Об этом удивительном, не поддающемся объяснению случаи мне поведала мама.
Детство её прошло в маленьком глухом посёлке Пермской области. Изба родителей располагалась средь нескольких десятков таких же домов, одиноко расположившихся в тайге и окруженных лесом. Много быличек и дивных историй слыхала мама, будучи ребенком, но однажды и сама стала невольным свидетелем странного явления. Далее от первого лица.
... В ту лютую морозную ночь мне с братом долго не спалось. До нашего слуха доносились всхлипы матери и бормотание отца. Последний всячески пытался успокоить супругу, но никакие уговоры не помогали. Все дело в том, что дедушка по линии матери крепко хворал последнее время. А недавно вызванный лекарь и вовсе развел руками, ссылаясь на неминуемую скорую кончину: «Дескать, против старости медицина бессильна!»
Жили мы в другом поселке, километров в пятидесяти от бабушки и дедушки. Большая комната избы делилась на две части широкой цветной занавеской. Таким образом родители обозначили две комнаты. По одну сторону занавески располагались родители, по другую в маленьком закутке - я и брат. Так и лежали мы, боясь пошевелиться.
Глубоко за полночь разговоры стихли. Наконец, устав от слёз и причитаний, мама уснула. Следом за ней и отец. Рядом со мной доносилось ровное дыхание брата. Лишь мне одной не спалось. Я долго возилась и всматривалась в проглядывающую сквозь шторы луну. К этому времени вьюга стихла, и только редкие снежинки опускались на землю. А я всё думала о дедушке, размышляя о жизни и смерти. Соленые слёзы струились по щекам. Мне, тогда ещё семилетней девочке, казалась чудовищной несправедливостью терять близких.
Если со внуками дед держался строго, а порою мог и порки задать, то со мной он всегда был нежен. Ведь я его единственная внучка. Младшенькая, избалованная вниманием и заботой. И звал он меня не иначе, как Ласточка.
Внезапно мои размышления прервали шаги, раздающиеся под окнами. Снег скрипел под шагами неизвестного. Я тихо окликнула брата, но тот отвернулся к стенке и продолжил спать. Выбравшись из-под одеяла, на цыпочках подкралась к окну и приоткрыла штору. Сквозь ледяные узоры мало что можно было разглядеть. И тогда я принялась согревать стекло дыханием. Сантиметр за сантиметром мне открывался вид на заснеженное село. Ни единой живой души. Пустынная улица, покрытая сугробами, переливалась в свете луны.
Долго вглядываясь в ночь, я уже решила, что все это мне почудилось. Когда неожиданно передо мной возник дедушка. Он приложил ладони к стеклу и взглянул точно на меня. Его старое лицо озарила улыбка. Отчего множественные морщины собрались в уголках глаз. Выглядел он печальным, но в то же время будто светился изнутри.
Я уже собиралась позвать родителей, как он поднес указательный палец к губам, тем самым указывая не шуметь. Затем качнул головой, как бы прощаясь со мной. Развернулся и зашагал по переменной снегом дороге. Удивительно, но ноги его не увязали в сугробах. Он двигался уверенно, словно паря в воздухе.
В то мгновение моё сердце наполнила тоска. В глубине души я знала: он уходит навсегда. Слёзы хлынули из глаз, а маленькие кулачки застучали по стеклу. Я кричала, пытаясь остановить его, но дедушка не оборачивался. И вскоре его силуэт растворился в падающих с неба снежинках.
На мой крик прибежала мама. Узнав о приходе дедушки, они с отцом сию минуту бросились на улицу. И как бы они не старались, найти его не удалось. Да и следов под окнами не оказалось. Как если бы и не было его вовсе.
Вернувшись, мама присела на стул и устало стянула с головы шаль. Руки её дрожали, она тоскливо смотрела в одну точку. На вмиг почерневшем лице скользнула тень траура:
— Он умер! — пробормотала она.
— Ну что ты глупости болтаешь! — попытался ободрить отец.
— Я знаю, сердце не обманешь. Попрощаться приходил! — произнесла она и горько зарыдала.
Помню, как я бросилась к матери, целуя ещё лицо, глотая собственные слёзы. Непередаваемая боль утраты наполнила наши сердца.
Мама оказалась права. Следующим днём мы прибыли в дом её родителей. На пороге нас встретила бабушка. Скрестив руки на груди, она сообщила о кончине дедушки. Его сердце остановилось около двух часов ночи. В тот самый час, когда душа усопшего взглянула в окно нашего дома.
Скептики сочтут мою историю неуёмной детской фантазией. Посчитав уведённое обыкновенным сном. Однако я твердо уверена, что всё происходило на яву. Мы не успели навестить дедушку перед его смертью, и он сам пришел проститься.
Рассказ написан на реальной истории, присланной читательницей блога.
Больше невыдуманных, поистине жутких историй здесь в неуёмной детской фантазией. Посчитав уведённое обыкновенным сном. Однако я твердо уверена, что всё происходило на яву. Мы не успели навестить дедушку, и он сам пришел проститься.
Рассказ написан на реальной истории, присланной читательницей блога.
Больше невыдуманных, поистине жутких историй здесь
