похмельный синдром или ещё какую дрянь. Вытерся чужим полотенцем и принялся расчёсывать непривычной длины волосы, доставшиеся мне по наследству от прежнего владельца вместе с его телом. Это оказалось весьма непростым делом, и провозившись с ними порядка десяти минут, мне всё-таки удалось поймать их резинкой в правильный «конский хвост».
- Что за хиппи носил их? - подумал я неприязненно, - Тоже мне, «битломан» нашёлся…
Глянув напоследок в зеркало, я с удовлетворением отметил, что человек по ту сторону стекла выглядит намного свежее, чем с момента нашей первой «встречи». Чистой одежды у меня не было и я, превозмогая чувство брезгливости, надел то, что было под рукой. Вышел из ванной и по-хозяйски направился в кухню. Женщина засеменила следом.
Зайдя в кухню, я остолбенел. Она была небольшая, но с «изюминкой», в виде чудесного трапециевидного эркера, где располагался кухонный уголок. Я всегда мечтал о таком доме и даже хотел купить подобную квартиру в старинной двух или трёхэтажке, но Светка заартачилась и устроила скандал. Ей хотелось иметь современную квартиру в новом доме, с подземным паркингом и лифтом. Мы даже поругались и пару дней она ходила надутая, пока в конце концов, я не сдался. Тут-то она мне и подсунула рекламку со строящимся домом со всякими новомодностями, в виде того желанного паркинга и беседок для отдыха с барбекю. И когда мы въезжали в наш «подсолнух», первое, что я увидел - был старинный трёхэтажный дом с эркерными вставками-башенками по бокам и маленькими полукруглыми балкончиками, стоящий метрах в ста от нашей новостройки.
А неплохо этот парень устроился, и кажется, эти люди не особо бедствовали. Вот только сдаётся, мне, что в последнее время жили они хреново, судя по побоищу, что устраивал этот «фрукт». А я ещё жду какого-то доброго отношения от его супруги… Хотя, мне она показалась реальной психопаткой, с её часто меняющимся настроением и я представил, как они ссорясь колошматят друг друга и крушат всё вокруг себя. Короче, два сапога – пара.
Кухонная мебель была добротная, но частично убитая, не временем, а каким-то вандалом, что постарался нанести ей, как можно больше увечий, истыкав чем-то острым столешницу, вырвав с «мясом» дверки, что теперь стояли аккуратной стопкой возле стены у холодильника, вмятины которого безуспешно пытались скрыть за магнитиками хозяева… Помещение кухни тоже просилась в ремонт, поскольку вандал срывал свою злость не только на стенах, но и на плиточном полу.
Несмотря на всё это убожество, в кухне было чисто, и было видно, что её хозяйка немало прилагает к этому усилий, чтобы создать хотя бы видимость уюта. Эркерные окна закрывали туго накрахмаленные цветастые занавески, на подоконниках стояли горшочки с фиалками, а кухонный стол покрыт чистой белой скатертью.
Я опустился на табурет возле стола. Женщина достала из холодильника тарелочку с колбасой и маслёнку. Поставила миску с оладьями и литровую банку с солёными огурцами. Вынула початую бутылку водки, нырнув рукой за газовую плиту, и налила половину стакана, сунув мне под нос: «Похмеляйся, а то сдохнешь! С прошлого твоего прихода осталось. И уматывай!»
Ну вот, и очередной скачок настроения.
- Спасибо, не пью, – меня передёрнуло от вновь подступившей тошноты.
Она удивлённо посмотрела на меня, а потом вдруг запрокинула голову и громко рассмеялась. В её смехе я не прочувствовал веселья, он был истеричным, полным неверия, вперемешку с горечью и презрением.
Я уже начал привыкать к её закидонам, решив просто молчать и тупо разглядывал мутный рассол, в котором плавали отвратительные на вид мятые огурцы, и думал, думал…лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации. «Искал выход»… Ну очень, оптимистично! Выход ищут те, у кого есть варианты. У меня же их не было, по крайней мере, пока. Да и выхода я не видел, а лишь с ужасом понимал, что не понимаю ничего. Я был – я, а теперь я – кто-то другой…с его семьей, домом, чужими проблемами. Я продолжал верить в то, что стал участником, своего рода подопытной крысой, чьего-то жестокого эксперимента и от того, что я не мог предугадать его замысла, становилось еще страшнее. Три дня… И где же меня носило эти три дня, пока…
Женщина перестала смеяться и снова внимательно поглядела на меня.
- Ты болен? Или подсел на дурь? – спросила она, не сводя с меня пытливых глаз.
Я оторвал взгляд от банки и нехотя ответил: «Нет, ничего такого… Голова отчего-то побаливает…»
Женщина снова засмеялась: «Отчего-то побаливает…» - передразнила она.
- И правда, от чего? Это «отчего-то» ты каждый день в себя вливаешь! За последние полгода ты ни разу не был трезв! Дети у нас… - она всхлипнула, - Какой пример ты подаешь? Маечка плачет, всё просит тебя: «Не пей, папочка!». Мишка двойку вчера принес. И это в начале учебного года! Что, дальше-то будет… Ты, когда последний раз детьми занимался? Хоть совесть-то поимей!
Боясь ляпнуть лишнего, я вновь решил отмолчаться и дать ей возможность выпустить «пар», поскольку понимал, что всё сказанное мною однозначно будет нелепым, чужим и подозрительным для этой неприятной женщины.
Что же делать? Неужели это правда, и меня уже нет на этом свете? Нет для меня Светки, Димки… Нет сына для моего старика… Нет моей огромной четырехкомнатной квартиры с безупречным и дорогим ремонтом… Загородного дома в сосновом бору… Теперь я муж этой безликой скандальной женщины с опухшими глазами… Маечка…Миша… Её и мои дети? И эта замечательная квартира, когда-то любовно обставленная хорошей мебелью, сейчас превратилась в жалкое жилище с убитыми стенами и изувеченными шкафами… Нет, такого просто быть не может! Не научно, в конце концов! Реинкарнация… Где доказательства, что она существует? Сон… Это просто плохой, долгий сон. Когда-то он кончится и всё будет, как раньше.
- Все люди, как люди живут, а мы… - вернул меня в реальность её голос. Он раздражал своим скулежом, казалось, будто порванные струны скрипки, касаясь друг друга, тянут свою последнюю нудную песню, прежде, чем их заменят на новые.
- …опуститься так, что все друзья от нас отвернулись… Ты хоть вспомни, кем ты был!
И правда, кем же я был? Это-то я и хотел узнать сейчас больше всего.
А она ныла и ныла. Но я её почти не слушал.
- … Мишке ботинки малы…Маечке платьице на праздник… Да ты не слушаешь меня! Что умолк? Правда глаза режет? – её голос стал приобретать властные нотки.
- Слушаю, – буркнул я, зная наверняка, что все мои ответы, будут невпопад.
- Слушает он!
Господи, и это моя жена! – я примерил на себя чужой образ и вздохнул. – Как тут не спиться! Этот парень, наверняка, убегал от проблем, за бутылкой спиртного... – Светка тоже такая. Интересно, а что бы она сказала, будь она на месте «этой»? Наверное, тоже бы закатила скандал. Все они одинаковые, эти женщины. Света… Светочка!
- Я поем, – отозвался я хмуро.
- И рюмки не выпьешь? – удивилась женщина.
- Я уже сказал, не пью. – я поморщился от её надоедливых вопросов, и добавил, - Бросил.
Она как-то странно на меня взглянула, взяла со стола стакан и поднесла его к раковине: «Можно?»
Я кивнул.
В её глазах вспыхнул радостный огонек, и она вылила содержимое стакана.
- А в бутылке? Пусть «на всякий случай» или…?
- Или… – снова кивнул я.
Она с каким-то весёлым азартом избавлялась от «прошлого» своего мужа и встречала его обновление с надеждой на новую жизнь, искренне радуясь этим внезапным переменам.
Я и правда, равнодушен к спиртному. Так, изредка баловались с друзьями коньячком под кофе, но, как правило, больше двух-трёх рюмок в меня не лезло, поэтому я и не соврал, когда сказал, что не пью.
Залпом выпив чай, я даже заставил себя проглотить бутерброд с колбасой. Нет, чай всё-таки – сила! Конечно, он так далёк от Володькиного, но всё же… Почти сразу же я почувствовал небольшой прилив сил от расходящегося по телу тепла и с горечью вспомнил, как я хотел в тот промозглый вечер оказаться в теплой квартире с кружкой ароматного китайского чая. Как всё это ничтожно и мелко по сравнению с жизнью… А если бы я не связался с этим делом…вовремя ушел с работы… От этой мысли меня прошиб пот. Если бы…, ох, если бы…Неужели это всё? Или всё - для «того», бывшего тела? Но ведь я живой! Или это мне кажется…
Женщина хлопотала по кухне, а я, ещё налив в кружечку чаю покрепче, откинул занавеску и, отхлебнув чаю, глянул на улицу…
Я смотрел прямо в окна моей квартиры. От канареечно-солнечного фасада с теми самыми «семечками» окошек, веяло вечным праздником и мало, кто мог подумать, что среди этого веселья затаилось страшное горе. Он ведь совсем рядом, мой дом, только руку протяни…и в нём была Светка, Димка… Вот только меня в нём не было. От слёз в носу защипало, и я поскорей перевёл взгляд.
Вдоль дома, стройной очередью медленно плыла траурная процессия. Люди с венками в руках…много людей…дорогой чёрный гроб с золотыми ручками…
- Сейчас погрузят в машину, - тоскливо подумал я и вдруг увидел Володьку с Павликом. Они поддерживали под руки женщину в чёрном, очевидно, вдову. Внезапно меня, как ножом полоснуло. – Это же я! Меня хоронят! – ужаснулся я в душе своей страшной догадке. – А вдова? Светка!
Я не мог разглядеть её лица, скрывавшегося за черной кружевной шалью. – Вроде, не было у неё такой, - машинально подумал я, - Наверное, к такому случаю купила. Случай…случай… - липкая струйка пота змейкой потекла по позвоночнику.
Мне нужно срочно туда, к ним! Я рванул в коридор, но прежде, чем покинуть дом, бросил взгляд на зеркало, в надежде увидеть в нём перемену. Но, увы, чужие глаза на чужом лице испуганно смотрели на меня сквозь зеркальный холод.
Схватив с вешалки первую попавшуюся куртку я, путаясь в рукавах, спешно надел её.
- Ты куда? – удивлённо вскрикнула женщина, выглянув из кухни. Её лицо выражало растерянность и какую-то болезненную тревогу, что казалось, ещё чуть-чуть, и она расплачется.
- Туда, - буркнул я и выскочил за дверь.
- Ключи! Ключи забыл! – кричала она вдогонку, но я уже не слушал её и, перепрыгивая сразу через несколько ступенек, бежал туда…к ним…боясь опоздать на собственные похороны.
Продолжение: https://dzen.ru/a/Z2vAb3_q9yo3Tqeg