Редкий зануда, он отталкивает от себя своим педантизмом, зарубая все творческие порывы на корню. Его намерение «поверить алгеброй гармонию» перешагивает все мыслимые-немыслимые границы и, казалось, напрочь выхолащивает искусство. Никто так, как он, не чувствует ритм, и никто столь методично не изнуряет окружающих необходимостью этому ритму подчиняться и следовать. Его учениками были многие признанные гении, и он многое сумел дать им. Может, не стоит вычёркивать из жизни того, кто кажется бескрылым и бесталанным? У Метронома своё предназначение, небесполезное не только для него, но и для богато одарённых музыкантов: ведь он даёт им порой то единственное, чего им так не хватает.
Редкий зануда, он отталкивает от себя своим педантизмом, зарубая все творческие порывы на корню. Его намерение «поверить алгеброй гармонию» перешагивает все мыслимые-немыслимые границы и, казалось, напрочь выхолащивает искусство.
Никто так, как он, не чувствует ритм, и никто столь методично не изнуряет окружающих необходимостью этому ритму подчиняться и следовать.
Его учениками были многие признанные гении, и он многое сумел дать им. Может, не стоит вычёркивать из жизни того, кто кажется бескрылым и бесталанным? У Метронома своё предназначение, небесполезное не только для него, но и для богато одарённых музыкантов: ведь он даёт им порой то единственное, чего им так не хватает.