Московское детство Евгении Гинзбург кончилось уже через пять лет после рождения, в следующий раз она вернется в столицу только в 1966 году. А пока была Казань, куда переехали родители, владельцы аптеки, уважаемые в еврейской среде люди. Отец Соломон Гинзбург, как человек основательный, намеревался дать детям серьезное образование за границей — Женю готовили к поступлению в Женевский университет. Но все изменила революция.
Она поступила в Казанский, на отделение истории и филологии, окончила его в 1924 году, защитила диссертацию и осела в газете «Красный Татарстан» в качестве завотделом культуры. Тогда же начала читать лекции по истории партии. В 1932 году, как пламенная коммунистка, сама вступила в партию. К тому времени она уже работала в Казанском пединституте. Евгения уже успела побывать замужем за ленинградским врачом Дмитрием Федоровым и родить старшего сына Алексея.
В конце 1920-х годов она уже была разведена, сын остался с отцом в Ленинграде. Второй брак Гинзбург обещал быть счастливее. В 1930 году она вышла замуж за ответственного партработника, главу Казанского горсовета и члена бюро Татарского обкома партии Павла Аксенова. В 1932-м родился сын Василий, тот самый, который потом станет знаменитым писателем. В 1937 году Гинзбург и ее мужа арестовали. Для Евгении это было шоком — никаких грехов перед партией она за собой не знала. «Умом я считала, что арестовывать меня абсолютно не за что, — писала Гинзбург в “Крутом маршруте”. — Конечно, в тех чудовищных обвинениях, которые ежедневно адресовывались газетами “врагам народа”, явно ощущалось нечто гиперболическое, не вполне реальное, но все-таки — думала я — хоть что-то, хоть маленькое, ведь наверняка было, ну голоснули там когда-нибудь невпопад. Но я ведь никогда не принадлежала к оппозиции. У меня ведь не было никогда и тени сомнений в правильности генеральной линии».
Она получила 10 лет лагерей по 58-й статье и была отправлена на Колыму. Мужа приговорили к расстрелу. Много лет спустя Евгения узнала, что Павла Аксенова не расстреляли, но тогда она уже была замужем третий раз. Сын Василий оказался в детском доме как сын «врагов народа», откуда с большим трудом его вытащили родственники отца. На Колыме в поселке Эльген Гинзбург валила лес. «Особенность нашего эльгенского ада заключалась в том, что на его двери не было надписи “Оставь надежду навсегда”, — писала она. — Наоборот, надежда была. Нас не отправляли в газовые камеры или на виселицы. Наряду с работами, обрекавшими на гибель, у нас существовали и работы, на которых можно было уцелеть. Правда, шансов на жизнь было много меньше, чем на смерть, но они все-таки были. Призрачная, трепещущая, как огонек на ветру, а все-таки брезжила надежда. А раз есть надежда, то есть и страх».
В лагере Гинзбург познакомилась с врачом Антоном Вальтером. После освобождения в 1947-м они стали жить вместе, теперь уже в Магадане, куда с Большой земли приехал и сын Евгении Василий. Только в 1954 году, после смерти Сталина, Гинзбург реабилитировали. Вальтер был полностью оправдан чуть позже, в 1958-м, но вскоре умер. К тому моменту в семье Гинзбург появилась дочка — удочеренная воспитанница детского дома Антонина.
В Магадане семья жила в окружении сливок советской культуры. Ссыльные писатели, музыканты, переводчики, балерины, профессора университетов — все находили теплый прием на гостеприимных четырех метрах свободной площади дома Гинзбург. Покинуть Магадан оказалось трудно — Вальтеру везде отказывали в работе из-за национальности. Закрепиться удалось только во Львове, куда семья и переехала.
Свой знаменитый роман «Крутой маршрут» Гинзбург писала с 1959-го по 1967-й. Первая публикация состоялась в Милане в 1967 году без ведома автора. В СССР все попытки опубликовать роман в «Юности» и «Новом мире» оказались тщетны. Автор получала положительные отзывы, но печатать ее творение никто не спешил. «Крутой маршрут» вышел в рижском журнале «Даугава» только в 1988-м — через 11 лет после смерти Евгении Гинзбург.
Фото: открытые источники