История жителя Санкт-Петербурга Жасура Хамдамова — единственная в своем роде. В 2007 году из-за несчастного случая 98% его тела покрыли ужасные ожоги. Врачи говорили, что шанса на спасение практически нет.
Но сейчас Жасур считается единственным человеком в мире, который выжил после таких травм. Его имя даже внесли в мировой реестр ожоговых больных, спасение которых является чудом.
О том, какой сложный путь прошел Хамдамов для восстановления и как живет спустя 17 лет после трагедии, — читайте в материале 5-tv.ru.
«Прощайтесь с сыном»
В 2007 году, когда случилась трагедия, Жасуру было всего лишь 16 лет. На Рождество он вместе с семьей отправился на дачу. Когда стали прогревать сауну, то из нее повалил густой дым.
Пожарные задерживались. Жасур решил ненадолго заглянуть, чтобы забрать свои вещи и отключить тэны. Но именно в тот момент взорвался перегревшийся котел.
По словам Хамдамова, боли не было от слова совсем. Он помнил взрыв, как пламя сожгло всю его одежду, а родные кинулись на помощь, застав его с горящими волосами на голове.
Но в этот момент он не чувствовал страха или ужаса. Лишь стыд, что его увидели голым.
«Я был в одних трусах. У меня обожгло все тело. Лоскуты кожи на ладонях висели, но я ничего не чувствовал. Видимо, организм пребывал в шоковом состоянии. Больше я переживал, что стою голый перед мамой. Волновался, что меня не примут ни в один университет. Ведь известно, что встречают по одежке. Амбиции у меня были ого-го, я собирался поступать в Институт международных отношений», — рассказал Жасур в беседе с изданием «Московский комсомолец».
До дома он шел через весь огород, шагая босиком по снегу. До конца не понимал, что произошло. Даже умудрялся флиртовать с медсестрой, когда приехала бригада скорой помощи. В машине ему ввели лекарство, и он заснул.
Осознал весь ужас Хамдамов только тогда, когда очнулся. Оказалось, что все это время врачи боролись за его жизнь, но прогнозы давали родителям неутешительные.
Огонь поразил 98% тела, с такими травмами не живут. В больнице родителям Жасура сказали: «Приходите через три часа, прощайтесь с сыном».
Лучшие врачи Санкт-Петербурга собрали консилиум, на котором обсуждали этот случай. Профессора также были уверены в летальном исходе. Был только один шанс на спасение, если Жасур не умрет в течение трех дней.
По словам отца Хамдамова, сын лежал весь покрытый бинтами, подключенный к аппаратам, поддерживающим работу жизненно важных органов. Лечение требовало колоссальных средств. Сразу организовали сбор друзья пострадавшего парня. В день уходило по 60 тысяч рублей на лекарства.
Первыми выручали семьи одноклассников, потом подключились другие граждане. Не остались в стороне тогда политик Сергей Миронов и народный артист РФ Александр Розенбаум.
Тяжелое восстановление
Жасура положили в отделении реанимации и интенсивной терапии детской городской больницы. Лечащий врач Александр Егоров в беседе с изданием KP.RU отметил, что потребовалось сделать больше десяти операций.
Проблема заключалась в том, что для восстановления на поврежденные участки тела необходимо накладывать здоровую кожу. Но у Жасура целыми остались лишь 2%. Тонкая полоска на бедре, там была резинка трусов во время взрыва, и немного на голове. Поэтому сначала к ожогам прикладывали свиную кожу.
В это время российские специалисты взялись разрабатывать стволовые клетки, которые бы соответствовали человеческой коже. Благодаря случаю Жасура были выделены средства на разработку. И юноша стал первым пациентом, на котором испытывали этот метод.
«Помню, мне потихонечку закрывали поврежденные участки тела, наращивали тоненький слой кожи. На это ушло около пяти месяцев. Кожа ведь является защитным слоем. В противном случае любой микроб, который попадает на часть тела, может привести к летальному исходу», — объяснял Жасур.
За полгода нахождения в больнице Хамдамов пережил пневмонию, сепсис и полиорганную недостаточность. Тело находилось в неподвижном состоянии и атрофировалось. Юноша не мог пошевелить ни руками, ни ногами. При попытке сесть испытывал жуткие боли.
«Еще я не разговаривал, потому что все время находился на ИВЛ. Мне казалось, что я разучился самостоятельно дышать. Задыхался, когда вынимали трубку», — вспоминал Жасур.
К сожалению, чтобы помочь Хамдамову, были необходимы те технологии, которые в России на то время отсутствовали. Тогда родители юноши обратились в реабилитационный центр для ожоговых больных в Бостоне. Благодаря помощи неравнодушных людей удалось набрать порядка 60 тысяч долларов.
Чтобы перевезти пациента даже выделили отдельный самолет, Жасура сопровождала целая бригада врачей. В клинике людей тоже было не меньше.
«В реанимации по ночам дежурили четыре человека, которые постоянно измеряли сатурацию. При небольшом скачке сразу прибегали три-четыре человека. Мне предоставили музыкального терапевта, которая успокаивала меня игрой на гитаре.
Например, если я волновался, она спрашивала, какую песню сыграть. И я заказывал „Hotel California“. Со мной находились два психотерапевта, диетолог, три физиотерапевта и четыре человека, которые развлекали», — сказал Жасур.
Хамдамов признавался, что и сам не верил в восстановление. Пересаженная кожа первое время мешала двигаться. Вместе с тем, приходилось посещать перевязки, массажи и тренировки.
По словам Жасура, самое сложное было научиться сидеть. Каждый день этому уделяли по два часа. Потом юноша учился стоять, затем ходить. Чтобы даже неуверенно передвигаться по помещению, потребовалось три месяца. Спустя четыре месяца Жасур смог, наконец, вернуться домой.
«Многие не верили своим глазам, когда увидели меня спустя шесть недель. Мы общались по телефону. Первое время я только и делал, что жаловался, что меня замучили. Я ведь приехал в Америку просто как кусок мяса.
Ожоговая поверхность зажила, затянулась. Но те шрамы, что оставались, просто невероятно тянули кожу. Мышцы тела ослабли настолько, что я сам ничего не мог делать. Я был беспомощным, как ребенок. Каждое движение причиняло дикую боль», — рассказывал Жасур в беседе с изданием KP.RU.
Однако на этом сложный путь не завершился. Дома юноша носил неудобное компрессионное белье. Практически не расставался со специальной маской, которую изготовили по слепку лица. Приходилось надевать подобие «ошейника», чтобы кожа шеи не срослась с лицом.
Сложно приходилось и со сном. Первое время Жасур спал только по два часа, из-за некомфортного белья. После пробуждения он ощущал себя не менее разбитым.
Для коррекции внешности Хамдамову пришлось делать пластику. В Петербурге пришлось сделать четыре операции, чтобы лицо и тело выглядели получше. Также хирурги проводили работы на пятках, где образовались пролежни.
Не сдавался
Не каждый человек, столкнувшись с таким испытаниями, способен их стойко перенести. Но Жасур не сдавался. Больше всего он благодарен родным и друзьям, их поддержка помогла ему не впадать в уныние.
Даже психологи, которых нанимали, Хамдамову не помогали. Он сам смог пройти все стадии принятия новой жизни, лежа в больнице.
Но Жасур не отрицал, что было сложно привыкнуть к новой внешности. Его мама сначала отказывалась давать ему зеркало. Боялась, что это спровоцирует у него депрессию.
Проблема заключалась в реакции окружающих на новый облик. Люди не отличались особой тактичностью. Могли открыто рассматривать Жасура, как экспонат в музее. Или прямо спросить, не думая о чужих чувствах. Для них этот вопрос способ удовлетворить любопытство, а для пережившего — воспоминания о трудностях и боли.
«Прохожие на улице оглядывались, не могли скрыть эмоций. Я замечал на лицах людей страх, отвращение, интерес… Жутко неприятно. Ладно бы один-два раза это было, но, когда каждый проходящий мимо оборачивается и смотрит — ты чувствуешь себя будто в цирке.
Искренне не понимал, за что мне такие испытания. До сих пор встречаются люди, которые подходят на улице и спрашивают: а что у тебя с лицом?» — добавил Жасур.
Однако даже с измененной внешностью Хамдамов смог познакомиться со своей будущей женой. Он учился привлекать женщин не внешним видом, а харизмой. В социальных сетях у них возникло общение, которое переросло в реальные встречи.
Теперь Жасуру 33 года, он счастливый отец троих детей, который решил стать шеф-поваром. Не все нынешние коллеги и знакомые Хамдамова знают, что он пережил 17 лет назад. Не могли разобрать и потому, что он научился скрывать свои шрамы. Например, сделал пересадку бороды, набил татуировки. Но все это огромной труд и время.
«Я просыпаюсь каждое утро счастливым, потому что чувствую себя здоровым, взрослым, симпатичным мужиком в самом расцвете сил. У меня трое чудесных детей, красавица жена, я работаю шеф-поваром в одном из лучших ресторанов нашего города. Ограничений у меня никаких нет», — сказал он.
О прошлом Жасур не любит вспоминать, поскольку те годы это пример, как он одержал победу над смертью, а также доказал всему миру, каких высот удалось достичь, несмотря на испытания.