Осенью умерла Анна Васильевна. Она была уже давно не молода. Откровенная старушка. Мы все знали, что Анна Васильевна возрастная дама. После смерти узнали, что ей всего 83 года.
Жила Анна Васильевна одна в небольшой квартирке. Выходила в магазин и храм. Последние несколько лет ноги ее подводили. Ходила с палочкой. Маша, как самая активная и самая добрая, активно ей помогала. Помогала от души по велению сердца. Несколько лет она носила Анне Васильевне еду, помогала добираться на службу и обратно. У Маши нет детей, поэтому есть свободное время. Бывало она забегала просто так вечерком к Анне Васильевне.
Мне Анна Васильевна напоминала мою бабушку. Такая же худенькая, со слезящимися глазами, но умная, знающая. Анна Васильевна проработала всю жизнь в медицине, была врачом, очень много знала и не только из медицины, была интересным собеседником. Иногда она делилась какими-то историями из своего прошло, но в основном, конечно, с Машей. Кажется, Машу она полюбила и привечала, как родную.
Мы знали, что муж Анны Васильевны умер лет около десяти - пятнадцати назад. Тяжело ей было после его смерти. Чувствовалось, что любила она его всей душой даже после его смерти. Сколько теплых слов и нежных воспоминаний было связано с ним... Кое-кто из соседей помнил ее мужа еще живым. Они всегда ходили вместе. Говорят, что до конца своих дней он дышал любовью на жену, а она отвечала ему тем же. О таком только мечтать можно...
Мы знали, что у Анны Васильевны был сын. Как-то она обмолвилась о нем.
- Он уже умер, - ответила Анна Васильевна на вопрос о сыне.
Так бывает, что родители переживают своих детей. Бывает, хотя и не должно быть. Никто больше Анну Васильевну о сыне никогда не спрашивал. Все так и решили, что она одинокая. Квартира у нее была не приватизирована (она сама говорила: "Пока жива, никто не выселит, а как помру, может быть, хорошим людям достанется").
И вот нет Анны Васильевны. Дожила она свой век. Многие ее любили. Скорбели о ней, как о родной. Особенно несколько старушек-прихожанок.
А буквально днями объявился ее внук.
- Я слышал бабка-то померла, - нашел он Машу и с места в карьер, как говорится, - хочу наследство свое забрать.
Маша опешила. Какая бабка? Какое наследство? Ей его кто-то оставлял? Оказалось, что бабка - это Анна Васильевна. И не на столько она была одинока. Да, сын умер, но остались и внук и внучка. Внук даже в нашем же городе жил. Внучка, правда, переехала, но не на другую планету. С Анной Васильевной они не общались. Почему не приезжали? Не навещали? Почему никогда не интересовались и не поддерживали?
- Так она же нам чужая была, - с наивностью заявляет этот внук, которому самому ему под сорок. - Пока отец жив был, то он с ней вошкался. А мать сразу сказала, что она посторонняя тетка для нее и знать она ее не обязана, как и общаться с ней. А как отца не стало, так и все. Нам-то какая радость с бабкой этой трындеть? Она же дурная была. Как начнет какую-то хрень нести, так молоко скисает. Все у нее как-то приторно выходило. Аж выть с тоски хотелось. Так и мать ее на порог не пускала, как и дедка ее слабоумного. Отец нас с сеструхой к ним таскал. Но отца-то давно нет. Молодым помер. Мать им тогда на дверь сразу указала, чтобы жить не мешали. Нет, они, конечно, поартачились, а потом нашли, куда мать послала. Мать у меня всю жизнь кремень была, посылать надежно умела. Жаль, сейчас кукухой совсем поехала. Ну, да что тут поделаешь - время. Так у кого мне ключи от бабкиной квартирки забрать? Сам там теперь жить буду.
Маша ему объяснила, что квартира отошла государству, как неприватизированная.
- Так они же ее приватизировали! - удивился внук.
Оказалось, что давно уже расприватизацию сделали. Да только внука и остальных не родственников в известность не поставили. Как сын умер, так и отменили приватизацию. На двоих приватизировали (сын уже отдельно жил), вдвоем государству жилье и вернули.
Долго еще внук ругался.
- Я же говорю: она дурная была. И дедок сумасшедший. Это надо же! Родных внуков жилья лишить! Вот же гады!
- А что ж вы родные внуки бабушку-то не навещали? Глядишь, и не отменяли бы старики приватизацию, если бы любовь и заботу от родных-то внуков получали.
- А с хрена ли я о ней заботиться должен? Отец должен был. Так он и заботился, пока не помер. А я ей ничем не обязан был. Вот матери обязан. Она мне мать. Я ее в дом престарелых пристроить хочу, чтобы не скучала, а то совсем головой двинулась. А это бабка кто? Мать отца? Вот к отцу все вопросы. А нет отца, так и спроса нет. Я-то с какого перепугу должен ей оказался?
- Так и она не должна, как оказывается. Ничего у вас не просила. Так и с нее спрашивать нечего. Посторонний человек, так посторонний. С отца спрашивайте. А нет его, так и спроса нет.
На сим диалог и завершился. Долго еще внук костерил Анну Васильевну, желая ей на том свете того, чего желать нельзя. Но да что об этом...
Странные все-таки люди есть на белом свете. Как квартиру в наследство получать - так родня, как позвонить пообщаться - так посторонние люди. Ну, а с посторонних что спрашивать-то? Или так хочется хоть что-то урвать?