Третий выпуск новогоднего киноальманаха
Утром 31 декабря разыгрываются нешуточные страсти: бродячий пес по кличке Пират влюбился в чистокровную собачку Йоко, чьи бессердечные хозяева Лена (Анна Чиповская) и Коля (Петр Федоров) собираются везти питомца в Лондон для осуществления более выгодной партии. Их дочь Настя (Лера Стреляева) бьет тревогу в социальной сети, веря, что «лайки» спасут собачью любовь. Ей пытается помочь Вика (Вера Строкова), модератор группы «Бумеранг добра», в которой пользователей соцсети убеждают в том, что совершать добрые поступки выгодно. История Пирата так или иначе влияет на жизнь остальных героев фильма — лыжника (Александр Домогаров-младший) и сноубордиста (Александр Головин), отправившихся нести службу в очень отдаленные места, хирурга Дениса (Антон Богданов) и его школьной любви (Мария Луговая), гулящего профессора Андрея (Гоша Куценко), а также двух непохожих отцов — Бори (Иван Ургант) и Жени (Сергей Светлаков). Третий выпуск новогоднего киноальманаха «Ёлки» напоминает встречу выпускников: большинство ее участников обзавелись семьями, приличной или не очень работой, но стоит им сесть за один стол — и будто не было этих лет. Режиссер Антон Мегердичев в начале года представил крепкий фильм-катастрофу «Метро». Александр Котт до «Елок» снял «Брестскую крепость», а позднее, между второй и третьей частями «Ёлок» — сериал «Обратная сторона Луны». Читающего закадровый текст Константина Хабенского месяцем ранее зрители увидели в одной из лучших его ролей последних лет в картине Александра Велединского «Географ глобус пропил». Сергей Светлаков сыграл самого себя в комедии «Горько!». Иван Ургант стал ведущим собственного юмористического шоу — русского аналога популярных западных программ, которые показывают по вечерам. Петр Федоров исполнил одну из главных ролей в «Сталинграде». В послужном списке Веры Строковой — «Шапито-шоу» и «Россия 88». Наконец, Анна Чиповская предстала перед зрителями сразу после успеха сериала «Оттепель».
Компания более чем солидная, но «Елки» не выдерживают сравнения ни с одним из перечисленных проектов. Они, словно украшенная сверх меры лесная красавица, не позволяют рассмотреть какую-либо естественную красоту: режиссерские и актерские навыки, продемонстрированные за пределами новогодней франшизы, сведены к надраенным до блеска штампам. Любые потенциально живописные виды заслоняет доброта, которая хлещет через край кисельных берегов. Повторяется ситуация с «Продавцом игрушек», когда внятный сюжет и хоть какую-то мотивацию персонажей заменили позитивной начинкой с новогодним месседжем. Праздничное послание легко упаковывается в коробку с надписью «На Деда Мороза надейся, а сам не плошай», очень точно показывает роль «лайка» в жизни общества и берет курс на «мимимишность». Вместо котиков за обаяние в «Елках» отвечают собаки, у которых случилась такая любовь, что умиляются и дети, и прожженные бизнесмены, и депрессивные старики. На примере девочки Насти зрителю объясняют, что добрые дела обязательно вернутся, но не сразу. Герои бьются в истерике, бессмысленно врут, совершают мелкие пакости, но один добрый поступок тут же исправляет все содеянное, вернувшись с задержкой в несколько часов. Понятно, что в новогоднюю традицию никак не вписывается метод «подумал, потом сделал». Да и наблюдать за горсткой эгоистов, которые благодаря новогоднему чуду выбирают семью, а не работу, вероятно, намного веселее. Сопереживать им, правда, очень трудно.
В третьих «Елках» больше заигрывания с публикой, попытки лощеной народной, а не, собственно, хорошей комедии. Большая часть гэгов связана с животными, но выглядят они как пьяный прикол хозяина над верным псом. Положили ему кусок колбасы на нос, а он стоит и не смеет есть. И глаза у собаки такие трогательные, и смешно, наверно, и сразу ясно, кто лучший друг человека (вот только сам человек в таких условиях — друг так себе). На следующий год запланировано в два раза больше «Елок» (будет и про собак отдельный фильм), и тогда творческий кризис очень прибыльной франшизы может проявиться во всем блеске. Тогда же более громогласно может прозвучать повторяемая некоторым процентом зрителей мантра: когда же это прекратится, да где же этому конец.