Затравка
Еще в прошлом нашем путешествии вместе со «стаей» беловороновцев, когда мы искали, собирали и классифицировали всяких букашек и козявок, наш лидер Андрей Кленовый объявил о предстоящем походе.
- Надо будет по первому снегу отправиться в Вальдфриден, - заявил он, задумчиво глядя на унылые поля, раскинувшиеся под не менее унылым осенним небом. Это было сказано не то в конце октября, не то в начале ноября. Сейчас уже и вспомню. Первый снег ожидали в декабре. И декабрь не подвел. Но, прежде чем поведать читателям, зачем мы отправились на руины Вальдфриден, и где он расположен, и, вообще, что это такое, скажу пару слов о сообществе «Белый Ворон».
Знакомьтесь: Белый Ворон
Это молодежное историко-краеведческое общество, появившееся более четверти века назад в поселке Привольное. За это время стая беловороновцев «расплодилась» до почти полутысячи участников, которые «разлетелись» по всей стране, и, подозреваю, за ее пределы. Участники разновозрастные от детей до вполне взрослых людей, вроде таких, как автор сиих строк. Меня уж точно молодым не назовешь – солнечные лучи бликуют на моей голове, а остатки волос давно уже припорошило пеплом седины. Ходим мы в походы. Однодневные, так называемые ПВД – походы выходного дня, с ночевками – одной или более. Все наши выходы носят не столько развлекательно-отдыхающий характер, сколько познавательно-изучающий. Поясню. Все походы тематические: либо краеведческие, либо эколого-биологические, бывают и развлекательно-познавательные такие как «Солнцекараул» или «Проводы Масленицы». В общем, интересного много и приток новых членов всегда приветствуется.
Два направления
Теперь о самом мероприятии. Как уже сказал выше, все они тематические. То, что случилось в прошедшее воскресенье, 15 декабря, не исключение. Это был поход выходного дня: «Книга природы: следы на снегу». Наша группа должна была изучить следы животных и птиц, все задокументировать и передать Ольге Кленовой, как главному экологу и биологу беловороновцев. Но! Кроме биологической направленности поход был еще и краеведческий. Впрочем, к понятию краеведение можно отнести все, что касается родного края: от природы до истории. Была в нашем походе и историческая жилка. Впрочем, чего греха таить, с подачи Андрея Василича она есть в любом походе. Собственно, что важнее: следы или руины Вальдфриден, не скажу. Вероятно, одинаково важно и то и другое.
Мальчишки и девчонки
Все! Хватит рассуждений, пора в путь. Итак, уже прозвучало название того места, которое мы посетили в то снежное и ветреное воскресенье. Но, прежде чем мы отправимся с вами в путь, скажу пару слов об одном загадочном явлении, которое, к сожалению, в последнее время стало характерным для «Белового Ворона». Как только погода перестает радовать глаз – сливаются мальчишки, зато девчонки идут в «бой» невзирая на снег и дождь. А мальчишек не пускают, опасаясь, что они могут заболеть, их могут сожрать клещи, они могут утонуть в болоте. Ну, прям, как у незабвенного Корнея Чуковского: «вы утонете в болоте». Помнится в нашем детстве мы «храбро» падали с деревьев, расквашивали носы, играя в снежки, в общем, испытывали себя на прочность, а своих мам на прочность психики. Не знаю, не знаю… пусть меня простит читатель, но так могут вырасти только неженки.
Плач Ярославны по камере
А теперь в поход. До места старта, а это был поселок Липовка. Мы добрались не общественным транспортом, а транспортом участников похода. К слову, еще одна беловороновская странность – мы вновь пошли чудным числом: тринадцать. Однако эта странность на достижение поставленных целей никак не повлияла. Десант высадился в поле. Наш предводитель гаркнул зычным голосом: «Построиться!». По полю прокатилось гулкое эхо, спугнув местное воронье. Пока Андрей Василич озвучивал перед разновозрастным строем наши цели и задачи, я тестировал свежекупленную экш-камеру. Заявленное в рекламной аннотации время записи было тут же опровергнуто. Вместо пару часов непрерывной работы, ее хватило только на полторы минуты. А проверив дома запись. Я еле расслышал, что там громогласно говорил Кленовый. Так, что – деньги ушли на ветер. Кстати, мой видавший виды «Олимпус», вероятно, был так же чем-то обижен, а потому постоянно жаловался на флешку. И, в конце концов, отказался снимать. Ну да, бог с ними. Со мной был верный смартфон, который меня и выручил, а также не стоит забывать про камеру в руках Андрея Кленового – она у него всегда работает за двоих.
Следы на снегу и вонь с полей
Нам предстояло пройти по полю до места, где когда-то находилась грязелечебница… М-да, в определении расстояния я никогда силен не был. Не важно, сколько-то надо было пройти по первому снегу. А в тот день снег лежал. Первые следы, которые мы увидели, были лисьи. Это определил Андрей Василич, заявив, что они по краям опушены. Понятия не имею, что это такое. Лично я бы решил, что это следы собаки. Пройдя еще немного, мы обнаружили и собачьи следы. Замечу в скобках: ну точно я бы не отличил их от лисьих. Погода в то утро радовала. Порывы ветра не пугали. А солнце не спешило спрятаться за тучи. Первый снежок сверкал на солнце звездным блеском. Увидели мы и следы куропаток. Это уже было решение одной из задач. Следы были свежие, а значит, куропатки там прошлись недавно. Причем, сначала был след одной птицы. А чуть поодаль натоптала целая стая.
Поле слева от нас был изумрудно зеленым, как будто на дворе не декабрь, а весна. Поле справа было менее зеленым, зато от него знатно пованивало. Я как-то с Андреем Кленовым ночевал в лесу и к нам приходили кабаны. Так вот с поля тянуло так, словно там нагадило стадо кабанов. Как пояснил наш лидер: поле удобряли всем подряд, в том числе и падалью. Отсюда и амбре. Поэтому над ним и кружили вороны. Их привлекал запах, ковыряясь в земле, они находили в нем, чем поживиться, к примеру, не до конца перемолотые кости животных. Одну такой мосёл они выволокли на нашу тропу, где мы ее и обнаружили. Изучать, правда, не стали – кость, она и в Африке кость.
Полевая дорога вывела нас к мостику через небольшую речушку Гремячью. С мостика открывался вид на второй мостик, помнивший еще немцев и железную дорогу. Старый мостик соответствовал своему возрасту – это были уже руины, хотя, и неплохо сохранившиеся.
Наша «боевая» группа двинулась к этому историческому наследию. Идти пришлось через заросли молодняка. То и дело слышалось: «Дистанция!», что в переводе с беловороновского означало: «Держись на расстоянии, иначе схлопочешь веткой по фейсу». Наконец, выбрались к самому мостику. Там молодежь попозировала Андрею Васильевичу и мне, после чего двинули обратно, но не совсем. На месте каменных нагромождений, оставшихся от вокзала, остановились, чтобы послушать занимательный и продолжительный рассказ Андрея Кленового о том, что там было когда-то. История действительно занимательная и поучительная в конце ее все умерли.
Отвратительная история
Постараюсь воспроизвести ее вкратце. Жил на свете в конце позапрошлого и начале прошлого века некий господин Крюгер. Владел землей как раз той, на которой мы стояли. Земля эта включала в себя, кроме сельхозугодий еще и живописное болото. Занимался сей господин сельским хозяйством. Вместе с женой народил детишек. Жена скончалась, а женился второй раз. Причем взял женщину значительно моложе себя. Соседи невзлюбили ее и стали шептаться, мол, ведьма она, сживет его со свету и детей его. Как-то свалил Крюгера не то ревматизм, не то радикулит. Пошла фрау Крюгер на болото, набрала там грязи… Соседи как увидели это, так и шептаться перестали – в голос заговорили: точно ведьма. Но, молва молвой, а Крюгер то встал на ноги. В общем, потянулась к ним, точнее к фрау народная тропа страждущих. Денег она за лечение не брала, а так, как сейчас носят всяким бабкам-знахаркам, яиц, хлеба, картошки. Крупы, ну, как водится между добрыми людьми. Крюгеры вскоре и хозяйство оставили. Потом в дело включился завистливый доктор из Инстербурга. Начал он им палки в колеса семейного лечебного бизнеса вставлять. Даже подключил Гамбургского эксперта. Лавочку сначала прикрыли, но приглашенный эксперт неожиданно для доктора заключил с фрау Крюгер договор: она бесплатно лечит его родню, а он ее, говоря современным языком крышует. И все ничего, да только как-то залез в ванну с болотной грязью молодой человек с больным сердцем, да и не вылез – так в грязи и помер. Лавочку вновь прикрыли. А лавочка к тому моменту уже была настоящим санаторием. Даже начали прокладывать деревянные тропы в болото, чтобы пациенты могли по ним гулять и любоваться красотами болот. Один молодой человек мостил там гать в центр трясины, да уронил и утопил в ней топор. Испугавшись, что папаша будет его ругать, попытался его достать, да и сам сгинул в болоте.
Тут война началась. Военные прибрали дело к рукам и стали там офицером исцелять. Война закончилась, Крюгер отошел в мир иной. И вновь нарисовался инстербургский доктор. Он предложил вдове продать дело, а самой остаться при нем целительницей. Она согласилась. Через некоторое время доктор спросил ее, а чего сама-то не лечится грязью, ведь возраст: суставы болят, кости ломит. Фрау подумала, подумала и забралась в грязевую ванну, и померла в ней. В общем, все умерли. Вот такая отвратительная и занимательная история. Все это происходило в поселке Вальдфриден, что в нескольких километрах от нынешнего поселка Липовка. К лечебнице можно было добраться по узкоколейке, а от сельского вокзала к месту назначения ехали на конке. В вагон была впряжена кобыла, тащившая пассажиров к целебной грязи. Называлась этот путь, точнее дорога Ольгабан. Откуда такое странное название, история умалчивает. Есть версия, что Ольга звали фрау Крюгер, а поскольку пассажиры ехали к ней на лечение, то и дорога получила название в честь нее. Но в анналах истории имени фрау Крюгер не сохранилось. Есть и другая версия – лошадиная. Поговаривали, что Ольга – это была кличка лошади, которая тащила вагончик. Вот в ее честь и назвали. Где правда, а где миф, сегодня никто не скажет, так что, уважаемые читатели, выбирайте, что вам нравится больше.
Артефакт «ночная ваза»
Мы вновь выбрались на основную тропу. Наш путь лежал вдоль бывшей насыпи, на которой лежали рельсы конки в ту сторону, где когда-то была лечебница. Поднялся ветер. Поняв, что мы не из пугливых, он выдумал тучи и стал с ними играть. Нагнав их на небо несметно количество, ветер потерял к ним интерес. Тучи огорчились, пролились и просыпались на землю дождем и снегом. Мы углубились в лес. Сразу наткнулись на прекрасную поляну, где и разбили первый привал. Первый привал – это небольшой отдых, чай с бутербродами и исследование окрестностей. Исследовать мы начали с древнего замшелого дуба, под которым, наверное, в свое время ночевали мастодонты. По словам главного беловороновца, он должен был послужить для нас отправной точкой в поисках руин кафе и лечебных палат. Увы, ничего мы не нашли. Нет, кое-какие руины были. Лестничный пролет, засыпанный вход в подвал. Кстати, найденные рядом полые кирпичи навели нас на мысль, что они служили теплым полом. Через подвал в них нагнетался теплый воздух и. соответственно полы тоже были теплые. Один из наших «бойцов» нашел обломок «утки». Советской или немецкой мы не определили, но языками поцокали, разглядывая бело-ржавый в ажурных дырах артефакт.
Болотная нечисть и маршмелоу
Привал завершился, и мы побрели в сторону болота. Лес стал гадостным – много было валежника, много вала, и много молодой поросли. До болота оказалось не очень далеко. Однако разглядеть его возможности не было – все поросло тростником. Он шумел на ветру, пугая нас странными звуками. А ветер вновь вернулся и приволок с собой серые покрывала туч, которые незамедлили просыпать на нас белые мокрые хлопья снега. Ветер подвывал, угрожающе раскачивались деревья. Создавалось впечатление, что мы вторглись в места обитания кикимор, леших и прочей нечисти, которая всеми силами старалась нас спровадить восвояси. Поиски нового места для привала вылились в банальное возвращение к месту первой стоянки. Там и «приземлились». Молодежь вызвалась развести костер, мол, мы умеем. Ветераны с усмешкой наблюдали за процессом. Костер упорно не желал разгораться. Тогда в бой ринулись опытные беловороновцы, ибо назревала угроза остаться без жареных на костре сосисок. Костер сдался, задымил, а потом по сучьям побежали веселые яркие языки. Из рюкзаков были извлечены вкусняшки. Началось сосредоточенное нанизывание колбасных изделий на обструганные веточки. В ход пошло и любимое детское лакомство – маршмелоу. Что они в нем нашли не знаю. По мне, так гадость отменная. Но, детям нравится и ладно.
Гость с жетоном
Кто еще задумчиво жевал сосиску, кто-то беседовал, дети дурачились, как вдруг за спиной раздалось удивленное: «Здравствуйте». В нашу ложбину, когда-то бывшую карьером, заглянул егерь, со значком, оружием и по форме. Надо было видеть его лицо. На нем застыло удивление и недоумение. «Тут у вас пикник, а я думал охотники», - обратился он к нам. Думается, что он ожидал найти браконьеров, но оказалось, что это странная компания. Узнав, что это краеведы из Черняховска он, отказавшись от предложенного чая, пожелал нам приятного аппетита и хорошего дня. И ушел вдаль.
Бивак свернули. Костер потушили пионерским методом, кто не знает – мальчики остались, а девочки ушли. Обратный путь отличился только одним – тем, что мы выполнили все поставленные задачи. Уже на подходе к машинам мы увидели куропаток. Их стая с характерным шумом взлетела у нас из-под ног, чем несказанно обрадовала Андрея Кленового. Следы видели, руины изучили, на болото посмотрели и куропаток понаблюдали – в общем, все выполнили.
Всему виной радон
Что же касается лечебницы. В том болоте образовался радон – химический элемент 18-й группы шестого периода периодической системы химических элементов Д.И. Менделеева. В нормальных условиях – бесцветный инертный газ. Радиоактивен. Радон используют в медицине для приготовления радоновых ванн. Курс радоновых ванн оказывает на организм человека противовоспалительное действие, улучшает кровообращение и обмен веществ и еще много чего. Вот так. Вот и весь секрет целебной болотной грязи. Но это не означает, что все должны сейчас же кинуться в радоновое болото в районе поселка Липовка. Помните радиация, да и есть ли она там сейчас? Ночью смотрел в зеркало – вроде не свечусь таинственным зеленым светом….