В горной тиши, где воздух был легким, как дыхание самой Земли, и где небо и земля сливались в единую безбрежную синеву, на отгороженной от мира поляне остановилась пара. Молодой человек с девушкой, уставшие от городской суеты, от усталых лиц и машинного грохота, решившие отдать свои силы природе, поехали в эти дали, где солнце кажется ближе, а воздух чище.
И вот, они здесь — на поляне, в окружении горных вершин, покосившихся в мрак вечности, как если бы сами древние гиганты смотрели на них с любопытством. Пара распаковала рюкзаки, разложила на траве коврики и, казалось, вот-вот начнется их встреча с природой, этот долгожданный отдых, наполненный уютом и покоем. Но как это часто бывает, их мысли и чувства ускользают от этой тишины, и они все равно ищут в себе то, что невозможно найти в уединении — шум, движение, игру.
"Как насчет футбола?" — спросил он, скинув куртку и улыбнувшись, глядя на свою спутницу. В его глазах горела искорка веселья, как если бы этот вопрос был не просто предложением, а целым вызовом. В ответ она посмотрела на него с насмешкой, полным понимая, что в ее лице отражается не только сюрприз, но и готовность к маленькому авантюризму.
"Ты серьезно?" — ответила она, сдвигая волосы назад и в то же время улыбаясь, будто это не могло быть предложением более глупым и одновременно захватывающим.
"Ну да, давай!" — парень достал мяч, который они привезли с собой, отер его от кучи камешков и бросил ей под ноги. "Вот мяч, а вот ты!"
Игра началась с того, что мяч укатился под дерево. Он рванулся за ним, не обращая внимания на трещины, оставленные временем в старой коре. Она же, слегка скрестив руки, стояла и смотрела на него, как на смельчака, заблудившегося в этой горной дикой местности.
"Так ты собираешься играть или будешь стоять как статуя?" — весело сказал он, наблюдая за тем, как она с недоверием смотрит на мяч, а потом, похоже, решает все-таки вмешаться в это странное действо. Она с легким усилием пнула мяч в его сторону, он среагировал мгновенно — и так началась их игра.
Они бежали по поляне, прыгали, пинали мяч с каждым разом все сильнее, забывая, что они — не профессиональные футболисты, а просто два человека, заблудившиеся в этом мире, где нужно быть одним целым с каждым жестом, с каждым движением. Иногда мяч летел в сторону, и оба, с видом самых решительных людей на свете, рвались к нему, соревнуясь за победу, которая была скорее в игре, чем в результате.
Каждое его движение, каждое ее недовольное покачивание головой, когда мяч снова ускользал из-под ее ног, становились источником бесконечного веселья. Он начинал смеяться, и она, невольно, следом, как эхо в горной долине. Иногда, играя, они сталкивались друг с другом, и их тела сталкивались с таким нежным, почти интимным, каким-то скрытым в нем смыслом — как если бы эта игра была не только борьбой за мяч, но и борьбой за их собственную радость и пространство, в котором они становились частью чего-то большеего. Их смех становился все громче, а воздух наполнялся не просто запахами трав и гор, но и этим чудесным ощущением внутренней легкости.
"Ты, конечно, хорош в этом!" — сказала она, фальшиво обиженно поджимая губы, когда он, в очередной раз, забил гол. Она опустилась на землю, вытирая лоб, а он, посмеиваясь, опустился рядом.
"Ты просто не раскрылась!" — ответил он, дразня ее. "У тебя скрытый потенциал, ты просто не веришь, что можешь быть такой же быстрой!"
И тут же они оба рассмеялись, понимая, что вся игра — это не борьба за мяч, а попытка узнать друг друга чуть глубже. Моменты смеха и недовольства, конкуренции и согласия, перемежались со взглядами, полными доверия и любящей иронии.
Они долго играли, и постепенно солнце село за горизонтом, оставляя после себя темные очертания гор. Все смолкло, и на поляне наступила тишина, где только эхо их смеха наполняло пустоту.
"Знаешь," — сказала она, сидя на траве и глядя в небо, — "в горы не так-то просто приехать, да?"
"Нет," — ответил он, сжимая мяч, — "но, наверное, это самое правильное место для нас. Где можно быть собой. Где нас не оценят за количество побед в футболе, а только за умение наслаждаться каждым моментом."
Они сидели долго, не думая ни о времени, ни о месте. Просто так, как сидят те, кто понимает, что такие моменты — не каждый день.