22. Лейтенант Хромов
Интересная штука жизнь: идёт как-то непредсказуемо, волнообразно... То замаячат яркие радужные горизонты и душа поёт, глядя издали на эти прекрасные перспективы. Но когда к ним подступишься вплотную, радужность растворяется и действительность оказывается много прозаичнее, чем казалась раньше… Почему так?
Лейтенант полиции Егор Хромов весьма обрадовался его переводу в ССБ – Службу собственной безопасности. Работа специфическая, особенная и внеочередное звание светит – должность-то капитанская! И как все полицейские чины боятся попасть под внимание этого отдела… Боятся, значит, уважают! Тогда будут уважать и его, лейтенанта Хромова. Даже несмотря на скромные звёздочки на погонах.
И вот он сидит, работает в кабинете этой самой Службы: утвердили, перевод состоялся! Но обещанное очередное звание, по не вполне понятным причинам, задерживается. Наверно, «замылили»… И работы – море! Завалил начальник отдела нового сотрудника разбором бумаг, оставшихся от предшественника. Ни минуты продыху, контролирует регулярно!
«Опять же, супруга Ольга постоянно пилит: мол, с переводом на новое место службы обещал приносить получку значительно больше… Как будто это от меня зависит!»
Вспомнив про свою капризную спутницу жизни, которой всегда не хватает денег, Егор нахмурился и, тяжело вздохнув, в раздражении отложил недоделанный отчёт.
«И куда же исчез этот самый мой предшественник? Начальник сказал, что капитан уехал в длительную командировку... Но почему его тогда вывели из штата отдела? Хотя, злые языки поговаривают, что дело совсем в другом: попался прежний сотрудник на крупной взятке и сидит под следствием за решёткой – то ли не поделился с нужными людьми, то ли запросил чересчур много… – задумался Хромов. – Узнать бы конкретно, на чём погорел, вдруг самому пригодится…»
Зазвонил телефон, лейтенант снял трубку.
- Алло… – вяло, безо всякого интереса, сказал он.
- Здравствуйте, гражданин начальник! – эмоционально прозвучал хриплый голос в трубке.
- Здравствуйте…
- Я туда попал? Звоню в службу безопасности…
- Верно, туда… Слушаю вас.
- Тут такое дело… – замялся звонивший.
- А вы кто? Назовите себя!
Короткие гудки сообщили о прерывании телефонного разговора.
«Не очень-то и хотелось…» – усмехнулся офицер, кладя трубку на аппарат.
- Кто звонил? – спросил вошедший майор Васильев, непосредственный начальник Хромова.
- Не знаю, товарищ майор, не представился… – пожал плечами новичок. –Уже второй раз звонит и бросает трубку… Придурок какой-то!
- А ну-ка, об этом подробнее! – приказал Васильев, заинтересовавшись анонимным звонком.
Хромову пришлось рассказать в деталях о его "разговоре" с неизвестным. Майор задумался, потом сделал «оттяжку» подчинённому:
- Вот что, лейтенант: ты тут не расслабляйся! У нас случайных звонков не бывает! Забыл, в каком отделе работаешь? Твой серьёзный «минус» – не надо было так резко требовать обозначиться звонившего. Разве тебя не учили? Надо сначала его разговорить! «Гражданин, начальник…» Скорее всего, это наш «пассажир», побывавший «в местах, не столь отдалённых»… А ты его спугнул! Наверное, у него были мотивы – ведь, сам говоришь, звонит-то уже второй раз! Номер по АОН определился?
- Я ещё не смотрел…
- Та-ак… А почему сидим? А может, это нашу службу проверяют: как мы реагируем на входящие звонки, как работаем с населением?.. Тогда мне, как начальнику отдела, конечно, «выпишут награду»! Но я ею обязательно поделюсь с тобой! Всё понял?
- Так точно, понял!
- Так-то! Работай!– и майор, с кислой миной на лице, покинул кабинет.
«Вот она, служба! Только что было всё относительно спокойно и вдруг, откуда ни возьмись, «пилюля»! Действительно, неисповедимы пути начальства…» – засуетился огорчённый разговором Хромов.
Звонок на телефонную станцию не сильно прояснил ситуацию, хотя ответили быстро. Связисты сообщили, что неизвестный звонил из телефона-автомата, установленного у главного входа на городской рынок.
«Опять облом! Рынок – самое многолюдное место в городе! Попробуй, найди там свидетелей, могущих вспомнить человека, звонившего из таксофона – гиблое дело…» – огорчился полицейский.
Его грустные рассуждения прервал очередной телефонный звонок. Хрипловатый мужской голос, ставший уже знакомым, встревожено произнёс:
- Гражданин начальник! Снова я… Как мне, по-быстрому, оформить явку с повинной?...
…Всё же есть и в серых милицейских буднях светлые полосы. Ведь только что, всего полчаса назад, лейтенант попал под «раздачу» начальника, а тут вот оно, везение! Теперь-то уж точно лейтенант Хромов будет реабилитирован и, несомненно, его авторитет вырастет в глазах начальника отдела. И, очень может быть, быстрей добавится очередная звёздочка – старший лейтенант! Неплохое карьерное начало для новичка ССБ!
«Нет, не только старший, для многих я буду просто «страшный лейтенант»… – довольный Хромов, вальяжно развалившись, сидел за столом в кресле начальника отдела. Несвойственную рядовым сотрудникам позу ему позволяло принять стечение сразу трёх обстоятельств: гражданская одежда, не определяющая его звание, отсутствие на месте начальника и присутствие на допросе «взятого» Егором преступника.
Ну, пусть не взятого, а добровольно сдавшегося и пишущего в данный момент явку с повинной… Но: при непосредственном участии сотрудника Службы собственной безопасности! И этим сотрудником являлся человек в штатском, Егор Хромов…
Именно ему сдался преступник, рецидивист Студень. А это дорогого стоит! Такое простое, но не частое и горячо любимое всеми следственными работниками действо, как явка с повинной, можно представить и в более выгодном свете: «Лейтенантом Хромовым была проведена довольно сложная и кропотливая работа психологического характера по склонению фигуранта к раскаянию, к добровольному отказу от преступной деятельности и чистосердечному признанию в нарушении закона...»
О причине такой странности – чего ради сдался закоренелый ворюга! – Егор не заморачивался: наверное, просто устал бегать от полиции. Или разборки среди своих: где-то «не вписАлся» в нужную тему… Раз сам сдался – его проблемы! Пусть такими нюансами занимается майор Васильев. А призвание Хромова совсем в другом – изобличать и ловить преступников. И он уже открыл счёт своим победам!
Хромов, как и положено, ознакомил задержанного с некоторыми статьями законодательства, предупредил о даче ложных показаний.
Студень, он же Михаил Холодцов, сидел на стуле перед вальяжным оперативником и смотрел на последнего с некоторым недоверием: «Мелковат что-то начальник: слишком молод, хоть и пыжится…»
Человек бывалый, прошедший лагерную школу, он не торопился «слить» имеющуюся информацию первому встреченному работнику, опасаясь, что потом и его «сольют» – за ненадобностью. Свою осведомлённость о правонарушениях полицейских Студень обозначил лишь намёками: в общем виде, не называя ни дат, ни фамилий. Нет, он совсем не против всё рассказать, но дать конкретные показания сможет лишь позже.
«И лучше начальнику, чей авторитет и права в этой конторе ценятся гораздо выше, чем молодого сотрудника… – свои умозаключения гражданин Холодцов, естественно, не озвучил. – Какой-то зелёный мент, не иначе, как временно исполняющий. Эти самые вредные: шороху много, а толку чуть… Только выпендриваются! Замутят дело, а сами – без обязательств… А мне нужны гарантии, что и в случае, когда запас информации истощится, органы окажут заявителю, то есть мне, необходимую помощь: не дадут убить ни подельникам, ни продажным полицейским. Должна же и в этом богом забытом городке работать защита свидетелей! Нужно тянуть время, «держать базар», пока не придёт настоящий начальник. Поторговаться с ним и… пойти на сделку со следствием! А дальше, как карта ляжет…»