С конца ноября в нашем регионе — новый Уполномоченный по правам человека в Республике Хакасия. Впрочем, Светлану Викторовну МОГИЛИНУ новым человеком в политической жизни республики точно не назовешь — на протяжении многих лет она работала в составе президиума Верховного Совета Хакасии, возглавляла один из комитетов регионального парламента. С чем связана смена деятельности опытного политика и на каких направлениях работы планирует сконцентрироваться новый омбудсмен — в нашей беседе.
— Светлана Викторовна, работа уполномоченного по правам человека не является для вас совершенно новой сферой деятельности. Будучи председателем комитета Верховного Совета РХ по конституционному законодательству, государственному строительству, законности и правопорядку, на протяжении многих лет вы среди прочего курировали и работу омбудсмена. Почему именно сейчас решили сами сменить законотворческую деятельность на правозащитную?
— Полагаю, что для читателей «Абакана» из числа тех, кто интересуется политической жизнью в нашем регионе, нет ничего удивительного в том, что я решила участвовать в конкурсе на должность Уполномоченного по правам человека в Республике Хакасия. Как вы помните, я не участвовала в выборах депутатов Верховного Совета РХ восьмого созыва. Мне была предложена должность руководителя аппарата Верховного Совета РХ. Однако данная работа существенно отличается от того, чем я занималась на протяжении последних двадцати пяти лет — законотворческой деятельности. Руководитель аппарата обеспечивает оптимальные условия для работы депутатов, техническое сопровождение работы над тем или иным документом. Поработав короткое время в этой должности, я поняла, что мне гораздо интереснее и ближе моя прежняя активная деятельность — быть представителем и защитником интересов граждан, жителей Хакасии.
— Почему тогда вы не участвовали в первом конкурсе на должность омбудсмена в марте 2024 года, когда депутаты Верховного Совета РХ проголосовали за кандидатуру Ирины Чеботаревой?
— Выдвижение того или иного кандидата на должность Уполномоченного по правам человека в Республике Хакасия — прерогатива субъекта права, то есть Верховного Совета РХ. На тот момент депутаты видели в должности омбудсмена более молодого по возрасту кандидата — Ирину Александровну. Мне участие в конкурсе не предлагалось.
Дальнейшее развитие ситуации показало, что кандидатура человека, пусть и грамотного специалиста, но не имеющего практического опыта правозащитной либо правотворческой деятельности, вызвала много вопросов со стороны Уполномоченного по правам человека РФ Татьяны Москальковой. Тогда председатель Верховного Совета РХ Сергей Сокол предложил мне выдвинуть свою кандидатуру на должность Уполномоченного по правам человека в Республике Хакасия.
— Принимая данное предложение, вы были уверены в своем назначении? Не было опасений повторения ситуации: депутаты в Хакасии вас поддержат, а федеральный центр вновь не согласует их решение?
— Вообще, стопроцентная уверенность в чем-либо присуща лишь, наверное, не очень умным людям. Сомнения всегда были, есть и остаются. Однако я понимала, что, если бы моя кандидатура не проходила по каким-либо критериям, мне бы это изначально дали понять при личной встрече с Татьяной Николаевной Москальковой. Мы предметно беседовали с ней в течение часа. Говорили в том числе и о всех тех вопросах, которые ранее я сама задавала моему предшественнику на данной должности.
— Что это за вопросы?
— Прежде всего, Татьяну Москалькову интересовало, соответствует ли наш республиканский закон об Уполномоченном по правам человека в РХ современным потребностям региона. Так как я в должности председателя комитета по конституционному законодательству ВС РХ в свое время (это был 2010 год) являлась разработчиком данного закона и субъектом права законодательной инициативы, то, естественно, знаю о нашем региональном законе все. Я высказала свои предложения по внесению в закон таких изменений, как возможность составления уполномоченным по правам человека в РХ протоколов об административном правонарушении, наделение уполномоченного правом законодательной инициативы, чего сегодня у нас нет. Также я предложила ряд положений по общему реформированию института уполномоченного по правам человека в нашем регионе.
Особо отмечу, что Татьяна Москалькова владеет полной информацией по всем проблемам, что есть у нас в республике в сфере защиты прав человека. На обсуждении данных вопросов мы и сосредоточились в ходе нашей беседы. Работа в данном направлении была определена мне в качестве одной из первоочередных задач в должности Уполномоченного по правам человека в Республике Хакасия.
— Получается, о ситуации в том или ином субъекте Российской Федерации Татьяна Москалькова знает не только по отчетам региональных уполномоченных, но и из других источников?
— Совершенно верно, причем ситуация мониторится в режиме онлайн.
— И на каких направлениях работы вам было рекомендовано сосредоточиться в первую очередь?
— Одна из самых актуальных для жителей Хакасии проблем — экология, состояние воздуха, что, естественно, влечет за собой вторую проблему — здоровье населения. Во второй половине января 2025 года мы запланировали провести большой «круглый стол» по определению возможных вариантов решения данных проблемных вопросов. Своим мнением, оценками поделятся эксперты: экологи, медицинское сообщество, активисты общественных объединений.
Далее будем работать над реализацией выработанных решений.
— Светлана Викторовна, на различных новостных сайтах в комментариях к новости о вашем назначении можно было прочитать и следующее: «Мол, не может человек, столько лет отработавший во власти, защищать права простого жителя республики от этой самой власти». Наверняка большинство обращений граждан к омбудсмену как раз и связаны с тем, что тот или иной чиновник не выполняет то, что должен делать в силу должностных обязанностей?
— Да, определенная часть населения до сих пор придерживается мнения, что человек, обладающий какими-либо полномочиями, это чиновник, причем работающий исключительно в своих личных интересах. Напомню таким гражданам, что у нас существует разделение властей, и законодательная власть формируется на выборной основе. Каждый депутат представляет, прежде всего, интересы своих избирателей. Так что в моем назначении нет никаких противоречий. Будучи депутатом, я работала в интересах граждан, а не исполнительной власти. Я никогда не скрывала своего критического отношения к некоторым решениям Правительства Республики Хакасия, не только действующего, но и предыдущего. Сегодня у меня появилось еще больше полномочий заявлять о проблемах, которые есть в республике в сфере прав человека, и работать над их решением.
— У Уполномоченного по правам человека есть инструменты реального влияния на тот или иной вопрос помимо того, что он озвучит проблему с высокой трибуны?
— Да, федеральный закон дает омбудсмену действенный инструментарий, в том числе и право внесения изменений не только в законы, но и подзаконные нормативно-правовые акты. Наша прямая обязанность — контролировать, чтобы принятие любого нормативно-правового акта не ущемляло прав и свобод человека в республике. Второй момент: мы имеем право выступать в судах в качестве заявителя в вопросах защиты прав обратившегося к нам человека. Также мы можем обращаться в любые инстанции, вплоть до уполномоченного по правам человека в РФ. То есть мы можем поднять вопрос о нарушении прав конкретного человека на всех уровнях власти, а не просто ограничиться каким-то пожеланием к исполнительной власти региона.
— Вы отметили право уполномоченного по правам человека обращаться в суд с исковым заявлением в интересах гражданина. Много ли таких случаев было на практике?
— Вы задаете мне данный вопрос спустя неделю, как я работаю в должности Уполномоченного по правам человека в РХ. За этот краткий период времени ни одного обращения в суд не было. Однако и за предыдущие годы исковые заявления в суд в интересах граждан подавались очень редко, что меня и не устраивало тогда. Поэтому будем работать в данном направлении более активно.
Отмечу, институт уполномоченного по правам человека является заключительной инстанцией: когда человек прошел через все структуры, которые должны были решить его проблему, однако не сделали этого. В таком случае уже подключаемся мы и заставляем ответственных качественно выполнять свои должностные обязанности. В том числе и через суды.
— Вы уже успели провести несколько приемов граждан. С какими жалобами люди обращаются к омбудсмену?
— Как показала практика первых приемов, органам власти еще есть над чем работать в плане оперативности исполнения всех существующих сегодня в стране мер поддержки участников СВО. Также много обращений связано с недоступностью для жителей региона качественной медицинской помощи. Да, в республике есть проблема дефицита медицинских кадров. Но это не должно быть проблемой конкретного человека, которому нужна медпомощь. Это проблема исполнительной власти, и ее представители должны решать данную проблему.
— Озвученные направления и станут для вас первоочередными задачами в работе?
— Да, все верно.
— Светлана Викторовна, в завершение беседы. Омбудсмен — тоже человек, и ему нужно отдыхать. Одно из ваших хобби, как рассказали ваши коллеги, это выращивание роз?
— Да, человек в любой должности остается, прежде всего, человеком, у которого есть свои стремления к чему-либо. Действительно, одно из моих хобби — это садоводство. Еще одно мое большое увлечение — это изучение китайского языка. Его я изучаю полтора года, в большей степени, наверное, это мне нужно не столько для общения на данном достаточно сложном языке, а, как советуют нейролингвисты, для поддержания в тонусе работы мозга.
Ольга КАРАЧАКОВА
Фото предоставлено Светланой Могилиной