Это так вдохновило Сашку, что все его тревоги вмиг куда-то исчезли. Он даже представил себя на месте этого киногероя и как бы он сам действовал в подобных обстоятельствах. Картина вырисовывалась ещё более крутая. Вот тут бы он сделал вот так, а тут положил бы всех уродов из «калаша». А этого полоумного директора завода, или как его там, утопил бы в сортире нафиг.
За окном противно завыли кошки, объясняясь друг дружке в любви. Сашка вышел на балкон и пристроился на табуретке. Сегодня небо было ясное. Звёзды подмигивали в вышине, предлагая любоваться собою, сколько влезет. Луна только-только вынырнула из тени и показывала свою правую горбушку, ещё совсем тонкую, но уже ярко сияющую в тёмной синеве. Белые ночи уходили потихоньку в небытие. Это всегда было немного грустно. Сразу приходила на ум осень с её дождями и слякотью, хотя лета ещё оставалась целая половина.
Во дворе Сашка увидел сидящего на скамейке Стёпку. Тот шаркал ногами, загоняя что-то под скамью. Может мусор, а может и ещё кого-то, кого видел только он сам. При этом Стёпка что-то неразборчиво бубнил под нос, ежесекундно отплёвываясь. Сашка вспомнил странную фразу, которую, как ему показалось, произнёс Стёпка вчера возле лифта. Он решил спуститься во двор и поговорить со ним, если конечно получится. Тот был довольно капризным товарищем и вполне мог закатать в ухо, если что не по нему.
— Стёпка, привет!
— Гы!
— Точно Гы. Чего делаешь?
— Стёпка умный. Дай руку.
— Ты чё, гадать будешь?
— Гы! Дай руку.
Сашка подумал немного и протянул ладонь. Вроде бы Стёпка драться не собирался. Тот осторожно взял Сашкину ладонь своими огромными ручищами и внимательно посмотрел вначале на неё, а потом Сашке в лицо. Странно, но в это мгновение Сашке показалось, что взгляд у Стёпки вовсе не придурковатый, а вполне разумный и даже слишком. От такого пристального взгляда Сашка смутился и отвернулся в сторону, не зная, что и думать. А Стёпка ещё немного повертел Сашкину ладонь в своих руках и отпустил.
— Ну, чего скажешь, товарищ ясновидящий?
— Гы! Ты лёгкий.
— Как это? — не понял Сашка.
— Гы!
Сашка вздохнул. А чего он мог ещё услышать? Гы, да Гы, вот и весь сказ. Почему-то вспомнилась «Кин-Дза-Дза». Там тоже все только и говорили «Ку» и это заменяло все остальные слова. Может и Стёпка так разговаривает, а его никто не понимает? Он решил проверить.
— Слышь, Стёпка, Гы!
— Гы!
— А я говорю: Гы, Гы и ещё раз Гы!
— Гы!!
— Гы-Гы! Гы-Гы-ГЫ, Гы-Гы, Гы-ГЫ!
— Гы-ы-ы!!!
— Тьфу ты, блин! Ни хрена не понять. Ладно, я спать пошёл. Пока.
— Гы-ы-ы!!!!
« — Вот понесло мужика», — подумал Сашка, прикидывая, что сейчас из окон начнут орать, чтобы они заткнулись. Он поспешил в свой подъезд, но тут снова услышал вполне вменяемый голос Стёпки:
— Как нельзя мысленно измерить все прямые и промежуточные направления в пространстве, так нельзя распознать ТакПриходящего по его телесному образу, принимая этот образ за истину.
— ???
Сашка быстро обернулся, но на скамейке уже никого не было. Что за хрень? Не может быть. Неужели его так глючит? Но ведь слышал он вполне отчётливо. Стёпка сразу куда-то исчез, а ведь обычно еле передвигался по двору. Что-то здесь не правильно. Всё, блин, завтра прямиком в лекарню. Пусть врачи думают за него. Это уже их забота. Хотя, в дурку совсем не хотелось. Ну да может, пронесёт?
Спал в эту ночь Сашка беспокойно и часто просыпался по непонятным причинам.