Третий – всегда лишний!
Иногда родственные чувства стоит
засунуть настолько глубоко
или просто начихать на них.
Слова автора.
Анна Владимировна
Рая ушла в кафе пару минут назад, но Артур не торопился начать обещанный разговор. Я же нервничала всё сильнее от ожидания. Люди проходили рядом с нами, на миг останавливая на нас свои взгляды и дальше шагая по своим делам. В такой вечер им не было никаких дел до чужих людей.
− Значит, это и есть та Рая, из-за которой ты мне отказывала в свидании каждый раз? – прозвучал его вопрос не то для меня, не то, скорее всего, для него самого же. В его голосе не проскальзывали нотки недовольства или ещё чего-либо.
Я выдохнула, а затем просто кивнула, виновато улыбнувшись. Разговаривать не хотелось. Вообще, желание было развернуться и уйти домой. Не нужно было уже никакое свидание. Его-то уже и свиданием назвать нельзя. Третьей не должно было быть! И я не понимала мотивов Раи. Ревновала или устала сидеть дома одной? Так никто ей запрещал сидеть дома. Позвала бы подруг и вперед покорять вершины. Так нет же, она решила испортить мне свидание. Мне не хотелось верить в то, что Рае просто интересно узнать, с кем проводит время её сестра.
− Ладно, не переживай, − молодой мужчина положил руку мне на затылок и притянул к себе. – Я всё понимаю.
Я уткнулась носом в его грудь и вдохнула пряный запах парфюма Артура. Запах хвои немного щекотал ноздри, но мне было приятно. Так бы и простояла весь вечер. В объятиях парня было так хорошо и спокойно, что не хотелось думать ни о чём. Обняла его, намекая на то, что у меня нет желания куда-либо идти.
− Пойдём, нехорошо оставлять твою сестру одну так надолго, − но и сам не торопился отлипнуть от меня, как и расплетать мои руки за своей спиной. – Как никак она в интересном положении всё-таки.
«Но это не мешает ей играть на моих нервах и трепать их по полной», − хотелось мне возникнуть, но снова проглотила слова и проговорила я их лишь у себя в голове.
Простояв в обнимку ещё пару минут, я всё же первая сделала шаг от мужчины. Но он первым протянул мне свою ладонь и повел за собой. Наш столик оказался чуть в стороне от сцены, где должны были выступать артисты, в уединении. И я довольно улыбнулась, представляя, как прошло бы наше свидание, если бы Рая не увязалась за нами. Но тут же моё лицо вытянулось, наблюдая за тем, что именно расставлял официант на нашем столе. И я слишком резко кинулась вперед, задевая того самого парня, который уже отходил назад на кухню.
− Это ещё что такое? – чуть ли не закричала я на весь зал, хватая Раю за плечо. Она что-то делала в своём телефоне и от неожиданности чуть не выронила его. – Какое тебе вино? Ты совсем уже с ума сошла на фоне гормонов?
Рая на секунду растерялась, потом взяла себя в руки.
− Это для вас. Ты чего систер? – нервно улыбнулась она. – Вас долго не было, и я решила заказать ужин сама. Не сидеть же мне было за пустым столом? Да и кушать уже хотелось.
Я шумно дышала. Хоть и руку убрала, но глаза бегали по столу. Раз вино для нас с Артуром, то почему бокалов три? Сузила глаза и вновь перевела их на сестренку. Видимо, Рая проследила за моим взглядом и решила объясниться.
− Мне для сока или воды, не люблю пить из простого стакана, − и до краёв налила в бокал газированной воды. – Так интереснее.
Я же задумалась, пока садилась на отодвинутый для меня Артуром стул. Рае всего-то ничего лет. Когда она успела приобщиться ко взрослой жизни? Даже вино вон выбрала с умом. Не случайно же она в него тыкнула пальцем в меню. Стоимость бутылки была не самой дорогой, чтобы выбрать наугад по привлекательной цене, что обычно делали девушки в ресторанах. Значит, знала вкус. Когда я упустила все эти моменты?
− Дома поговорим, − принимая от парня меню, проговорила я в сторону Раи, и немного развернулась в сторону Артура.
Аппетит пропал совершенно, как и настроение, поэтому я лишь кивнула парню, чтобы он сделал выбор за нас двоих.
− Пригласишь меня на танец? – я чуть не подавилась водой, когда Рая обратилась к Артуру, стоило официанту отойти от нашего стола, приняв заказ.
Что вообще происходит?!
Я посмотрела на Раю, но она избегала встречаться со мной глазами. Взгляд сестрёнки упирался в Артура. Понимая, что она не отступит, повернулась к парню. Он выглядел ошеломленным и немного растерянным. А я ждала его ответа, не торопясь вмешиваться.
− Извини, скоро начнется выступление, − протянул он руку к стакану с водой. – И я хотел бы потанцевать с Анной, всё-таки, у меня с ней свидание. Должно было быть, − сжимая мою ладонь под столом, проговорил он в конце.
Я облегченно выдохнула.
Дальше вечер проходил немного напряженно из-за присутствия Раи. Артур не вёл себя так легко, как было на предыдущих наших встречах. Не шутил, не сыпал комплиментами. Только его рука под столом, что периодически с нежностью сжимала мою ладонь, говорило о том, что он тоже хотел бы другого, а не этого всего. Вскоре началось выступление артистов.
Молодая девушка в полумраке зала красиво пела о любви, о расставании, о потере любимого. Ночные огни города лишь добавляли некой таинственности. Я слушала песни, не открывая глаз от девушки, словно сама переживала все моменты, про которые она пела. К концу выступления так вообще вытирала слезы. На смех сестры, как оказалось.
− Ты чего это? Растрогалась простыми словами песни? – тронула он меня за плечо. – Так всё это же выдумки. Просто написанные слова автором или группой людей, чтобы достучаться до таких глупышек, как ты, чтобы они подсели и потом фанатели от исполнителей, раз за разом таскаясь за ними по концертам и их выступлениям. Ничего более. И ты повелась.
Слова Раи задели. Я итак была эмоциональным человеком. Грустные моменты в фильмах, в книгах всегда вызывали во мне слёзы. Она об этом прекрасно знала, но никогда про это ничего не говорила. Речи, чтобы подколоть меня этим, тоже не возникало. Сегодня-то что изменилось? Не могла просто промолчать? И почему же её не пробило словами песни? Тем более, она сама недавно «потеряла» любимого человека. Неужели Рая более и не вспоминает про свою» любовь всей её жизни»? У неё же гормоны должны скакать? Обычно беременные девушки по малейшему поводу могут начать лить слезы. Им всех вокруг жалко. Или тут другое? Хотела меня принизить перед Артуром?
− А сама давно ли перестала фанатеть от песней своего Олега? – промокая глаза салфеткой, чтобы не размазать тушь, спросила я как нив чем не бывало. – Всё, прошли чувства и завяли помидоры? Не выдержали?
Я всегда, как себя помню, оберегала Раю от всего. Но сегодня… Что-то во мне надломилось после её слов и поступков. И шипы сами собой вылезли. Что ещё удивительно, мне не хотелось их прятать.
− И в том, что слова песни вызвали у меня слезы, нет ничего зазорного, а говорит лишь о том, что я чувственная натура, в отличие от некоторых, − отодвинула стул и встала из-за стола, захватив сумочку. Хотелось освежиться.
Рая последовала за мной, что было неожиданно. Я думала, даже была уверена, что она останется за столом и начнет «приставать» к Артуру. В этом почему-то у меня не возникало сомнения.
− Систер, ты чего такая? Я же просто пошутила, − попыталась она начать разговор. – Ты же знаешь, что у меня нет чувство юмора.
− Как и все остальные чувства, – освежая руки и лицо холодной водой, ответила я.
− Ты это о чём? – она притворялась или играла свою роль до конца? – Я же тебя люблю. Как это у меня нет чувств.
− Если любишь, то с чего решила испортить мне свидание? Зачем увязалась за нами? Зачем начала просить пригласить тебя на танец? Ты ничего не перепутала? Артур на свидании со мной, а не с тобой. И я не виновата, что твой Олег смотал свои удочки и сбежал от тебя, чтобы ты начала портить мне личную жизнь. И вот к этому, − показала я на её не очень заметный живот. – К этому я тоже никакого отношения не имею. Это только твой выбор и твоё решение, не смотря на все мои предупреждения и уговоры. Так за что ты со мной так поступаешь? Или думаешь, что я теперь всю себя должна посвятить тебе и твоему ещё не рождённому ребенку, положив жирный крест на свою личную жизнь? Не многого ли ты просишь? Я итак белого света не вижу от твоего постоянно нытья и требований, все свои сбережения потратила на твои перескоки настроения. Ты хотя бы раз задумалась о том, на что собираешься растить своего ребенка? Ты нигде не работаешь, не хочешь. Надеешься на меня? Поэтому решила вмешаться, чтобы не дай бог я не влюбилась и не вышла замуж, оставив тебя одну с ребенком?И слёзы поступили с новой силой. Рая молчала. Мне тоже больше говорить было нечего. Усталость навалилась. Взглянула на неё и просто вышла из дамской комнаты. На секунду задержалась, задумавшись, стоит ли идти за стол. После же уверенно шагнула к выходу из кафе.
Ночная прохлада города встретила меня приветливо. Холодно не было. От асфальта, за день нагретого на солнце, поднималось тепло. И я решила пройтись до дома пешком. Подумать. Но стоило мне отойти на каких-то сотню метров от кафе, зазвонил телефон. Я не стала отвечать. Не хотелось говорить ни с Артуром, ни с Раей. Парня я ни в чем не винила, но и вести разговоры с ним не хотелось. Поэтому я просто выключила телефон, перед этим написав сообщение, что мне нужно время всё обдумать. Дальше я просто шла и шла вперед, не задумываясь о направлении пути. И дорога привела меня на набережную.
Молодёжь здесь только начинала веселиться, ведь ночь только-только вступила в свои права. Где-то недалеко мелькали огоньки, что и привлекло меня. Дойдя поближе, я увидела, как молодые парни тренировались для фаер-шоу¹. И залюбовалась, как и остальные случайные и неслучайные зрители. Трюки завораживали, как и оточенные движения молодых парней, огонь не отпускал взгляда, а я поняла, что всё это время просто наслаждалась проводимым самими собой временем. Проблемы уже казались не такими глобальными и нерешаемыми. Дождавшись конца трюков, спустилась к воде. Пойдя некоторое расстояние с туфлями в руках, решила вернуться домой. Путь был неблизким, но захотелось проверить себя и дойти пешком. Что я и сделала, оказавшись возле подъезда к рассвету.
Но последний шаг, чтобы преодолеть расстояние до квартиры, сделать так и не получилось.
¹Фаер-шоу – огненное шоу, разновидность уличного перфоманса (выступления оригинального жанра), значительная часть которого заключается в исполнении трюков с огнём, а также использовании огня для реализации творческой идеи.
***
Самое страшное – это молчание
Даже клубок со временем доматывается.
Слова автора.
Анна Владимировна
Дверь подъезда с грохотом открылась, пока я стояла и уже около получаса гипнотизировала его своим взглядом. По двору разошелся глухой звук, но я даже не моргнула, продолжая стоять на том же месте и изучая железное полотно. Хотела испепелить, чтобы не заходить, или же ждала, пока она превратиться во что-то и путь для меня будет заказан? На улицу вышла пожилая соседка с собачкой. Баба Шура чуть дёрнулась, встретившись со мной глазами, никак не ожидавшая увидеть кого-либо на своём пути в такую рань, но после улыбнулась, узнав меня. Но её взгляд оставался изучающим, так как я всё ещё продолжала смотреть на дверь, чуть ли не моргая.
− Что тоже не спится? – опуская свою маленькую живность на землю, спросила она. – Или кто-то опять расшумелась, как обычно?
Её намёк на Раю не расслышал бы разве глухой, но я притворилась стеной, сделала вид, что баба Шура говорила это не мне. После же немного посторонилась, пропуская их дальше, но и заходить в подъезд не стала. Присела на скамейку возле дома, перед этим подняв голову, чтобы взглянуть на окна нашей комнаты. На улице давно рассвело, самый разгар лета, и невозможно было понять, находилась ли Рая дома или нет. Желания подняться дабы убедиться в этом абсолютно не возникало. Будто я потеряла всякий интерес, выгорела, опустела, словно рассохшаяся и растрескавшаяся земля, на которую долгое время не попадало влаги. Чего же не хватало мне самой? Элементарной поддержки. Человеческого понимания. Хоть маленькой помощи. Да пусть даже словесного. Доверительного разговора по вечерам. Но точно не такого Раиного поведения и отношения ко мне.
Я так и просидела, будто каменная статуя, нисколько не шевелясь, почти ни о чём не думая, пока баба Шура не вернулась с прогулки со своим Тимошей. Ушедшая в себя, вздрогнула, когда кто-то присел со мной рядом на скамейку. Собачка тут же начала крутиться возле ног и тявкать, требуя к себе внимания. Наклонилась и погладила, заодно дала полизать руку. Улыбнулась от маленькой несуразной собачки. Китайская хохлатая выглядела так, словно ей выдернули шерсть, оставляя проплешинами. Правда, баба Шура своего Тимошу любила очень сильно.
− Что допекла она тебя? – первой начала разговор баба Шура.
Пожилая женщина из всех наших соседей по коммунальной квартире была самой адекватной, если так можно сказать. Она не пила (слава богам!), за собой и за собачкой следила тщательно, всегда убиралась в своё дежурство по общей кухне и ванной комнате, вела себя тихо и скромно, в отличие от остальных. Главное, ни разу не перепутала где чей холодильник! Особо не вмешивалась в ссоры и разборки соседей, но всегда могла помочь не только словом, но и делом. И кто бы знал, что совсем в скором своём будущем без её помощи я не обойдусь и вовсе.
Я снова промолчала, опустив голову. А о чём мне стоило говорить? Пожаловаться ей и вывалить всё? Баба Шура, наверное, и похлеще всего, что я испытывала сейчас, пережила в своё время, а тут я такая, сопли распустила, разнылась. Хотела, чтобы меня пожалели, как маленькую девочку? Погладили по головке? Конфетку всучили?
Высказаться, конечно, хотелось, но жаловаться я не любила. Могла выговорить всё только тогда, когда уже терпения не осталось бы ни капли. А тут я ещё могла ещё перетерпеть, видимо, раз не сказала ни слова. В чашу моего терпения ещё можно было добавить пару капель до того, как из неё всё вытекло бы.
Так мы и просидели вдвоём в молчании около получаса. Город вокруг нас медленно начал оживать: то тут, то там хлопали подъездные двери, гавкали собаки, что выводили на прогулку, шумели шины, сигналил общественный транспорт, даже кто-то свистел.
− Что могу сказать, Аннушка, сожми кулаки и терпи. С такой сестрой тебя впереди ещё что похлеще ждет, помяни моё слово, − поднимаясь на ноги, проговорила женщина. – И нечего сидеть тут на улице, как бездомная. Встала и пошла домой глаза мозолить. А то расселась тут, ишь сидит, ждет у моря погоды. Пошли, пошли. Сидит она тут, − заворчала она.
Ей бы с таким строгим голосом в школе работать, особенно с трудными подростками. Цены бы ей не было. Только баба Шура всю свою жизнь проработала на заводе.
Я послушно поднялась со скамейки и последовала за ними. Тимошка ещё и проверял, иду я или нет за ними. Оборачивался, делал несколько шагов в мою сторону, затем догонял хозяйку и довольно тявкал, мол «послушалась, шагает за нами». И так несколько раз. Даже на ступеньках не забывал посматривать в мою сторону, бегая то вниз ко мне, то снова вверх к своей хозяйке.
Дома соседи скрылись в ванной комнате на водные процедуры. Я же, еле передвигая ноги, подошла к двери нашей комнаты и открыла её. Со скрипом, не боясь разбудить Раю. Но мои ожидания не оправдались. Сестренка не спала. Стоило мне ступить внутрь, как она тут же подлетела ко мне и обняла. Неужели волновалась? Может, ночь не спала, всё ждала меня? В окна смотрела и телефон из рук не выпускала? Соседей всех перебудила?
− Ты пришла, − выдохнула она. – Я так боялась за тебя, переживала.
Но я ничего не ответила Рае. Она знала, что со мной всё хорошо. Ведь я и ей написала сообщение перед тем, как вовсе отключить телефон. Взглянула на неё, смерила уставшим взглядом и начала переодеваться. На её вопросы решила промолчать. Нет, не из-за вредности и не из-за того, что хотела как-то наказать сестру за её поведение. Просто не было у меня сил с ней вести разговоры. Тем более, душевные, и не дай бог, оправдательные. Мне хотелось быстрее смыть с себя уличную пыль, как и усталость, и лечь спать, укутавшись в пушистый, мягкий плед, несмотря на жару на улице. Что я и собиралась сделать, снимая с себя платье.
− Никого не пускала, тебя ждали, − стоило мне подойти к двери ванной комнаты, как она тут же распахнулась, являя мордашку Тимошки. – Проходи.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Элиме Валентина