С утра позвонила сестра и попросила совета. Она хотела купить квартиру в Москве, но со временем смирилась с тем, что цены не догнать. Значит, кто-то другой по утрам будет смотреть на море из окна и слышать его шум...
Но за квартирами все же поглядывала в интернете, цены мониторила.
И вот прямо сейчас есть двушка по цене однушки, правда, дом 1962 года, зато этаж хороший - второй. Не угловая.
И она мне звонит и спрашивает: брать?
Я услышала все вводные и задумалась.
Обычно, я сразу решаю - да или нет. Или хотя бы знаю, чего больше в этом варианте - плюсов или минусов.
Но теперь...
Пойдут цены вниз в этом году или пойдут вверх?
Не снесут ли этот дом по программе реновации?
Что вообще будет в стране.
И вот что интересно: еще лет 10 назад мы сразу точно могли сказать - вот это хороший район и приемлемая цена. Но тогда денег не было...
А теперь полный туман перед глазами, не видно ничего, а деньги есть.
Закон подлости?
Вот был дом хотя бы 1985 года... А 1962 - это почти полный износ. Зато место лакомое... А может, низкая цена - это намек, что с квартирой что-то не так? Может, от нее избавляются в срочном порядке? Может, там контингент такой, что и лакомое место уже не такое лакомое...
Все в нашей жизни подчинено этим "но" и "зато".
А вот будущего я и, правда, не вижу. И очень скучаю по временам определенности.
И не ясно - бежать или ждать.
Действовать или набраться терпения.
Сберегать деньги или тратить.
Вчера многие застройщики в Москве подняли ценник на миллион минимум. Читаю комментарии: одни считают, что жизнь наша ухудшается, а другие - что это маркетинг и не стоит торопиться.
И еще один интересный нюанс.
Когда народ не видит будущего в своей стране, он пакует чемоданы и уезжает туда, где лучше. А теперь нигде не лучше. Ни в США, ни в Израиле, ни в Европе.
Везде туман и дымовая завеса.
Пойду, послушаю жизнеутверждающую песню на стихи Левитанского, она мне всегда настроение поднимает:
Диалог у новогодней елки
— Что происходит на свете? — А просто зима.
— Просто зима, полагаете вы? — Полагаю.
Я ведь и сам, как умею, следы пролагаю
в ваши уснувшие ранней порою дома.
— Что же за всем этим будет? — А будет январь.
— Будет январь, вы считаете? — Да, я считаю.
Я ведь давно эту белую книгу читаю,
этот, с картинками вьюги, старинный букварь.
— Чем же все это окончится? — Будет апрель.
— Будет апрель, вы уверены? — Да, я уверен.
Я уже слышал, и слух этот мною проверен,
будто бы в роще сегодня звенела свирель.
— Что же из этого следует? — Следует жить,
шить сарафаны и легкие платья из ситца.
— Вы полагаете, все это будет носиться?
— Я полагаю, что все это следует шить.
— Следует шить, ибо сколько вьюге ни кружить,
недолговечны ее кабала и опала.
— Так разрешите же в честь новогоднего бала
руку на танец, сударыня, вам предложить!
— Месяц — серебряный шар со свечою внутри,
и карнавальные маски — по кругу, по кругу!
— Вальс начинается. Дайте ж, сударыня, руку,
и — раз-два-три,
раз-два-три,
раз-два-три,
раз-два-три!..
Ю.Левитанский