Наша нынешняя система образования выполняет две основные функции: а) убрать детей с улицы и б) дать заработок учителям и преподавателям. Всё остальное она выполняет из рук вон плохо.
И главное – она дает детям неправильные ориентиры!
Первый ложный ориентир – вы обязаны учиться, потому, что это нужно государству. Нет, дети! Образование нужно вам самим. И за него стоит побороться. Потому, что без него вы теряет свой шанс в жизни.
Второй неправильный ориентир – учителя обязаны вас учить, поскольку это – их обязанность, установленная государством. Нет, дорогие вы наши! Обязанность учителя – помогать учиться тому, кто хочет чему-то научиться. А кто этого не хочет – пожалуйте вон!
Третий ошибочный ориентир – что школа – это этап, который надо один раз пройти и потом о нем забыть навсегда. Нет, дети и их родители! Школа – это начальная помощь вам на большом пути жизни и самообразования. Хотите обойтись без этой помощи? Ваше право! Ломоносов пешком пришел в Москву – а мог бы прекрасно жить в своих Холмогорах. А трижды Герой Социалистического труда Яков Зельдович легко обходился без школьного аттестата. Может, вы – новый Зельдович?
А какая должна быть наша школа? Вот – послушайте.
«Сусликов, ты нам мешаешь! Я тебя предупреждаю!
Сусликов, ты меня не расслышал? Выйди из класса вон! И чтобы я тебя больше не видел!
Но как же я?
Сусликов, у тебя есть право учиться. Но у тебя нет права мешать учиться другим. И вот теперь ты - свободен в своем выборе. Можешь учиться сам – все учебники есть в публичной библиотеке. Тебя могут учить мама или папа, бабушка или дедушка. Решение – за вами. А здесь ты больше не нужен! Прощай Сусликов! Удачи!»
Вот это – правильная школа, и это – правильный учитель. Школа – это храм тишины и дисциплины и главный епископ в ней – учитель! Только такую школу и должно оплачивать наше государство.
Все остальное – только имитации учебы! И государство не должно отвечать за результаты этих имитаций. И выбросьте в помойку все эти «образовательные услуги» и прочую лабуду!
Но у нас опять начинают мямлить про оценки за поведение, о том, что делать, когда ученики просто оскорбляют учителя. А сами учителя говорят, что учитель – это самое бесправное существо в наших школах!
Так вот – этого быть не должно. Государство платит учителю за то, что он учит наших детей и потому он – диктатор в своем классе. Всё, что ему мешает, должно быть убрано с его пути. Только тогда он может отвечать за плоды своего труда!
И не надо здесь принимать никаких особых законов! Вот, сейчас обсуждают, что делать с детьми мигрантов, которые не знают русского языка, какие для них надо устраивать тестирования, какие организовывать языковые курсы, кто будет оплачивать эти курсы, и т.д.
Да ничего этого не надо!
А надо вот что. За неделю до начала занятий учитель опрашивает всех своих будущих учеников и сам решает, кто из них способен его понимать. Именно он сам - без всяких комиссий!. И оставляет в классе только тех, кто способен воспринимать предмет на русском языке. И это касается не только детей мигрантов, это касается абсолютно всех детей.
Потому, что это обязанность родителей – подготовить своих детей к обучению на русском языке. И если они ее не выполняют, то пусть учат своих детей сами! Или – пусть отдают детей в специальные платные школы, в которых будут учить в облегченном варианте.
Да, те сусликовы, которых отчислил учитель, могут учиться в классах облегченного образования. Которые школы могут создавать по просьбе родителей. В которых из математики ученики будут учить таблицу умножения, из физики – что рычаг помогает поднять много больше, чем могут человеческие руки, из химии – что нельзя воду лить в кислоту и из биологии – что змея высовывает изо рта язык, а не жало.
И эти дети потом получат свои справки о прохождении этого облегченного образования. Как они им помогут в жизни – не знаю. Свой выбор они сделали вполне осознанно.
А что делать детям, которых еще до школы отбраковал учитель? Только одно – ГОТОВТИЬСЯ к школе.
Они и их родители этого не умеют? Это – их дело! Государство предоставляет всем детям возможность учиться в школе, а кто и как воспользуется этой возможностью – это его личная проблема.
Но то же самое должно относиться и к высшему образованию. Да, какие-то выпускные экзамены в школах должны существовать, но это – не так существенно. Академик Яков Зельдович, трижды Герой Социалистического труда, средней школы не окончил. Но это не помешало ему стать и доктором наук, и академиком.
Ну, ведь это было при Сталине! Ну и что из этого?
Ведь я сам не окончил ни одного дневного образовательного заведения – ни школы, ни вуза, ни аспирантуры. Но потом я написал несколько докторских диссертаций. И не смог защитить ни одной. Но степень доктора наук получил просто по совокупности научных публикаций, написав и защитив только короткий научный доклад.
А если нас сравнивать, то Зельдович был очень востребован государством, за что и получил академика (кстати, без прохождения обязательной ступени члена-корреспондента АН СССР), а я – не очень.
И я не обижаюсь. Ведь у нас сейчас в почете – открытое невежество. Может СВО что-то изменит…
А с высшим образованием - тоже всё очень просто. Возможно, где-то вступительные экзамены нужны, но чаще всего – достаточно простого собеседования. И принимать в вузы надо всех – на первый подготовительный семестр.
За эти два-три месяца принятые студенты выслушают интенсивный курс лекций по базовой дисциплине (типа – сопромат, мат-анализ, высшая алгебра, общая физика, химия природных материалов, и т.д.) и должны самостоятельно проработать рекомендованные труды по этой теме.
А затем они сдают экзамен и кто его сдает – продолжает учиться дальше. Все остальные – свободны! Претенденты на высшее образование не показали свои способности учиться в этом вузе и потому они ему не нужны.
И ничего, если на этот курс запишутся пятьсот человек, а сдадут экзамен – только тридцать. Но среди этих тридцати – будущие Ломоносовы, Сахаровы и Зельдовичи! И просто будущие крепкие профессионалы.
Но ведь не во всякой аудитории и поместятся эти пятьсот человек? Ничего, кто придет раньше – займет лучшие места, а другие могут посидеть и на полу. И, кстати, сразу отпадет и вопрос о дисциплине на таких лекциях. Кто только попробует чуть пошуметь – с пинками вылетит на улицу.
А я сам учился в трех вузах и видел, как много времени на лекциях в них уходит попусту. Дайте лектору права диктатора – и на них будет мертвая тишина. Которую быстро оценят те, кто действительно пришел сюда учиться.
И теперь – по существу вопроса. В Швейцарии обучение в школе начинают с четырех лет. Алгебра усваивается малыми детьми быстрее, чем арифметика. Крепкого программиста можно выучить за шесть месяцев – если у учащегося есть природная склонность к этому делу и достаточная усидчивость. А на остальных не надо и тратить время.
Это сказал один наш известный практический программист, Герман Клименко. И он добавил: «А создание кафедр в двухстах вузах, разработка спецпрограмм высшего образования, это всё - только имитации! И главное – что преподавать в них будут «переученные» доценты, а не практики. Люди, которые о реальном программировании имеют самые общие представления. Да, государственные деньги будут успешно освоены, а «воз будет там, где он и есть сейчас!»
А в отношении школьного образования надо понять две простые вещи. Первая – что девяноста процентов информации нынешние дети получают НЕ В ШКОЛЕ! И это в корне отличает наше время от прошлого, когда мир вообще ощущал острый недостаток информации. Любой информации! Я уже не говорю об интернете, о сетях – в мое время было мало газет, журналов, книг, учебников. А то, что издавалось за границей, вообще было нам недоступно!
И второе. Просто проведите опрос выпускников наших школ через десять, даже – только через пять лет после окончания школы. И вы будете потрясены, как мало осталось у них в головах из школьных знаний. Какие-то отрывки, какие-то отдельные правила, формулы, факты.
Я уже не говорю про литературу – достаточно включить в школьный курс какого-то писателя, чтобы школьник потом в жизни никогда не взял его в руки.
А я вот не раз перечитываю Лермонтова, Гончарова, Чехова, Шолохова. И с огромным удовольствием! А вот Горький, Платонов, Булгаков – как-то не идут. И я рад, что Булгакова и Солженицына включили в школьные учебники – теперь их точно никто читать не будет!
Но мы этой современности учитывать никак не хотим и по-прежнему стараемся запихать в мозги школьников как можно больше информации. А что она либо бесполезна, либо просто перехлестывает все пределы – нас это не заботит.
Ведь все предметы в нашей нынешней школе, это – чтобы занять учителей, а не обучать детей.
А если мы вернемся к реальности, то мы увидим, что школа должна не столько учить, сколь – «учить учиться». А вот этого она как раз и не делает.
И школа не должна учить «всему», а должна закладывать системы - для «всего». И это «всего» не должно быть слишком!
И еще один важный момент. У наших теоретиков образования сохраняются убеждения, что школа должна давать знания – «раз и навсегда!» Но и это – ошибка. Сейчас люди могут менять профессию и три, и четыре раза в жизни. И они уже привыкают, что учиться новому надо на протяжении всей самостоятельной жизни человека.
Просто соотношения затрат времени на обучение и на труд могут меняться: от 80:20 в молодые годы и до 50:50 и 30:70 – в более поздние годы.
Я учился в советские времена и, пока я проходил обучение в двух вузах и в аспирантуре, за это время я почти четыре года проработал на заводе и еще столько же времени – на московских стройках.
И я не считаю, что это мне как-то помешало. И в жизни, и в науке. Да и в карьере – тоже. Хотя цели сделать карьеру я никогда не ставил – не было у меня к этому никакого интереса (в скобках отмечу одну парадоксальную странность нашего времени: мой дядя был герой войны, потом успешно служил в Советской армии и звание генерал-лейтенанта получил после пятидесяти лет (потом он получил еще одну генеральскую звезду и умер на посту командующего ОВО); а мне китель с двумя генеральскими звездами просто принесли в мой служебный кабинет в МНС, и тоже в этом же возрасте - но ведь я этих звезд никак не добивался!).
На самом деле, если мы примем эту реальность, то базовое школьное образование должно быть коротким, системным и ориентированным на то, что дальше человек должен продолжать свое образование уже сам и по своим потребностям.
То же самое – и в отношении среднего специального и высшего образования. Не надо держать студентов годы в стенах института – мир сейчас быстро меняется и они просто отстают за эти годы и от жизни, и от профессии.
Я как-то слышал по радио выступление одного директора крупной аграрной фирмы и меня поразили его слова. Он сказал: «Мы принимаем выпускников Тимирязевки и их надо не просто переобучать; их надо начинать учить с нуля!» А ведь и он сам – выпускник Тимирязевки!
И если суммировать, то обучение на всех этапах нашей системы образования должно быть – коротким, базовым и с упором на получение навыков самообразования. И – предельно интенсивным.
И не надо бояться, что кто-то будет выпадать из этого процесса. Во-первых у него должна быть возможность вернуться и начать с начала – в школе, в колледже, в институте.
И во-вторых, не надо зацикливаться на дипломах; может, это будет новый Зельдович или конструктор автомата Калашников. Он ведь тоже не имел высшего образования. Кстати – у Билла Гейтса тоже нет университетского образования. А у Трампа есть диплом вуза? Проверьте!
И тогда вся система образования будет иметь три ступени: базовое школьное – пять лет, среднее специальное – два года и высшее – два-три года.
Для обязательного школьного образования надо принять всего четыре предмета - математика, физика, химия, биология. Если обучение будет достаточно интенсивным и практичным (без излишнего теоретизирования), то пять лет – вполне достаточный срок. И никаких домашних заданий! Всё обучение должно иметь место в стенах школы, после школы у детей должно быть время для других дел – спорта, музыки, самообразования по своим интересам, и т.д.
И все прочие предметы, кроме этих четырех базовых – в порядке факультатива. По субботам, в обще-праздничные дни, в периоды школьных каникул.
А историю и географию дети могут изучать по фильмам. И по нашим, и по «Дискавери». И в порядке внутреннего туризма – сейчас таких программ и возможностей появляется всё больше и больше. А литературу… Книгу надо сначала полюбить и только потом – изучать. А не наоборот.
А прежде, чем говорить о воспитании детей в школе, надо посмотреть, кто они, эти воспитатели? Те же женщины, что и дома? Но результаты такого воспитания мы уже видим.
И мы знаем, что авторитет этих женщин среди великовозрастных школьников – нулевой. И потому, пока в школах не будет достаточного количества мужчин и многодетных мам, о школьном воспитании лучше вообще забыть. Пусть эти школьные женщины остаются учителями-предметниками, для их этого вполне достаточно.
А про воспитание детей я расскажу одну историю. После развода я мог сделать для своих детей (девочка и мальчик) многое. Я говорю – «моих детей», поскольку суд не выносил решения о разделе детей и они оставались, в равной степени, «собственными», как для их матери, так и для меня.
Но когда я принимался за что-то важное, в пользу своих детей, мне нужно было их абсолютное повиновение – по слову, по знаку, по единому жесту – потому, что иначе возникали всякие непредвиденные риски. Приведу только три примера.
В те времена я часто ездил за границу. И всегда брал детей с собой. Но это было очень рискованно, поскольку все мои поездки были «в свободном режиме», без всяких страховок и турпутевок.
Нас никто не встречал и часто я не знал, где мы будем жить и в каких условиях. Один раз мы ночевали в привокзальном отеле в Праге, где гуляли украинские бандиты. Другой раз мы пешком пересекали польскую границу, на которой всех трясла белорусская шпана. Раз мне пришлось оставить детей одних, и они целых два часа не расходились и ждали меня в местном «Макдональдсе». В нынешнем Стокгольме такое и представить страшно. Потом мы ночевали на вокзале, одну ночь просто провели на улице (было теплое лето, ночь в гостинице стоила 150 евро и я предложил детям: погулять, а деньги оставить себе на подарки), и т.д.
Но вот они один раз меня не послушались (но зато послушали свою маму-дуру, которой на все эти «мелочи» было глубоко наплевать) и нас ограбили на автовокзале в Испании. Украли всё: паспорта, разные документы, деньги, авиабилеты, ключи от дома, и т.д.
И мы возвращались фактически нелегально: испанцы нас, конечно, выпустили (они выезды вообще не контролируют), справку мы получить не могли, поскольку были выходные и наше консульство в Мадриде нас не приняло, в самолет нас пустили без билетов, под честное слово, а в Шереметьево нас едва не упекли за решетку. Спасло то, что дети были совсем маленькие и полицейские решили с нами не связываться.
И все наши совместные поездки за границу разом кончились. Их мама была этим очень довольна. А как дети? Не знаю, они мне ничего не говорили. Они со мной вообще перестали разговаривать.
Второй пример. Мне в министерстве выделили трехкомнатную квартиру (метро «Войковская») – на троих, поскольку дети были записаны в моем паспорте.. Выдавали разрешение, ключи и всё прочее.
И у меня уже была договоренность с одним моим приятелем - что я сдаю им полученный ордер, а он в обмен организует мне квартиру в доме Администрации президента (по рангу моей должности я им почти подходил).
Но возникла заковыка с ордером в московской мэрии: им нужны были доказательства, что дети будут жить со мною: какие-то документы из суда (их не было), какое-то согласие обоих родителей (их мать ничего писать не хотела – хотя прежде я выписал детей от себя именно по ее просьбе), и т.д.
Да, дети были записаны в моем паспорте, но нужно было, чтобы они хотя бы подтверждали - ЛИЧНО! – всё, что я про них говорю. А они не то, что бегали за мной по всем этим инстанциям, а решили просто от меня прятаться. А я им сразу предложил вариант: либо квартиру (мне она была не нужна, я вообще тогда собирался уехать), либо ее продать и каждый получит по сто тысяч долларов.
Ну и что? Год они от меня прятались, квартира стояла и ждала, а потом случились другие события и всё пропало.
Да, были, конечно, и другие варианты. Но мэрия пропускала на одного человека только однокомнатную квартиру, но, поскольку мне при этом предлагалось сдать свою кооперативную квартиру, то в этом не было никакого смысла. А с фиктивным браком и прочим мне возиться не хотелось. Да и ради чего?
И вот – итоги. Дочь до сих пор живет в съемной квартире, о своей и не думает. Сын взял кредит под грабительский процент, купил двухкомнатную квартиру и сейчас делает в ней полный ремонт. Их мама живет в двухкомнатной квартире, которую она получила на детей. Это такой бизнес: она государству – детей, а государство ей – квартиру. Но вот, чтобы получить собственную трехкомнатную квартиру своим же детям – нет! Такое – только через собственный труп. Тут она отстояла насмерть!
И все трое сейчас очень довольны - как ловко они меня обманули! Ну, а я, действительно, от государства так и не получил ни метра. Но не стал биться об пол, а просто обменял потом свою кооперативную малую квартиру на значительно большую. Каковая, конечно, дождется моих детей. Жил у МКАД, теперь – за МКАД. Где-то тут рядом плёл свою интригу против Горбачева Валентин Павлов. Устал, недоплёл. Передал эстафету Ельцину. Тот взялся бодро: отдал пол-России, зато взял Москву. Но жечь ее не стал, ограничился смелым танковым рейдом. Произнес речь, раздал награды. Потом тоже устал. И ушел на персональную пенсию. Под соцзащиту государства. Правда, своих внуков он государству не оставил. Отправил их подальше от Москвы – которая слезам не верит.
Вот и мои дети – они тоже слезам не верят. И не слезам они тоже не верят. Верят они только своей маме – она же добилась и квартиры, и пенсии! И они тоже добьются. Пусть не квартиры (где же взять им своих детей?), так хотя бы пенсии.
Называется это: не мытьем, так катаньем. Но мозгов на эту «хитрую» комбинацию они не потратили ни грамма, это – правда. Сэкономили! Молодцы!
И третий пример. В своем институте я мог легко организовать защиты кандидатских диссертаций. И мы делали это – для разных людей.
И я предложил то же самое и для своих детей. Они согласились: приходили на вступительные экзамены, сдавали кандидатские минимумы. Дальше надо было просто обозначить некоторое присутствие (тем более, что им полагались ежегодные дополнительные оплаченные отпуска по их работе).
Всё остальное – саму диссертацию, необходимые публикации, отзывы, рекомендации и вообще весь процесс я брал на себя – у нас это было уже налажено.
И что же? Они ушли и больше в институте не появлялись. А всякий, наверное, знает – в этом процессе есть разные формальности, при которых нужно личное присутствие аспиранта: утверждение темы диссертации, назначение научного руководителя, обсуждение работы, отзывы, рекомендации и, конечно, нужно и само участие в публичной защите диссертации. Уж выступление на этой защите никто за них сделать не мог!
А они просто взяли и «спрятались» от меня. Ждали, что кто-то будет за ними бегать? Думали, что кто-то будет их очень упрашивать? А я и так все четыре года платил за их аспирантуры! А потом сын пытался «сам» что-то сделать: потратил годы, усилия, деньги – и ничего у него не пока выходит. И он до сих пор не понял, что такие вещи надо делать либо быстро и дешево, либо – никак!
И вот в итоге – всё опять пошло прахом. Были и другие случаи – с получением автомобилей (мне их иногда давали вместо зарплаты), с разными гонорарами, с бесплатными турпоездками, и т.д. Но везде надо было хотя бы являться – за всем этим! А их и на это не хватало. Просто взять то, что тебе суют в руки – это ведь так трудно?
Нет, как они потом мне объясняли, это - «я их плохо уговаривал!». Ну не идиоты ли?
Вот такое оплаченное государством мамино воспитание. Теперь тянут лямку – ходят каждый день на работу, терпеливо ждут свою заслуженную пенсию. Опять – от государства. Их мама свою уже получает – от государства, в государственной квартире. Полный собес по всем направлениям! А раз внуков нет – кому это всё отойдет? Добрым веселым мигрантам?
Ну, что же? Прошла зима, настало лето – спасибо мамочке за это! А вот Бисмарк, когда впервые вводил социальное страхование в Европе, имел в виду только вдов и сирот! А в семьях всем этим «соцстрахом» должны были заниматься мужчины.
Так думал «железный канцлер». А «железная леди» тогда даже еще и не родилась. Но в конце своей карьеры Маргарет Тэтчер пришла к точно такому же выводу.
Но все нынешние политики – либо резиновые, либо тефлоновые. И их главная задача – досидеть до следующих выборов. Или – до амнистии. Как сын Байдена. Так его воспитал его папа. При активном участии его мамы.
Но вот у Ирины Родниной дети действительно учились в США. И с воспитанием у них – всё иначе. И мама – иначе, и школа – иначе.
Ну, так у евреев всегда всё по-другому, они просто иначе не могут. А мы ведь не евреи, верно? Или – я что-то путаю?
И по качеству школьного образования. Наилучший пример, как не надо учить детей – это школьное обучение иностранному языку. Тратить много лет – и без всякого результата!
На самом деле, произношение, грамматика, орфография, переводы туда-сюда – всё это для знания языка совершенно не нужно. Маленькие дети свободно болтают на своем родном языке, не изучая специально ни первого, ни второго, ни третьего.
Главное – это понимать устную иностранную речь. Второе «главное» – уметь свободно говорить на этом языке. А на практике для этого достаточно заучить всего 70-100 слов и выражений. Послушайте наших подростков – им хватает и меньшего запаса!
И это легко достигается без всякой особой зубрежки!
Лучший способ – просто смотреть диснеевские мультики. Бук оф джангл, Бэмби, Король-лев. Смотреть и слушать десять, двадцать, пятьдесят раз – это лучше сотен школьных уроков (проверено на себе). И аналогичным образом практически любой язык можно базово освоить за два-три месяца. И потом – практика, практика и практика.
А дальше совершенствоваться можно по-разному. Наши разведчики в прошлом ходили на заседания судов и на проповеди пасторов (в США). А сейчас всё много проще. Надо слушать новости – английские и американские. Полезны и прения в британском парламенте.
Какие языки надо знать? Английский – безусловно. Второй выбор – испанский. Все остальные языки – на третьих-пятых местах.
Сейчас в моду вошло учить китайский. Абсолютно бесполезное занятие. Если только вы не собираетесь постоянно жить в Китае. А в международном общении достаточно знать английский – все китайцы, которые выходят на внешние рынки более-менее его знают. Хотя бы в письменных коммуникациях.
Мне самому приходилось работать с разными языками и всё это много раз проверено на собственном опыте.
Итак, если начинать образование детей в шесть-семь лет, то в 11-12 лет школьное обучение будет завершено, А если добавить два года профессионального образования, то это будет – 13-14 лет. Кстати, этот возраст совпадает и с физиологией – и тогда у нас не будет беременных школьниц. А дальше подросток может или сразу пойти работать, или продолжать дальше свое образование.
И в колледжах\техникумах, если убрать всякие излишества и повторы, то за два года вполне можно подготовить специалиста для практической работы по большинству специальностей.
То же самое и в вузах. У нас студентов часто грузят так, как будно все они пойдут «двигать науку». А ведь склонных к научной деятельности – единицы.
Приведу пример Плехановской академии (или уже – университета?). Я в ней работал и руководил аспирантами. И сам видел, сколь много времени в ней тратится попусту.
Скажу больше: я как-то заинтересовался ее историческим прошлым. А прежде это было – коммерческое училище.
И я посмотрел их старые программы и учебники. И сравнил с нынешними курсами Плехановки. Учебники – просто блестящие, их и сейчас можно переиздавать.
А по результату – любой выпускник этого двухгодичного Училища мог работать самостоятельно – как главный бухгалтер (вести Главную книгу и составлять отчетный баланс), как финансовый директор (полный анализ финансовой деятельности фирмы, банка), как торговый представитель (составлять и анализировать контракты), контролер-аудитор, и т.д.
А нынешних выпускников Плехановки надо потом еще доучивать и доучивать - до практической пользы от них.
И кто-то уже, наверное, заметил - мы тут имеем колоссальный резерв в нашей рабочей силе. Вместо 16 и больше лет бесцельного времяпровождения на школьных и студенческих скамьях мы уже будем иметь готовых специалистов, профессионалов – без амбиций, но практиков – всего через 7-8 лет.
Через только половину этого нынешнего срока! В течение которого мы напрасно тратим государственные деньги, учим учащихся тому, что они быстро забудут или что им никогда не пригодится в жизни – и фактически насильно отучаем молодежь от труда и от стремления к самообразованию.
Зачем я всё это пишу? Разве можно остановить этот процесс бездумного расходования государственных средств и бесцельной растраты многих лет жизни наших детей? Наверное – нет. Слишком много людей и интересов уже задействовано в этой сфере, они к ней привыкли и изменить этим привычкам очень трудно.
Но делать что-то надо. Иначе мы потеряем молодые поколения, разучимся получать знания – вместо этого привыкнем к суррогатам знаний, как это уже имеет место в сфере экономической науке, в которой эксперты-пустышки уже полностью вытеснили экспертов-знатоков.
Да, это не только наша проблема. Но нам от этого не легче. Как пишет американский исследователь сферы образования Джереми Рифкин, «Система образования в Америке, да и в мире в целом, давно превратилась в пережиток прошлого».
И еще, он же: «Хотят ли школьные учителя узнать, что значительная часть того, чему они учат и как они учат, неадекватна и пагубна для будущего развития человечества?» Нет, не хотят. А нас это устраивает? А нас никто и не спрашивает.
А наша проблема еще и в том, что управляют нашей системой образования люди, которые уже давно зомбированы этим западным «либерализмом». Вот, для примера, что вещает эксперт со многими государственными должностями. Оказывается, по ее словам, у нас детей мигрантов в школах всего полтора процента (примерно 230 тыс. из 17 миллионов) Ну и о чем тут беспокоиться?
Ну да. Только либо она совсем не в курсе дела, либо она намеренно врет (скорее – второе). Потому, что эти полтора процента «проблемных» мигрантов вовсе не размазываются равномерно по всем одинадцати классам, а приходят в первый класс, в котором они не понимают ни слова! И это уже получается не полтора процента, а пятнадцать процентов. А с мест сообщают, что в этих первых классах дети мигрантов могут составлять и двадцать, и сорок процентов! Но эксперт-профессор всё равно всех успокаивает.
И в заключение - вот что пишет Ирина Роднина про целевые установки в школах США: «Американская школа учит не столько знаниям, сколько тому, что если у тебя есть идея и ты к ней очень стремишься, то она вполне может реализоваться. С деньгами, без денег, с большими способностями, с малыми способностями – это неважно.
Эту целеустремленность американская школа совершенно потрясающе вкладывает в детей. Вкладывает интерес к делу, интерес к жизни. Ты всего можешь добиться – трудись только. Перед тобой нет закрытых дверей – все открыто. Рамки и рубежи ты себе ставишь сам. И ты сам строишь свою жизнь».