— Мама, баба Зина, просит открыть, –плача произнесла девочка в телефонную трубку.
— Не открывай, Маша, слышишь? Отойди от двери и не подходи к окнам. — На том конце послышался взволнованный голос матери.
— Но почему?
Ответа Маша не услышала, раздался протяжный вой, и глухой выстрел сотряс стены дома. Девочка прижалась к двери и, встав на носочки, посмотрела в дверной глазок. На лестничной площадке мигал свет, но не бабу Зину из 54 квартиры, не других людей она не видела.
Зазвонил телефон. Девочка дрожащими руками сняла трубку и приложила её к уху.
— Мам?
— Да, милая, это я. Связь оборвалась. Послушай внимательно, не перебивай. Я не смогу приехать, тебе надо собрать всё необходимое и найти дядю Лёшу, он отвезёт тебя в безопасное место. Я люблю тебя.
Послышались гудки, и как бы Маша ни кричала, мама ей не отвечала. Слёзы покатились по щекам, а ведь всё начиналось так хорошо…
— — — —
Около школы собрался народ. Мальчишки и девчонки стояли и обсуждали очередную школьную дискотеку. Вовка из 11 Б по-свойски обнял свою первую любовь и шепнул ей на ухо.
— А ты поправилась, мне даже нравится, как округлилась твоя грудь.
Вот только это услышали остальные и прокатился смех по толпе. Вика обиженно посмотрела на своего возлюбленного и скинула руку со своего плеча. Ей совсем не нравилось, что она набрала целых пять килограмм, за какие-то две недели. Вот и животик появился, и милые щёчки, словно у хомяка, а платье, что купила, она на выпускной, не застёгивалось на бедре. Лишь влюблённый взгляд Вовы вызывал улыбку на лице Виктории.
А на следующий день по школьным коридорам поползли слухи, что и Наташка из 9 А и даже Таня, местная королева школы набрала лишние килограммы.
— Да они все толстухи, смотри на них! – ткнул пальцем местный хулиган в проходящую девочку из начальных классов.
— Лучше быть толстой, чем тупой, как ты. – Сказала Маша и, подняв рюкзак, пошла на последний урок.
Она не замечала изменений в своих друзьях, не заметила, как потолстела соседка, бабушка Зина, как у той заплыли жиром глаза. Маша не осуждала людей за лишний вес, но когда в городе началась паника, ей стало страшно.
Люди толстели. И не просто набирали пару лишних килограмм, а раздувались, заплывали жиром, пока кожа не начинала лопаться и не показывался жёлтый дурно пахнущий жир.
Жители города бежали, спасая себя и своих близких. Падали, умирали на тротуарах. А потом Алевтина Константиновна, мама Маши, не вернулась с работы в назначенный час.
В рюкзак Маша положила еду, ту, что нашла в холодильнике, бутылку воды и сменную одежду, на два дня должно хватить. Дядя жил за городом в небольшом селе, работал там же трактористом. Добрейшей души человек. Своей семьи не имел и в свои сорок с хвостиком любил племянницу как родную дочь. Баловал по-отцовски, после смерти родного отца, своего брата.
Страшно было покидать квартиру, но делать было нечего. Маша оставила записку на случай возвращения мамы и вышла из квартиры. Подъезд встретил её тишиной. Она тихо закрыла дверь, сунула ключ в карман и спустилась на один пролёт ниже. Вот здесь и увидела она, что произошло с бабой Зиной. Её убили. Пулевое отверстие ровно по центру лба, такие она видела в американских фильмах. Зажала рот ладошками, сдерживая рвущийся крик, и выскочила на улицу.
Лучше бы она оставалась дома. Улицы были заполнены трупами. Раздувшиеся люди, стоня, тянули руки к девушке. Потрескавшимися губами молили о помощи.
Кто-то резко схватил её за руку и дёрнул за себя, увлекая за угол дома. Маша закричала, отбиваясь от крепких рук.
— Машка, стой, стой же, это я!
Девушка замерла, смотря на лицо одноклассника. Толя Печеркин. Задира, хулиган, двоечник. Перечислять все его минусы заняло бы много времени. Из плюсов же, глаза, цвета мокрый асфальт, на этом наверно плюсы заканчивались.
— Что ты здесь делаешь? – спросила девочка.
— Времени нет объяснять, вот возьми, надень и не снимай.
Маша опустила взгляд на медицинскую маску и только сейчас поняла, что он сейчас в абсолютно такой же.
— Зачем это?
— Вот же глупое создание, у кого пятёрка по биологии? Именно у тебя, а как вирус передаётся, не знаешь.
— А это вирус?
— Конечно. Мать сначала заболела, бухали они с отчимом, она и чихнула, потом заболел отчим. Я не стал ждать, собрал вещи и ушёл. Теперь или ты, или тебя, уяснила?
Маша кивнула, всё ещё смутно понимая, но маску надела, так спокойнее. Почувствовав ладонь Толи на своей руке, увидела она резиновые перчатки, такие медицинские, пахнущие свежим тальком, но спрашивать не стала.
Он повёл её сквозь арку, вдоль по улице, ближе к городскому парку.
— Толя, мне надо к дяде в Черёмушки. – Остановила его Маша и посмотрела на парня.
— Нельзя туда, ты не доберёшься. Они дикими становятся, чувствуют, что конец близок, а когда идти не могут, ползут. Ну а если рядом окажешься, когда взорвутся, то всё, пиши пропало ты труп. Поэтому нельзя тебе в Черёмушки. – Потащил дальше её Толя. — Я же и шёл к тебе, знал, что твоя мать на работе застряла, сейчас медики мрут первыми.
Маша остановилась. На её щеках заблестели слёзы. Вот почему мама не вернулась, вот почему она велела идти в село. Горькое рыдание сорвалось с губ, и Толи ничего не оставалось, как обнять плачущую одноклассницу.
— Не реви, мы доберёмся до школы, там наши спрятались, те, кто ещё жив.
Девушка кивнула и, утерев нос, пошла в сторону средней школы. Подходя к ступеням школы, девушка повернулась и внимательно посмотрела на Толю.
— Что случилось?
— Иди, мне с тобой нельзя.
— Но почему?
И только теперь Маша заметила, как изменилась его фигура. Ранее спортивное телосложение, сейчас же выглядело округлым.
— Нет. – Охнула она и виновато посмотрела на одноклассника.
— Ты не виновата, ты не замечала изъянов в человеке, а я всегда замечал. Замечал твои веснушки и смех раненой чайки, видел неумелые прыжки, на физкультуре, через козла. Видел морщинки в уголках твоих глаз.
Ком подступил к горлу Маши, она не могла сказать и слова. Заметила лишь, как из левого его глаза скатилась коричневатая сукровица, как пожелтели прекрасного цвета глаза. Участилось дыхание парня.
— Маша, беги! – услышала она крик Вовы. Но было уже поздно.
Толя накинулся на девочку молниеносно . Повалил её на асфальт и, скаля жёлтые зубы, пытался прикоснуться к её лицу. Маша закричала, отталкивая его от себя. Около них появился Вова и оторвал от одноклассницы уже жирного Толика. Не успела Маша опомниться, как прозвучал выстрел и тело напавшего на неё Анатолия замерло.
— С тобой всё хорошо? – спросил Вова.
Маша кивнула, позволяя себя поднять, и медленно подошла к телу.
— Мы будем ждать тебя в школе, не задерживайся.
Девушка смотрела на когда-то живого человека и потирала предплечье, на котором красовался укус.
— Всё будет хорошо. – Прошептала девочка и натянула на раненую руку кофту. — Всё будет хорошо…