Через пару часов дед Степан и Андрей уже были дома. Никакого улова мужчины не привезли, зато заработали штраф немалый. Женщины молча накрывали на стол, Андрей сидел в уголке, опустив глаза, а дед Степан вел себя так, как будто ничего не случилось:
— Эх, не повезло в этот раз, – махнул рукой дед, – всегда удачно возвращался, а сегодня вот невезение преследовало.
— Не нужно было нарушать запрет, – не выдержала и закричала Таня, – одни неприятности от вас. Чтобы завтра и духу вашего не было здесь. Иначе, пожалеете.
— Шура, ты слышала? Угрожает, – засмеялся тихонько дед Степан.
— Виданное ли дело: чтобы люди продали дом и в наглую лезли обратно, — снова возмутилась женщина, — забирайте свои манатки и вон отсюда.
— Не шуми, – вздохнула баба Шура, —уедем утром, – женщина тут же обратилась к мужу, – ночью соберемся, загрузим машину и утром поедем.
Перед сном, когда все укладывались спать, Андрей решил поговорить с женой:
— Тань, жалко их, – вздохнул мужчина, – одинокие люди. Никого у них нет совсем.
— Ты не понимаешь, Андрей. Они наглые до невозможности. Комашкины из тех, кому палец дашь, они по локоть руку оттяпают. Гнать их надо. И как можно скорее.
— Да? А мне так не показалось, – пожал плечами Андрей, – вот послушай меня, Танечка, — Андрей подвинулся поближе к жене и зашептал.
— Меня на работу срочно вызывают. На несколько дней придется вернуться в город.
— А что случилось? – испугалась Татьяна.
— Да, ерунда, – отмахнулся супруг, – но поехать и решить вопрос - это необходимо.
– Хорошо, поезжай. Мы с детьми подождем, – сразу же согласилась Татьяна.
— Нет, милая, давайте поедем вместе, а старикам дадим время попрощаться с домом, найти и забрать то, что они ищут. Жалко мне их. Такие растерянные, печальные, — вздохнул Андрей и тут же спросил, – кстати, а что они ищут?
— Да откуда я знаю? — рассердилась Татьяна, – баба Шура несет какую то ерунду - то про сокровища, то про старинные вещи. У меня, вообще, иногда складывается впечатление, что они не в себе. Представляешь, попросила у меня выделить ей пару грядок на нашей даче. Мол, в городе скучно, тоскливо, а сюда приехала бы не только свои грядки полить, а мне в огороде помочь.
— Ну, может быть это и не плохо, – пожал плечами супруг, — мы ведь не всегда сможем приехать, а грядки кто польет? Так бы вот они…. – Андрей посмотрел на жену и моментально замолчал. Татьяна чуть не просверлила его взглядом.
— Ты шутишь, Андрей? Они продали нам дом, ты понимаешь это или нет? С какой стати я должна делить свой огород с бывшей хозяйкой? Вопрос решен - они должны завтра же уехать отсюда.
— Танечка, ну, подожди, – Андрей вскочил с кровати, – если они не найдут то, что ищут, они не оставят нас в покое. Рано или поздно снова приедут. Давай дадим им на все три дня и окончательно распрощаемся.
Андрею удалось уговорить жену и на следующее утро Лежинские вместе с детьми уехали в город. Баба Шура и дед Степан неимоверно обрадовались. Вот теперь -то они развернутся.
— Шура, помоги, разворачивай стол поперек, – дед Степан приподнял в беседке стол и развернул его по своему - ближе к дереву, – а то, ишь ты, хозяйничают тут.
— Действительно, — пробурчала Александра Даниловна, — два дня как собственники, а уже что хотят, то и делают. Женщина схватила стол и потащила его еще ближе к кустам.
— Глупее не видел, а ведь взрослые люди, — гадко засмеялся дед, – что ты им сказала про вещи?
— Сказала, что клад ищем, – громко засмеялась баба Шура, – давай.ю неси корзины, а Дениске позвоню сейчас.
В этот момент через забор заглянула соседка - Людмила Борисовна Ялыкова:
— Что, Шурка, выжили людей? Неужели? Такая хорошая пара была - интеллигентные люди. Думала, что наконец-то мне с соседями повезло, а тут опять Вы? – тяжело вздохнула соседка.
— Языкова, шла бы ты отсюда подобру - поздорову, — нахмурился дед Семен.
— Моя фамилия - Ялыкова, – надула губы соседка.
— Иди - ка ты, Языкова не мешай нам, — строго сказала баба Шура.
****
Вернувшись домой - в городскую квартиру, Татьяна вздохнула с облегчением. Здесь было так тихо и спокойно, что возвращаться за город вовсе не хотелось. Нет, Тане нравилась новая дача, да и дети были в восторге, но не сейчас.
Вот уедут бывшие хозяева и тогда все будет замечательно. Андрей с утра уехал на работу, а Татьяна занималась домашними делами. Иногда женщина думала о своем дачном домике. Зря она послушалась мужа и позволила бывшим хозяевам, так сказать, проститься с домом, забрать все, что они хотят.
Но с другой стороны, пусть забирают все, что хотят. Ей, действительно, не нужна старая мебель, дорожки, квартиры. В будущем году Татьяна с мужем планируют все переделать по-своему.
Три дня пролетели незаметно. Татьяна складывала кое-какие вещи, чтобы завтра перевезти на дачу. Внезапно раздался звонок. На экране определился номер соседки - Людмилы Борисовны:
— Таня, здравствуйте. Вы меня извините, но меня интересует - когда вы планируете вернуться на дачу?
— Добрый вечер, Людмила Борисовна, завтра собираемся приехать, а что случилось? – сердце Лежинской екнуло.
— Ах, завтра, – сразу обрадовалась соседка, – ну, тогда хорошо. Ждем вас. А то вот тут бывшие владельцы вывозят и вывозят.
— Так мы им разрешили, – улыбнулась Татьяна, которая даже обрадовалась, что баба Шура и дед Семен вывозят свое старье.
— Да? – удивилась соседка, – надо же. Ну, ладно.
Разговор закончился, но Татьяна задумалась: а что конкретно имела в виду Людмила Борисовна.
На следующий день Лежинская поднялась в шесть утра. Не спалось ей и все тут . Женщина разбудила мужа, подняла детей и семья начала собираться.
— Тань, поспали бы еще, – скривился Андрей, – зачем в такую рань? И старики бы пусть выспались, – зевнул супруг.
— Мне кажется, что они уже давно выспались, а нам лучше поторопиться, – прищурилась Таня.
Приехали часов в девять. Только начиналось утро и большинство жителей дачного поселка еще спали. Аккуратно открыв калитку, Лежинские тихонько шли по дорожке, чтобы не разбудить стариков.
Внезапно Татьяна замерла. Она увидела в беседке и в гамаке каких-то посторонних парней. На столе был бардак, а грязная посуда на кухне возвышалась горой. Женщина побежала в гостиную, затем заглянула в спальню, но бабы Шуры и деда Степана нигде не было.
Зато в хозяйской спальне спали какие-то люди да и, вообще, везде был бардак. Таня начала волноваться. Дрожащими от злости пальцами, Лежинская набрала номер бабы Шуры. Та долго не отвечала, пока наконец-то не подняла трубку:
— Да, слушаю, – зевнула пенсионерка, – ну, говорите. Кто там? Разбудили человека и молчат.
— Что происходит на нашей даче? – стараясь себя сдерживать спросила Татьяна.
– Таня, ты что ли? – удивилась баба Шура, – чего трезвонить с самого раннего утра? Что там с дачей?
— Вы еще спрашиваете? Здесь полно каких-то посторонних людей.
— Это не посторонние, – снова зевнула Александра Даниловна, – это наши родственники. Внучатый племянник мой - Денис со своими друзьями, девушками. День рождения у парня, ясно?
— Не, не ясно, взвизгнула Татьяна, — кто их впустил сюда? И где вы со Степаном Григорьевичем?
—Танечка, ну чего ты кричишь. Ты пойми, мы с родней договаривались давно. Обещали, что предоставим свою дачу, когда у Дениски день рождения будет. Забыли мы с дедом о своем обещании да и продали дачу. Не кричи, сейчас мы приедем. Я уж думала мы подружились, свои люди, можно сказать, а ты опять за свое.
– Танечка, – вдруг выхватил у жены трубку дед Степан, – ты пойми, детка, мы с Шурой совсем одинокие. Дочь наша померла давно, еще когда студенткой была. Вот такая трагедия случилась. А других детей у нас нет. Дениска - внучатый племянник Шуры, самый родной получается. Ох, и разозлился же он, когда узнал, что дачу мы продали. Пришлось впустить его с друзьями.
— Так, я сейчас же вызываю полицию, – категорично сказала новая хозяйка дачи.
— Не надо, милая, —- баба Шура заплакала, — мы уже едем с дедом. Танечка, ты Дениску-то не прогоняй с друзьями. А то он обидится на нас с дедом и общаться больше не захочет.
У Татьяны сжалось сердце от жалости к старикам, но женщина тут же эту свою жалость отогнала. Комашкины слишком хорошие манипуляторы - это она уже поняла. Этим они и пользовались. Сколько раз Таня выгоняла их со двора, но они моментально начинали плакать, просить прощения, извиняться и снова манипулировать.
Женщина молча выключила телефон и решительно отправилась в спальню:
— Эй, просыпайтесь сейчас же. Вы кто такие? Как оказались в чужом доме? – громко крикнула Татьяна.
Толстощекий парень открыл один глаз и снова зажмурился:
— Ты кто такая? Прекрати кричать. Я на даче у своих родственников. Отмечаю свой день рождения.
— Ваши родственники - Александра Даниловна и Степан Григорьевич Комашкины продали этот дом нам. У нас и документы имеются и любые подтверждения. По закону, вы проникли в чужое жилище. Сейчас сюда приедет полиция и мы проверим не украли ли вы чего-нибудь, – закричала на весь дом женщина, а следом в комнату зашел еще и Андрей с псом.
Мужчина по имени “Дениска” тут же подскочил с кровати и начал быстро одеваться:
— Да вы что? Не выдумывайте. Я и знать ничего не знал. Это мои двоюродные бабка и дед меня сюда пригласили. Сказали: празднуй Дениска сколько влезет.
— Я Вам еще раз повторяю, молодой человек: этот дом продан и за проникновения в наше жилище ответите по закону, – Татьяна была готова метать молнии из глаз.
Дениска запутался в брюках и упал на пол. Молодой человек тяжело дышал. Было понятно, что помимо того, что он плохо себя чувствует, еще и очень испугался.
Вскоре Лежинские услышали скрип тормозов. Это приехали бывшие хозяева дачи. Татьяна выглянула в окно и увидела, что на всех парусах к дому бежит Александра Даниловна, за нею следом семенит дед Степан.
Дальше произошло что-то невообразимое: дед схватил ведра и побежал к колонке, а баба Шура начала быстро убирать грязную посуду со стола. Гости Дениса, которые спали на раскладушке, в гамаке, и даже на лавочке в беседке, начали просыпаться и оглядываться по сторонам. Она совершенно ничего не понимали.
Баба Шура развила такую бурную деятельность, что когда Таня и Андрей вышли на порог, она уже подметала двор. Дед притащил миску для посуды, поставил на стол и убежал за совком.
— А что здесь происходит? – спросил, ничего не понимающий Денис, который вышел на порог.
— Ой, здравствуй, Дениска, – улыбнулась баба Шура, – ну, как праздник отметили? Сейчас соберемся и поедем к нам в город. Подарок для тебя есть. Вот только посуду помою. А дачу мы, действительно, продали, – улыбнулась баба Шура.
— Ну, знаете ли, – рассердился Денис и обратился к гостям, – ребята, поехали.
Как только молодежь ушла, баба Шура устало присела на скамейку:
— Ну, вот, обиделся наш внучатый племянник. Мы ведь с дедом хотели как лучше. Да и дачу продали, чтобы машину ему купить. Нет у нас никого. Дениска нам как сын, понимаете? Все для него, все для него, старались с дедом, – Александра Даниловна закрыла ладонями лицо и горько заплакала.
Степан Григорьевич присел рядом с женой и погладил ее по плечу:
— Шурочка, ну, не нужно.ю милая. Видимо судьба наша такая - доживать век в одиночестве. Ни дочки, ни внуков, и внучатый племянник знать нас не хочет, – вздохнул Степан Григорьевич.
Татьяна посмотрела на своего мужа. Она увидела, что Андрей снова взгрустнул, проникся и опять пожалел стариков. Еще чуть - чуть и Андрей снова предложит бывшим хозяевам выход из ситуации.
Но Татьяну уже не проведешь. Она этих старых манипуляторов давно раскусила. Дачку они продали, чтобы Дениске машину купить, а сами собираются на этой дачке и дальше лето проводить. Не зря же баба Шура у Татьяны выпрашивала пару грядок.
— Знаете что, — уверенно сказала Татьяна, – посуду я сама помою, а мы собирайтесь и поезжайте домой. Клад свой, я надеюсь, нашли?
— Ой, Танечка, неудобно как-то. Мы сейчас все уберем, помоем, отдохнем и поедем, – улыбнулась баба Шура.
Как только Татьяна услышала слово “отдохнем”, женщина разозлилась так, что бывших хозяев как ветром сдуло. Наконец-то вся семья вздохнула с облегчением. Дорого же им эта дача обошлась. Впрочем, домик, действительно, замечательный. Так что Лежинские ни о чем не жалеют.
Ещё больше историй здесь
Как подключить Премиум
Интересно Ваше мнение, делитесь своими историями, а лучшее поощрение лайк и подписка.