Однажды под Новый год. Рассказ. Часть 1
Однажды под Новый год. Рассказ. Часть 2
— Вот вы где, Марта Эдуардовна! А я вас ищу везде. Юрка сказал, что у нас форсмажор перед концертом нарисовался.
—Ох, Яков Иосич, как вы вовремя. Я с детьми совсем забыла про этот форсмажор. Сидит у меня в кабинете до сих пор.
Под дверью апартаментов директрисы стоял охранник Юрка.
— Юр, случилось что? Обеспокоилась директриса.
— Никак нет, Марта Эдуардовна, просто несём дозор с Игорьком по очереди. На всякий случай. Все тихо.
— Ну слава Богу! – Марта Эдуардовна вставила ключ в дверь, — давайте пройдём все вместе и поговорим с нарушителем.
Картина в кабинете напоминала утро после празднования Нового года. Завтрак Марты Эдуардовны был использован в качестве закуски к полутора бутылкам коньяка, которые она хранила у себя в серванте. Дед Мороз, сдвинув шапку на затылок, а бороду на шею, почивал на диване здоровым детским сном.
— Молодой человек, извольте встать! Осмелюсь заметить, что вы не дома, — директриса детского дома потрепала гостя по плечу.
— Му-у-у…, — прозвучало в ответ, а дед Мороз поежился, устраиваясь поудобнее.
— Кажись дела не будет, — констатировал Яков Иосич.
— Еще как будет! Ща я его…, — сказал Юрка.
— Погоди, Юра! Давай цивилизованными методами, пожалуйста, – остановила его директриса.
Юрка ухватил деда Мороза за плечи и посадил в вертикальное положение.
— Му-у-у…, — промычал тот, — ну, что это вы делаете… ну правда… ей Богу…
— Мне это напоминает…
— …иронию судьбы, Марта Эдуардовна.
— Да, Яков Иосич, именно.
Юрка в это время сходил к окну и взял опрыскиватель для цветов, а после щедро полил деда Мороза из него:
— Просыпайся, чучело!
Действие возымело силу, и дед Мороз открыл глаза, в недоумении глядя на них. Он вытер рукой лицо.
— Ну, как говорится, оч-ч-чень добрый день, дедушка Мороз! — сказала Марта Эдуардовна.
— И вам не хворать! — ответил тот, обводя комнату взглядом.
— Может быть вы расскажете нам, что заставило вас нарушить закон, проникнуть на территорию детского дома и к тому же злостно вводить в заблуждение ребёнка-сироту? Или вы все подробнейшим образом сейчас рассказываете, или сюда приедет наряд полиции и пусть с вами там разбираются.
Гость вздохнул и снова потер лицо руками:
— Хорошо. Но я буду говорить только с вами, — он указал на директрису.
— Договорились. Яков Иосич, Юра, оставьте нас, пожалуйста.
— Но, Марта Эдуардовна…
— Юра, он никуда отсюда не денется. Просто постой под дверью, пока мы поговорим. — Марта Эдуардовна поставила стул напротив дивана и села. Дед Мороз снова потер глаза.
— Вид у вас не особо, — Марта Эдуардовна встала, подошла к столу и налила в стакан коньяк. – Вот, выпейте! Может полегчает. Хотя я не уверена.
— Спасибо, — он сделал большой глоток, а потом ещё один.
— Итак. Давайте оправдывайте моё благосклонное к вам отношение.
— Думаю, после моего рассказа оно у вас сразу исчезнет. — Он вздохнул. — Вы меня знаете. Не лично, конечно, а как приложение.
Брови директрисы взлетели вверх.
— К моему тестю. Я зять Лепского, — выражение лица Марты Эдуардовны изменилось, давая понять, что она знает, о ком речь. — Пять лет назад у нас с его дочерью родился сын. Долгожданный. По крайней мере, для меня. Сама Альбина не особо хотела детей. Точнее теперь я думаю, что вообще не хотела. Однако случилось. Она любила выпить, да и наркотиков не гнушалась. Я же всегда, по ее словам, был скучным и не любил жизнь во всех её красках. Одно точно: я любил её. И ребенка. Если мужчина обычно в беременности принимает минимум участия, то мне казалось, что это я скоро рожу. Приходилось контролировать её каждый шаг, чтобы не употребляла или не курила. Без своего привычного веселья она почти впала в депрессию.
После рождения сына Альбина повеселела, но я стал замечать, что она минимум уделяет ребёнку и постепенно возвращается к прошлой жизни. Дома няньки, мы с отцом на работе — можно гулять. Через полгода на какой-то вечеринке у друзей она, будучи под кайфом, вышла в окно. Они все там были обдолбаные. Я приехал её искать как раз, но опоздал.
Такую непутевую может и любить не стоило, но я любил. Ее, а не деньги тестя. Хотя он и не верил. — Гость снова сделал глоток коньяка. — Теперь у меня было горе. Умом я понимал, что сын есть, но помалу стал выпивать. Через несколько месяцев мы с тестем повздорили на почве наследства, что Альбине причиталось. Он снова сказал, что я на деньгах женился. Слово за слово, и мне не понравились его слова, сказанные в опале. Я пришёл домой и в этот же день сделал тест на отцовство. Сын был не мой. Я дословно вспоминал наш с тестем разговор несколько раз. Никак не мог его забыть. И у меня снова возникли подозрения. Я нашёл расчёску Альбины и тоже сделал тест. Мальчик был не наш. Вообще не наш: не мой и не ее.
Альбина срочно попала в роддом после очередного загула, палата освободиться отдельная не успела, и она с девушкой одной лежала. Они рожали вместе. У той ребёнок через сутки умер. И мне пришла в голову страшная мысль. Я напился и поехал к тестю, обвинил его в том, что он детей поменял, что это наш с Альбиной малыш умер. Я орал на него так, как ни на кого и никогда в жизни, и тыкал в лицо тестом ДНК. У того схватило сердце. Пока приехала скорая, он признался, что подкупил врача. Точнее вынудил врача пойти на преступление, но ещё и денег дал. Когда ребёнок умер, ему первому позвонили из больницы. Он сказал, что думал, дочь от горя с ума сойдет. А я вот все думал о том, как та девушка с ума не сошла. У нее родился здоровый карапуз, а его украли.
Марта Эдуардовна сидела мрачнее тучи.
— Тестя через неделю не стало. Руководство компанией перешло в мои руки. Днем я работал, а ночью пил. Приду, посмотрю на ребёнка и снова. За те полгода допился до ручки. Днем мозг ещё соображал, хотя на работе я тоже стал выпивать. Попытался поехать в роддом, но врача не нашёл. Тот уволился, а по документации все чисто. Я не мог забыть глаза той девушки, но где её искать, не представлял. Даже имени не знал.
Потом я застал нянек за тем, что они не смотрели за дитем. Даже за те деньжищи, что им платили. Одна его ударила. Годовалого кроху, за то, что он за ватрушкой потянулся. И тут я как раз вошёл. Этот мальчик был никому не нужен даже за деньги. Его купили как игрушку в магазине. Поиграли и бросили. А с другой стороны, я понял, что если хочу выкарабкаться и хоть что-то сделать для него, то мне надо в клинику. Я отвёз ребёнка к вам сюда, после того как навел справки про ваш детский дом. Узнал, какая вы патологически честная.
— И вы написали то странное письмо.
— Да. Написал черти что, конечно. Возможно, вы сочли меня чудовищем, но вряд ли дитю было бы хорошо с алкоголиком. В клинике на плаву меня держала только мысль, что я должен Петьке помочь.
Когда вышел, понял, что компанию стали разворовывать. Мне то плевать на деньги, но там работали люди, и они ждали меня, потому что это их работа, и у них семьи, которые надо кормить. Пока наладил дела, пока суд над виновными. Время затянулось. Потом пока нашёл толкового детектива, пока он выстроил всю цепочку, и Веру нашёл. Они с мужем вдобавок переехали, а потом развелись, и она снова уехала. Но таки нашёл. И Петька ещё здесь был. Я хотел их свести и постарался, чтоб Веру уволили, а потом под видом деда Мороза ее сюда направил.
Директриса вздохнула:
— Но вы же понимаете, что тоже несёте ответственность за случившееся? Вы сразу должны были сообщить куда следует.
— Эти ваши «куда следует» ребенка бы неизвестно куда отправили, а я искал того, кому смогу доверить его. Не все такие как вы, помешанные на работе и чужих детях.
— Ладно. Поздно уже. Ступайте домой, дед Мороз. С Верой я поговорю, но все равно придётся тест сделать. Для порядка. И что вы только натворили! А если Вера не его мать, а вы уже так обнадежили ребёнка?
— Она его. Я же ее видел в роддоме, она не здорово изменилась.
— Завтра буду думать, что с вами делать, а на сегодня хватит потрясений, — Марта Эдуардовна потерла виски. – Голова раскалывается. До свидания! Я, надеюсь, вы человек чести, и мне не придётся искать вас с полицией.
— Не придётся. Куда я денусь. Разве что после сегодняшнего застолья снова в клинику лягу, сорвался ведь. — Он полез во внутренний карман и протянул ей визитку. — И все анализы я оплачу. Содержание мальчика останется при нем, пока я жив. Хоть какая-то компенсацию моей совести.
Марта Эдуардовна тихонько постучала в апартаменты Веры. Через минуту та открыла.
— Марта Эдуардовна, я знаю, что это непедагогично, но он так плакал…, — она отступила и директриса увидела Петьку, мирно сопящего на Верином диване.
— Ох, Вера Сергеевна! Давайте выйдем! У меня хорошие новости, но разговор такой, что вам лучше присесть.
— Вы меня пугаете.
Они вышли в коридоре и присели на скамейку в расширителе.
К концу этого разговора, Вера вцепилась в скамейку обеими руками так, будто та могла её сбросить с себя.
— Вот такие дела, Верочка Сергеевна. Мне кажется, ошибки быть не должно, но все же…
— Да, какая там ошибка… смотрю я на мальчика, а у него повадки мои и глаза так мужа
напоминают… Подумалось, что может это судьба, и мне надо усыновить малыша.
— Я очень за вас рада. С Новым годом, Верочка!
Вера шагала по раскисшему под ногами снегу и размышляла. Этот дед Мороз, который сейчас нес ее сына на руках, вернул ей смысл жизни. И пусть впереди ещё судебные разбирательства, вчера она получила документальное подтверждение, что Петька её сын. И этот чужой человек согласился дать все необходимые показания, несмотря на то что тоже, скорее всего, понесёт ответственность за случившееся. Сегодня канун Рождества и она была самой счастливой в этом мире. Чудеса там, где в них верят. Это правда.
Они шли на встречу с Виталиком. Вера должна была рассказать ему про сына, а там пусть решает сам.
— Вера, мне, наверное, сейчас нужно уйти. И пока ваш муж не пришёл…, — начал дед Мороз Евгений.
— Бывший муж.
— Ну да…, — замялся он. — Я бы хотел… просить вашего разрешения, пригласить вас… с Петькой… на свидание.
—Женя, а что такое свидание?
— Ну, это прогулка такая. С кино и мороженым.
— Тогда мы согласны, правда мам?
— Можно? – мужчины дружно посмотрели на Веру.
— Можно, если вы согласны с тем, что единственный мужчина, который для меня всегда будет на первом месте, это тот, которого вы держите сейчас руках.
— Не могу с этим не согласиться.
— Тогда до встречи!
— До встречи!
Вера взяла сына на руки и помахала вслед удаляющемуся деду Морозу, который сделал ей в этом году самый главный подарок в ее жизни. Потом обвела взглядом парк и подумала, что не такая уж эта зима и несовершенная. Во всяком случае в каждом несовершенстве найдётся своя необыкновенная прелесть.
КОНЕЦ.
Однажды под Новый год. Рассказ. Часть 1
Однажды под Новый год. Рассказ. Часть 2
#рассказы #истории #историиизжизни #чтопочитатьнаночь #книгипролюбовь #рассказ #чтопочитатьдетям #короткиеистории #короткиерассказы #новыйгод #чудеса #рождество #однаждыподновыйгод #веравчудеса #новогодниепраздники #ЧЕРНИЛЬНИЦА