Русский художник был любимцем императорского двора и дерзким новатором.
Пока прибалтийские соседи используют культуру, как элемент антироссийской пропаганды, в нашей стране уделяют особое внимание наследию прошлого. Именно поэтому сразу в нескольких городах торжественно отмечают 225-летие со дня рождения русского художника Карла Брюллова.
Любимец императорского двора, мастер нестандартных подходов и автор тайн, многие из которых до сих пор пытаются разгадать искусствоведы. Корреспондент «Известий» Полина Пятышева — о гении, который и сегодня поражает воображение.
Этот художник с ящиком красок на голове — сам Карл Брюллов. Переживает трагедию вместе с героями. Когда проснулся Везувий, Помпеи замолчали навсегда.
Картина поразила современников «спецэффектами» — падающие статуи, обезумевшие кони, но, главное, живые эмоции. В глазах — отчаяние и ужас. Брюллов тонко чувствует своих героев. Каждый портрет — зеркало души.
«Он вытаскивает из их нутра только те черты, которые ему кажутся очень важными, значимыми, выразительными. Разумеется, испытывает при этом собственную привязанность, я бы даже сказал любовь», — говорит заместитель генерального директора по научной работе Государственного русского музея Григорий Голдовский.
Брюллов — новатор своего времени, разрушал эстетические каноны. Считал, что в простом и повседневном красоты больше, чем в парадных образах.
За работу «Итальянский полдень» на Брюллова обрушилась критика. Общество не понимало, как художник посмел выбрать в модели девушку с пышными формами и простыми чертами лица. Но сегодня, спустя 200 лет, эта картина — прекрасный образец классической живописи.
Учился у лучших — сначала в Академии художеств, затем в Италии. Изучал фрески Рафаэля и скульптуры Микеланджело. А потом и сам произвел фурор. Художника чествовали как римского триумфатора.
«Здешние художники все, как за язык подвешенные, бессмысленно бормочут одно имя: «Брюллов, Брюллов», — рассказывает Голдовский.
Кстати, его настоящая фамилия — Брюлло. Букву «В» пришлось добавить, чтобы все знали — он родом из России. За рубежом очень востребован. Вот его письмо родителям домой.
«В Мюнхене писал портреты с дочери министра финансов, самого министра финансов. Королевская фамилия очень довольна! И если бы не отъезд короля и всей фамилии в Дрезден, то, может быть, мне пришлось бы писать их всех. Однако не пришлось и не придется, потому что я уже в Риме!» — пересказывает письма мастера методист Президентской библиотеки имени Ельцина Полина Попова.
В Риме звучит имя Брюллова и сегодня, спустя два столетия. Его работы потрясают итальянцев.
Ему всегда было тесно. Он хотел расписывать небо, а расписывал купол Исаакиевского собора.
«Хотел, чтобы чувствовалось движение по кругу, ввысь, и все стремится к высшей точке интерьера. На облаках — святые, а высшая точка — голубь — христианский символ святого духа», — рассказывает методист Государственного музея «Исаакиевский собор» Нина Арютина.
На лесах художник проводил дни напролет среди сырости и мраморной пыли. Титаническая работа!
«Принимает лично император! Часто он отвергал эскизы Брюллова. Но по живописи он был уровня, наверное, художников эпохи Возрождения», — считает Арютина.
Разгадать тайну его таланта пытаются до сих пор. С помощью VR-технологий додумывают, что еще могло быть в мыслях художника, но так и не легло на холст. С помощью VR -пространства можно повернуть в те закутки, которые вообще не видны на картине.
Сочетание технологий и классического искусства — смелый ход, что пришелся бы по вкусу Брюллову. Дерзкий новатор, мастер светского портрета — Великий Карл — прославил Россию в глазах всего мира.