О, это чувство, когда, проходя мимо картинной улыбки бортпроводницы, идешь по, сжимающей тебя со всех сторон, «кишке» авиационного рукава. Все внутри подстегивает тебя: «Быстрее, быстрей! Там за стенами и окнами совсем другая жизнь, совершенно отличающееся от твоего привычного мира». И вроде бы руки свободны, их еще не тянет вниз багаж, они лишь сжимают красные корочки загранпаспорта. И ноги требуют пусть не пробежки, но активного движения, ведь крылатый кусок алюминия и футуристических приборов сковывает в сидяче-нервозном состоянии, в попытках успокоить себя напитками и дежурными фразами стюардесс. Люблю аэропорты, они настолько же различны, как и одинаковы, во всех городах, где бы я ни бывал. Градация минимальна. Число непонимающих куда идти, всегда прямо пропорционально числу приезжих, но правило едино – за толпой или в потоке. Витиеватость коридоров и проходов рано или поздно приведет к той единственной цели, ради которой ты совершил этот квантовый скачок (обычный перелет, но для большей литературности хочется использовать вышеназванный физический процесс).
Я трижды выходил из дверей этого вокзала, - назвать по-другому эти хургадские шатры, к которым причаливают самолеты, мне не позволяет природное занудство. Автоматические двери открывают иной мир. Из, обдуваемого кондиционерными ветрами бора (географы поймут), помещения, ты в миг оказываешься на неком подобии адской микроволновки, у которой почему-то сломался механизм вращения. Здесь все поставлено в угоду туристического потока, хотя когда-то очень давно эта нация считалась одной из самых могущественных. А сейчас у них автобусы, которые раздают бесплатный wi-fi, русскоговорящие гиды и немыслимое количество отелей с едва различимыми внутренними, да и внешними, убранствами.
От такого отдыха отучил меня именно Египет. Лежать на пляже, передвигаясь по протоптанной тропе – «шезлонг-бар-ресторан», семь или десять дней, это самое ужасное, за что я платил свои деньги (хуже только ремейк «Робокопа» и «Терминатор Генезис», которые я смотрел в кино). А еще именно здесь понимаешь, что не уроки православия нужно навязывать школьникам, а возвращать этикет, и вдалбливать историю религий. Тогда бы не возникало у наших соотечественников этого обманчивого чувства, что фраза «все включено» магическим образом стирает рамки законодательства и этики поведения. Увезти с собой халат и полотенце, ходить в мокрых плавках и фуражке капитана в ресторане, приставать к барменам и драться с аниматорами, - все это и много другое, друзья, никак не может быть включено в путевку за 300 хрустящих бумажек, на которых изображен политический деятель Бенджамин Франклин, который, кстати, никогда не был президентом США. Тут конечно можно долго разводить полемику о том, что нельзя нашим безгранично наливать, пусть и разбавленный, но все же алкоголь, однако, нормы морали-то должны присутствовать, особенно в мусульманском государстве. А потом мы еще удивляемся, что египтяне как-то нагло себя ведут с приезжими из нашей необъятной. Как научили, так и ведут. Немцев-то они в открытую облизывают.
Меня много пугали грязными улицами Парижа или утопающим в мусоре Таиландом. А ведь Бангкок, Паттайя, или французская столица стерильны, если сравнивать их с главным городом Египта – Каиром. Горы пакетов с мусором и, копошащиеся в них собаки и верблюды, вступают в диссонанс с пальмами и бурлящей, откуда-то из учебников по истории за пятый класс, самой протяженной реки в мире (в школе нас учили именно этому, а вот в Бразилии ученые насчитали, что Амазонка длиннее Нила). И да, Нил, тоже грязный, хоть и порой был единственным источником воды в этих краях. Но одно то, что ты путешествуешь по этой реке, повышает количество эндорфинов в несколько раз.
Каирский музей фотографировать запрещено, хотя он очень похож на все музеи мира. Тут и там толпы людей, кто-то пшикает, кто-то ворчит и ругается, что «дышишь на шедевры». Хотя экспонатов из глубокой-глубокой древности там не занимать. А вот пригород Каира, та самая Гиза (или Эль-Гиза), вот где раздолье-то для искателей приключений и ценителей древности. Все-таки здесь можно увидеть и потрогать, единственное и сохранившиеся Чудо света, из первоначального списка Семи, а не нынешнего (уже есть и 80-т Чудес), куда разве что трубы Костромской ГРЭС не занесены (а был бы неплохой кандидат). Пирамида Хеопса… ммм… научиться бы еще стирать в воображении толпы туристов, снующих арабов, и постоянное напряжение от того, что тебя все равно где-то обманут, тогда можно было бы с полным восторгом окунуться в философские рассуждения о той внеземной расе, которая помогла построить африканскому народу эту красоту. А вот и Сфинкс, и у каждого возникает авторская мысль создать шедевр, которого нет ни у кого (ага!), фото из серии «смотри мир, мы целуемся с этим вымышленным персонажем».
И как бы я не брюзжал, но, черт возьми, я был там! Я видел эту древность! Мои мысли никак не могли сложиться в один правильный пазл, в котором тот же самый народ, что сейчас разливает по стаканам русских туристов разбавленный виски, мог справиться со строением, которое перестоит все ваши новостройки и многочисленные торговые центры. И да, египетские пирамиды для меня всегда были чем-то мифическим, чем-то таким нереальным, а как оказывается в этом-то и есть вся красота человеческой жизни, в которой любое невозможное – возможно.