Глава 32. Узник
Когда я проснулся свет, внутри корабля был выключен, а значит, папа еще спал. Мне не хотелось его будить, поэтому я оставался лежать в кровати, рассуждая: «Если бы папа встал и начал ходить, сенсоры почувствовали движение бы и свет включился, а если бы он уже ушел, то наверняка оставил бы мне либо записку, либо целый завтрак в центральном салоне челнока». Но я еще не почувствовал голод, и поэтому просто лежал и вспоминал всё, что со мной случилось за последние несколько дней. Оказывается, наступило всего шестое утро с момента, как мы покинули Землю. А произошло столько всего, что возникало ощущение, что мы здесь уже целый месяц. За это время мы с папой выходили в открытый космос; взрывали свой собственный космический корабль; чуть не упали на Луну; папа чуть не сгорел вместе с мусором, а человекоробот мог бы запросто нас застрелить.
— Что же принесет нам сегодняшний день? — подумал я с некоторой долей возбуждения перед чем-то новым и завлекающим. Я был стопроцентно готов к новым приключениям.
С этими мыслями я вылез из кровати и пошел в сторону центрального салона. Свет тут же вспыхнул и последовал за мной.
Проходя мимо пульта управления, я увидел папу, спящего в кресле. Руки его безжизненно болтались, а голова странным образом была наклонена набок. Я страшно испугался, что он умер, и, вскрикнув, подбежал к нему. Но тут же убедился, что он жив, увидев, как вздымалась его грудь, а воздух свистел меж слегка приоткрытых губ. На столе перед ним стоял серый металлический ящик, и я знал, что в нем находился Ментадар — тот самый прибор, изобретенный моим отцом, из-за которого нам пришлось покинуть Землю. Когда папа попросил меня срочно собрать всё необходимое и нестись к космопорту, я подумал, что мы полетим на планету Титан, где жили бабушка с дедушкой, но отец мне признался, что всё дело в этом приборе и нам нужно как можно скорее покинуть Солнечную систему. У него была идея вылететь за пределы обитаемых планет, а там телепортироваться на расстояние в 137 световых лет на вторую планету системы ТОЙ-715. Однако его планам не суждено было осуществиться и вот мы замурованы в недрах Луны.
Я пошел на кухню, решив сам приготовить себе завтрак, но в этот момент отец меня окликнул:
— Доброе утро, сынок. Я не спал почти всю ночь и, похоже, вырубился совершенно случайно, прямо в кресле.
— Не волнуйся, пап, я догадался. Если хочешь, иди в кровать, я сам себе приготовлю еду и подожду, когда ты выспишься.
— Нет дорогой, спать мне сейчас нельзя. У нас сегодня очень, очень важный день. Так что давай вместе позавтракаем и будем собираться дорогу, а я расскажу тебе о наших планах.
Пока мы завтракали, отец рассказал, что решил использовать Ментадар, чтобы узнать, где находится ключ к спасению колонии и что ему для этого нужно предпринять. Так вот: прибор ему показал, что этот самый ключ находится на совершенно другом уровне, чем вся колония. Он показал место, откуда нужно начинать поиск, а дальше рассказал, что в это помещение не ведет никакой дороги. Папа предупредил, что это будет очень опасное приключение еще и из-за того, что неизвестно, сколько людей уже «воскресли» и как они будут к нам настроены.
Отец сосредоточено собирал всё что может понадобиться в нашей вылазке, а я молча помогал ему и, когда он нагрузил мой рюкзак слишком большим количеством вещей, я даже не подал виду, что рюкзак слишком тяжелый, а, взвалив его себе на плечи, полез вниз из корабля.
На парящей тележке мы направились туда, куда указывал экран Ментадара. Нам следовало: «проехать в двенадцатый круг и остановиться между одиннадцатым и двенадцатым лучом».
Лица встретившихся нам на пути людей были напуганы, а глаза выражали растерянность и как бы вопрошали: «Почему это происходит?», «В чем мы провинились?», «Почему мои отец, мать, сын, дочь, бабушка, дедушка, жена, сестра — все умерли. Где врачи, готовые нас спасти?»
Как дикий контраст к происходящему, по всей колонии из громкоговорителей раздавались спокойные и бодрые голоса официальных лиц, произносящие успокаивающее: «Любезные жители колонии! Не паникуйте, если некоторые члены вашей семьи заболели! Тут же вызовите себе врача на дом! Врач приедет и всех спасет!»
Врачи в белых комбинезонах с красными крестами на рукавах на огромной скорости проносились мимо нас на своих хуверах, перелетая из одной ячейки в другую. На моих глазах один из врачей вдруг как-то обмяк на своем хувере, уцепился руками за дно, но всё же свалился с него и больше не двигался. За поворотом лежала еще одна фигура в белом с красными крестами. Но некоторые врачи всё же попадали к своим пациентам.
— Папа, а если врач успел доехать до больного и сделать ему укол стероидами, то, значит, больной останется жив?
— Да, сынок, в этот раз он выживет. Но вечером он снова выпьет воды со стволовыми клетками и начнется новый процесс гипермуннизации, — и он с сожалением добавил: — А как ты помнишь, вчера мы не обнаружили ни одного врача, поэтому новый укол ему уже никто не сделает.
Ну вот наконец мы подъехали к тому туннелю, на который указывал Ментадар, но там не было никакого прохода, а только голая стена. Мы вышли и начали ходить вдоль стен, разыскивая хоть какой-нибудь рычажок, кнопку или зазор.
— Здесь ничего нет! — заявил я. — Прямо как тогда, перед туннелем, в первый день нашего пребывания в колонии.
— Сынок, ты гений! Точно! Ходи вдоль стены по левую сторону и размахивай высоко руками, а я буду ходить вдоль стены по правую.
Если бы кто-то нас увидел со стороны, то, наверное, удивился или же направил бы нас в психушку. Взрослый и ребенок как угорелые носятся вдоль стен и машут руками, как будто бы видят там что-то необыкновенное.
Ну вот отец окликнул меня и я, обернувшись, увидел, как часть стены с огромной скоростью полетела вверх, открыв проход. Папа попросил меня стоять в проходе, а сам побежал за тележкой… и вот мы внутри. Стена за наим тут же закрылась, чуть не отрезав край нашей тележки. Внутри не было ни души и стояла кромешная тьма. Отец вытащил бластер и нажал на рычажок подачи энергии. Мы включили тусклые фонарики на наших браслетах и стали обследовать помещение. Это оказался очередной туннель, который, однако, разделялся на три рукава. Здесь папа включил экран прибора и прочитал, что нам нужно идти по среднему тоннелю до тупика. Не успел я пройти несколько шагов, как что-то ударило мне по ногам и я упал вперед, успев, однако, выставить руки. Над головой я услышал выстрел бластера и перекатился на спину.
Мой браслет осветил предмет, о который я споткнулся. Им оказалось тело мертвого охранника. Мы стали усиленно светить во все стороны и очень осторожно, высоко поднимая ноги, продвигаться вперед. Наконец перед нами оказалась стена, а под ней, уткнувшись лицом в дверь, лежал второй охранник. Папа взял его за плечо, чтобы оттащить от двери, но в этот момент полыхнул огнем бластер, который охранник держал в своей руке. Выстрел прошелся совсем рядом с папиной головой, но, к счастью, лишь слегка опалил его волосы. Охранник был давно мертв, и выстрел произошел из-за того, что в момент своей смерти он держал палец на спусковом курке.
Мы из-за всех сил размахивали руками перед стенкой там, где должна быть дверь, но ничего не происходило. Тогда мы пошли вдоль стены, ощупывая ее каждый сантиметр на высоту человеческого роста. Процесс шел очень медленно, и мы уже устали наклоняться и выпрямляться, сгибать и разгибать ноги. Но вот я случайно встал на плитку, которая подо мной немного просела, и дверь со свистом взлетела вверх, ослепив нас ярчайшим светом. Прикрыв руками глаза, мы ввалились в новое помещение и тут же отползли в центр, помня, с какой скоростью здесь падают двери. Когда глаза наши привыкли, мы обнаружили, что комната имела совершенную круглую форму, а посередине находился широкий столб. На уровне талии к столбу было прикреплено круглое кольцо. Из этой комнаты тоже не было выхода и следующая инструкция гласила: «возьмись за кольцо и нажми на кнопку». Папа решил, что таким образом можно открыть следующую дверь и, взявшись за поручень, попросил меня нажать на синюю кнопку, находящуюся на стене.
Вся комната вдруг затряслась, но секунд через 10 тряска остановилось. Когда я повернулся, папы уже здесь не было. Меня охватила совершеннейшая паника и я зажал рот руками, чтобы не закричать. Пытаясь представить то, куда и как мог исчезнуть мой папа, я понемногу успокаивался. Мысль о том, что его расщепили на атомы, я сразу отбросил. Мы ведь сделали все точно по инструкции. Значит он куда-то перенесся, а значит телепортировался. Выходит, что кольцо является телепортатором, а та кнопка, которую я нажал, запускает его. Во что бы то ни стало желая присоединиться к отцу, я начал решать задачу: как держаться за кольцо и одновременно суметь нажать на кнопку, находящуюся в паре метрах от меня. Я подумал, что хорошо было бы бросить что-то, не являющееся чем-то необходимым, и тем самым нажать на кнопку. Время шло, а я никак не мог ничего отыскать. Роясь в рюкзаке, я обратил внимание на брелок в виде футбольного мяча, который был пристегнут к застежке рюкзака. Этот брелок я получил, когда наша школьная команда выиграла футбольный матч у соседей, и он был мне очень дорог. Я не расставался с этим брелоком уже несколько лет, но теперь, похоже, час расставания настал. Я взялся за кольцо и, прицелившись, бросил брелок в кнопку. К сожалению, я промазал и попробовал еще раз. Снова мимо. И только на пятый раз я попал. Мне показалось, будто на мои легкие навалилась стокилограммовая плита и вышибла из них весь воздух. Я подумал, что сейчас задохнусь и умру, но через несколько секунд снова смог дышать. Передо мной была точно такая же круглая комната с таким же столбом. Я стал ходить вдоль стены, размахивая руками и при этом осторожно ступая на каждую плиточку комнаты. Дверь взлетела, и передо мной открылась следующая картина.
Я увидел, как мой отец перекатывается по земле, делает подсечку по ногам охранника, стоявшего перед ним и наводящего на него бластер. В следующую секунду охранник падает и одновременно стреляет туда, где раньше находился мой отец. Чтобы меня не ранили, я тут же спрятался назад за стену, но, к счастью, разряд пролетел мимо. Не раздумывая, я тут бросился к бластеру, оставленному моим отцом на полу, схватил его двумя руками и навел на охранника. Отец уже вырвал оружие из слабеющих рук противника и тоже навел на него. Внезапно глаза охранника закатились и он обмяк. Измерив его слабеющий пульс, папа пришел к заключению, что жить ему осталось считанные минуты. Затем он обнял меня и уже во второй раз за последние несколько дней поблагодарил за спасение.
Но нам нужно было двигаться дальше. Перед нами был туннель, похожий на гостиничный коридор по левую руку которого, через каждые несколько метров, располагались двери. К счастью, света в туннеле было достаточно и перед каждой дверью была явно обозначена кнопка. Открыв первую дверь, мы обнаружили за ней хорошо обставленную комнату, очень похожую на номер люкс в пятизвездочной гостинице. Только теперь папа признался мне, что мы ищем конкретного человека, отравившего колонию. Я стоял в дверях и наблюдал за туннелем, пока папа обыскивал этот номер. Не обнаружив там никого, мы открыли следующую дверь. Но и там было пусто и только за четвертой дверью на большой кровати мы обнаружили полностью одетого человека, лежащего поверх покрывала. Испугавшись, что он умер, отец рванулся к нему и измерил его пульс. Обернувшись ко мне, папа с облегчением сказал:
— Фу, всё в порядке. Он не умер. Он просто спит.