Из большого интервью РБК выделили важное для Красноярского края и Норильска
«Норникель» – крупнейший налогоплательщик Красноярского края, системообразующее предприятие Норильска и Дудинки. От того, как живёт и развивается компания, зависит жизнь целого региона. Апрельское заявление президента «Норникеля» Владимира Потанина о закрытии Медного завода в Норильске и строительстве аналогичного производства в Китае, поставило в ступор и власти, и жителей. Что будет с рабочими, насколько снизятся отчисления по налогам, как вообще это все будет происходить? Против выступили учёные Сибирской академии наук, вопросы задавали депутаты Государственной Думы и Совета Федерации. Ответов ни от компании, ни от краевых властей не было.
И вот Владимир Потанин дал развёрнутое интервью РБК, где попытался ответить на некоторые из этих вопросов. Получилось ли?
Первое важное, на наш взгляд: Потанин говорит о том, что скорректировал объявленный в апреле план. И все корректировки он был вынужден согласовывать с государством. Получается, анонсированный в апреле Потаниным план закрытия стратегического предприятия ни с кем не согласовывался? Что странно. Проект-то на миллиарды, мог оказать непосредственное влияние на судьбы многих людей и привести к ликвидации стратегического производства.
Ключевое из заявления Потанина:
«Мы скорректировали ту стратегию, о которой я говорил весной, потому что для того, чтобы более плотно завязаться с китайскими партнёрами, для того, чтобы сделать с ними СП, чтобы глубже войти в кооперацию – нужна была поддержка государства, конечно же, Правительства, да и вплоть до Президента. И мы, пытаясь получить эту поддержку, мы скорректировали нашу стратегию на те пункты, которые были важны для государства. А для Государства было важно несколько пунктов:
- сохранение налоговой базы. И у нас, по нашим расчётам, прирост налоговой базы будет 60 млрд. в год, когда мы закончим реализовывать эту стратегию;
- сохранение рабочих мест. По нашим расчётам к 2030 году мы увеличим на 4,5 тысячи рабочих мест. Здесь мы тоже ответили на запрос государства;
- сохранение компетенций. Нужно сохранять компетенции, т.е. в случае, если наши партнёры перестанут с нами работать – мы что, останемся без алюминия, меди, лития? Ответ: нет. Мы прежний объём плавильных мощностей, который у нас был в Норильском промышленном районе, мы их сохраняем. Мы модернизируем существующие и почти на полмиллиона тонн увеличиваем мощность. Мы будем строить третью очередь плавильных агрегатов. Причем значительно превышающие те потребности, которые у нашей страны есть.
- и последнее – для того, чтобы получить поддержку, Правительство провело серьёзный тест, на предмет того, чтобы мы обеспечили загрузку тех предприятий, которые с нами в кооперации есть. [В частности, Потанин упомянул Красцветмет.]
Поэтому скорректировав политику и ответив на те вызовы, на которое нам указало Правительство, мы эту поддержку получили. И сейчас стратегия, которую мы скорректировали с теми поправками, о которых я рассказал, будет реализована до 2028 года… На мой взгляд, это неплохая стратегия и, если нам удастся её реализовать там много плюсов».
Итак, в интервью Потанина звучат две даты: 2028 год и 2030. До 2028 года должна быть реализована стратегия, т.е. закрыт медный завод, а мощности перенесены в Китай. А вот до 2030 увеличено количество сотрудников на 4,5 тыс. человек. Предполагаем, что это как раз связано с увеличением мощности Надеждинского комбината. Тогда получается, что Медный завод закроют до 2028 года, а новое производство откроют только в 2030. Расширение производства на Надеждинском комбинате – это новое обещание Владимира Потанина. К тому же перспектива 2030 года в нынешних условиях (экономических, политических) выглядит очень неясной. Да и сам Потанин говорил максимально неконкретно. Поэтому вопрос с реализацией остаётся.
Сама тема закрытия медного производства в Норильске возникла после того, как Премьер-министр России Михаил Мишустин буквально потребовал от Потанина ускорить модернизацию Медного завода в рамках так называемой «Серной программы» компании – комплекса мер по снижению вредных выбросов диоксида серы в воздух. Но Потанин вместо внедрения газоочистки решил закрыть производство, «Серная программа» реализовывается на Надеждинском комбинате. Первых результатов, в виде снижения на 377 тысяч тонн вредных выбросов, должны были достичь в этом году. Вице-президент компании по экологии Станислав Селезнёв заявлял, что задача выполнена. Только вот официального подтверждения, так называемой верификации, в «Норникеле» ждут не раньше будущего года.
«Верификация и состоится в первом квартале, когда госорганы убедятся в том, что это именно так. Это будет означать, что по программе «Чистый воздух» мы свои обязательства выполнили, с запуском той линии, которая на Надеждинском заводе уже запущена. Финансовых ресурсов излишних у «Норникеля» сейчас нет, и нет доступа к тем технологиям, с помощью которых мы реализовали «Серный проект», нам сейчас дай Бог научиться его поддерживать в том состоянии, в котором он есть».
И еще, что смущает. Потанин про закрытие Медного завода говорит, как о свершившемся факте. Но в последнее время появилась информация, что китайцы не особо ждут данное производство у себя. Так что пока кроме заявлений, планов и стратегии, которую еще надо реализовать, ничего нет.
Андрей Разорёнов