Они могли жить комфортно, не встречаясь годами, пока Саня, не собирал всех для обмена душевной теплотой. Они дружили с детства: Саня, Лёха и Серёга.
В этот раз говорили об упущенных шансах, которые могли бы изменить жизнь, на крыше общежития, в котором когда-то жили. Саня, успешный, циничный торговец, оказывается, мечтал быть учёным, но в девяностые испугался научной нищеты и отказался от поступления в аспирантуру. Каждый год он собирается бросить всё и пойти в науку. Лёха по - глупости ушел от жены и теперь у него пять детей, которых ему родили четыре разные женщины, которым он исправно платит алименты. Он живёт один, пишет грустные стихи, привлекая впечатлительных женщин. Большинство своих рифм Лёха посвятил первой жене.
Никто не ждал от Серёги, что он будет жалеть о прошлом. У Серёги была ровная жизнь и он не пил по идейным соображениям: у него была семья, должность, скучный пиджак, полное отсутствие чувства юмора и фантазии.
«Анна рассказывала потрясающие истории, ей бы в писатели, а я так не умел и молчал… И она не умела готовить… Готовил я, а она меня любила. Я ничего не соображал после её любви». Серёга заговорил внезапно, громко и порывисто, с длинными паузами, во время которых он что-то глубоко переживал. Он стоял на краю крыши.
«И мыть посуду она ненавидела, зато отлично играла в шахматы и карты. Когда у нас кончались деньги, она выигрывала и мы напивались». Друзья замолчали, стало тихо–звучала лишь Серёгина искренняя боль. «Я был бы счастлив и свободен— Анне было плевать на мой бардак, она любила мой запах и целовалась на людях. Ещё она рисовала голых женщин. Анна восхищалась женской красотой…». Серёгу понесло, друзья растерялись: они не знали его таким: Серёга никогда не жаловался, жил не нарушая, пользовался дорогим парфюмом. У него всегда был идеальный порядок в семье, на работе—никакого бардака. «У меня несколько месяцев был секс, а потом приехали мои родители и батя попросил Анну пожарить картошку.
Анна отказалась— батя ударил кулаком по столу и снова попросил пожарить картошку— мама глубоко вздохнула. Анна призналась, что не умеет готовить.
А я не помог.
Мама принялась учить Анну готовить картошку и мыть посуду— батя ржал, а я молчал. Анна пересолила и недожарила—батя отказался есть картошку и мы ели пельмени. Я тоже ел пельмени.
Анна внезапно повеселела, и съела свою пересоленную и твёрдую картошку. Потом, она принялась мыть посуду, напевая песню, шутила и даже сказала, что готовить и мыть посуду — не мужское дело. Батя заявил, что он за один вечер перевоспитал Анну и я могу на ней жениться. Мама глубоко вздохнула.
Анна сбежала ночью, незаметно. Батя сказал, что это к лучшему, мама глубоко вздохнула. Я не искал её—не могу понять почему. Возможно, отказываясь от шанса, я думал, что встречу кого-то лучше, что шанс повториться…».
Веселье не сразу вернулось к друзьям после Серёгиного рассказа. Саня хотел сказать, что Серёга самый большой идиот из них троих, но промолчал. Друзья переместились в танцевальный клуб, Лёха рассказывал женщинам стихи, Саня платил. Серёга выпил, как когда-то с Анной.
Лёха проснулся с Тамарой и вылил остатки вина в фикус.
—Странный какой-то у вас Серёга, необычный, —сказала Тамара обнимая его ногами.
—Почему? —спросил Лёха.
—Приставал к девчонками пьяный и спрашивал: «умеют ли они готовить и мыть посуду…».