Найти в Дзене

«Человек — это звучит гордо»? Часть 4. «Пустой колос до неба тянется, полный до земли клонится»

Подтверждением этой присказки-прибаутки преподобного Амвросия Оптинского служит любопытное наблюдение. Христианин предпочтёт фразу: «Низкий поклон», человек мира сего — «Будь выше». Впрочем, посещение храма не индульгенция, автоматически очищающая от гордости. К сожалению, прихожане, которые с печатью смиренномордия на ликах усердно орудуют локтями, протискиваясь к кресту, не редкость в наших храмах. Не им ли адресованы слова Спасителя: «Многие же будут первые последними, и последние первыми» (Мк. 10, 31)? Вывеской ничтожной души, словно вторя оптинскому старцу, называл гордость И. С. Тургенев. Каждый человек наделён от Бога дарами, но гордецу невдомёк оглянуться вокруг. Зацикленный на своих достоинствах и талантах, зачастую более чем скромных, он лезет по головам, словно сорняк, заглушающий культурные всходы, разрастаясь до размеров неимоверных. От таких людей-сорняков чахнет наша эстрада, культура, литература, политика. Птенцы «Дома-2» не стыдятся поучать общество сомнительным нормам

Подтверждением этой присказки-прибаутки преподобного Амвросия Оптинского служит любопытное наблюдение. Христианин предпочтёт фразу: «Низкий поклон», человек мира сего — «Будь выше».

Впрочем, посещение храма не индульгенция, автоматически очищающая от гордости. К сожалению, прихожане, которые с печатью смиренномордия на ликах усердно орудуют локтями, протискиваясь к кресту, не редкость в наших храмах. Не им ли адресованы слова Спасителя: «Многие же будут первые последними, и последние первыми» (Мк. 10, 31)?

Вывеской ничтожной души, словно вторя оптинскому старцу, называл гордость И. С. Тургенев.

Каждый человек наделён от Бога дарами, но гордецу невдомёк оглянуться вокруг. Зацикленный на своих достоинствах и талантах, зачастую более чем скромных, он лезет по головам, словно сорняк, заглушающий культурные всходы, разрастаясь до размеров неимоверных. От таких людей-сорняков чахнет наша эстрада, культура, литература, политика. Птенцы «Дома-2» не стыдятся поучать общество сомнительным нормам морали, бьюти-блогеры без зазрения совести диктуют низкие вкусы, а кустари-самоучки беззастенчиво вытесняют изо всех сфер высоких профессионалов. Однако последнее слово остаётся за Христом: «Когда тебя приглашают на свадебный пир, не садись на почетное место, ведь может случиться так, что среди приглашенных окажется кто-то знатнее тебя, и тогда хозяин, пригласивший и тебя, и его, подойдет к тебе и скажет: "Уступи место этому человеку". И тебе придется со стыдом занять самое последнее место. Итак, когда тебя пригласили, пойди и сядь на самое последнее место, чтобы хозяин подошел к тебе и сказал: "Друг, перейди на лучшее место"» (Лк. 14, 8–10).

Что, как не Суд Божий над гордостью, представляет собой современная система образования? Чем ниже его уровень, тем выше статус учебного заведения. В Советском Союзе академии и университеты были наперечёт, но любой советский выпускник ПТУ, пообщавшись с современным магистром или бакалавром, теряется перед дилеммой, смеяться или плакать над перлами дипломированных жертв ЕГЭ.

Одно из проявлений гордости — стремление обладать контролем, не неся никакой ответственности. Здесь явно проглядывает оскал антихриста. Сколько же мини-антихристов выползло на свет Божий за последние месяцы! Кто только не изъявлял намерения накрыть всех цифровым колпаком, поставить электронное тавро на человечестве, не отвечая за последствия!

Ответственность называют синонимом духовности. На человека, обладающего этим качеством, можно положиться. Напротив, насколько зыбка почва под ногами, когда у власти оказывается чиновник, не умеющий принимать взвешенных, адекватных решений, не способный доверять, сочувствовать и сострадать, но вооружённый камерами слежения и прочими орудиями контроля и принуждения!

Другая крайность, в которую бросаются гордецы, — недостаток самоуважения, когда homo sapiens, отрекаясь от образа Божьего в себе, ведут родословие от приматов, когда дело Дарвина живёт и процветает. Уподобление животным устраивает их больше, чем восхождение к Богу: тогда депутатам Верховной рады позволительно прилюдно драться, выясняя, «хто кращий радiкал», а спортсменам международного уровня — соревноваться не в ловкости, силе, выносливости, а в умении строить козни, ставить подножки да плести интриги.

Если же гордец вдобавок и лентяй, то он опустится до неряшливости Плюшкина и патологического ничегонеделания, считая всех окружающих вассалами, обязанными водить вокруг него хоровод.