Володя уехал в апреле и как в воду канул. Катя писала в Центральный комитет ВКП(б), в Верховный совет и в Народные комиссариаты Москвы и Ленинграда. Отовсюду приходил стандартный ответ:"Сведений не имеется".
Катя ездила в Москву и Ленинград, написала заявление в милицию. Металась и не спала по ночам. До тех пор,пока в начале июля в Москву не вызвали председателя коростышевского исполкома.
Он вернулся вечером и сразу послал жену за Катей. Жили в соседнем доме.
-Выйди, Галина, у нас разговор с Екатериной Семёновной.
-Садись,Катерина. Всё плохо. Про мужа забудь. Перестань его искать, иначе сама сгинешь.А тебе рожать. В конце июля тебе в декрет. Мы уже нашли человека на твоё место. Декрет закончится, вернёшься. Пиши заявление без содержания с уходом в декретный отпуск,я подпишу. Уезжай, а мне даже не говори,куда, и никому не говори.
-Фёдор Михайлович, Вы знаете, где он. Я чувствую. Скажите, умоляю, хоть что-нибудь.
Фёдор Михайлович встал, прошёлся по комнате, встал перед Катей.
-Он в таком месте, Катя, откуда не выходят. У них там имён нет, только номера. Передачки там не принимают. Если себя обозначишь,живая не уйдёшь.