Но Гаврилкин попытался вторгнуться на охраняемую территорию, чуть не навредил дому, продав квартиру снизу тому ресторатору-разрушителю, да и сейчас явно был не прочь напакостничать, а значит сам напросился! А ещё Бескрайнов прекрасно знал, что то, что он сделал с агентом обрадует Таню.
-Так что ты с ним сделал-то? – допытывался любопытный Терентий, но Крамеш молчал как партизан, пока не пришла Татьяна:
-Он и дальше будет рработать агентом, но не сможет обманывать прродавцов и вррать покупателям. Ррыдать будет горрючими слезами, стррадать будет, а совррать не сможет! И то, что получил, обманывая этих ррастяп-прродавцов, веррнёт!
-Рыдающий крокодиловыми слезищами паталогически честный бывшевороватый агент по недвижимости… да ты, Крамеш зверюга! – восхитился кот.
-Ага… - ухмыльнулся ворон, - Только не зверюга, а птица.
-Не существенно, - довольно мурлыкнул Терентий. – А эти… покупатели как же?
-Не знаю… они пока не выходили.
-Как не выходили? Они же утром пришли! – изумился Терентий.
-Ну, прришли… и не вышли, - Крамеш строго покосился на стаю местных серых ворон, которые исполняли роль сторожевых псов… в смысле птиц.
Татьяна, услышав это, удивилась:
-Странно. И Шушаночку я не вижу.
-Она в междустенье! – просветила Тишуна. – С покупателями.
-О! И она решила стать страшной зверюгой? – восторженно утонил Терентий.
-А мы всегда такие! – Тишуна, даром что была подросточком-норушинкой, но суть их работы понимала прекрасно, благо сама воочию видела, какими разными могут быть люди. – К тем, кто с добром - мы с лаской, а кто не так – мы с таской!
Примечание автора: «таска» - старинное русское слово. Здесь: выволочка, трёпка.
-Тишуночка, да что же сделали эти покупатели? – осторожно уточнила Таня,
-Да вы бы видели их! – оскорблённая Тишуна блеснула глазами, - Пришли такие в наш дом, морды скривили и давай всё охаивать! И грязь мол тут, и пакость… да какая пакость? Всё чисто и сухо, ни пылинки – ни соринки. А когда на второй этаж поднялись, вообще расплевались, мол, нечего тут жить людям, которые… - она прищурилась, явно пытаясь дословно припомнить формулировки:
-Которые не того сорта! – выдала она, а потом продолжила:
-И так они об этом говорили, что Шушана решила пока их к соседке не пускать – ещё обидят её, обругают нетакосортной...
Тишуна потёрла лапкой нос, в котором от этого слова противно засвербело, и пояснила:
-Они в дверь позвонили, а потом вошли не в квартиру, а в бесконечный коридор, вот и бегают теперь там. Бегают и ругаются.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото к публикациям взяты из сети интернет для иллюстрации.
-А чего ругаются? – удивился Крамеш.
-Ну, она видит коридор квартиры, в которой её бабушка жила, а он – коридор той квартиры, в которой сам жил с родителями. У них… виды не сходятся.
-Я и не знала, что норуши так могут… - удивилась Таня.
-Шушана говорит, что, когда она была одна, у неё так не получалось, а сейчас, с нами, она смогла! Когда они переступили порог, то каждый увидел что-то похожее из своей памяти, а что именно – они сами рассказали, когда ругались друг с другом.
Тут Тишуна хихикнула:
-А ещё они ругаются, потому что презирают…
-Презирают хозяйку квартиры? – уточнил Терентий. – Они же её и не видели вовсе.
-Нет, её они уже запрезирали заранее, - объяснила Тишуна, но тут из угла вышла Шушана, отряхнула лапки, словно трогала что-то очень пыльное и добавила:
-Они морщат друг на друга носы и фыркают, как Терентий, который упал в ванную! А всё потому, что каждый из них проговорился о том, что у них в семьях есть обычные люди, не такие, как они.
-И долго они будут топтаться в междустенье? – живенько заинтересовался Крамеш.
-Ну, пусть ещё побегают… они как раз довспоминались до огромной коммуналки в Питере и до коридора в старом-престаром доме на две квартиры под Тверью. Глядишь, устанут ругаться, поймут, что ничего страшного в этом нет.
Таня подняла Шушану на кухонный диванчик, и норушь продолжила:
-Главное-то, чтобы в доме было тепло и там тебя ждали, чтобы любили тебя, какой бы ты ни был, а вовсе не то, что они там себе навоображали! – Шушана энергично махнула лапой, словно отметая все эти пустые «навоображания».
-А соседка всё равно расстроилась! – вздохнула она.
-Почему?
-Ну, как же. Агент трубку не берёт, покупатели не пришли. Короче, она решила, что её квартира стоит ещё меньше. Как сложно с людьми! – нахмурилась норушь.
-Ой, да ладно тебе, что там сложного, - Крамеш покосился на Таню и решил, что раз уж он сегодня такой воронец-молодец, то можно и ещё немного постараться.
А что? Ему нетрудно, а эта чудачка порадуется, да и с Шушаной лучше поддерживать максимально хорошие отношения, а то так запустит в коридор с ЕГО памятью… Крамешу стоило только подумать о мрачноватых, хотя и безусловно роскошных коридорах родового дома, и у него сходу начало портиться настроение, вот он и заторопился, чтобы совсем его не испортить:
-Корроче, я сейчас слетаю к соседке, прредставлюсь её новым агентом, прредупррежу о том, что завтра или послезавтрра к ней прридёт сам Соколовский.
-Вот ты молодец! – обрадовались и Таня, и Шушана, переглянувшись, - Да, успокой ты её, а то напридумывает чего-нибудь лишнего.
-И не надо летать! – сообразила норушь, - Я тебя сейчас на лестничную площадку выпущу.