Первые чувства
Алина открыла глаза и потянулась. Сегодня важный день — совещание по запуску нового продукта, над которым маркетинговый отдел трудился последние пару месяцев. Алина старательно готовила презентацию, оставаясь допоздна в офисе. Ведь это её шанс проявить себя перед Максимом Сергеевичем — генеральным директором и человеком, чьё одобрение она жаждала получить.
«Так, Алина, соберись! Сегодня твой звёздный час!» — подбодрила она себя, тщательно нанося макияж у зеркала. Лёгкий румянец, подчёркнутые ресницы, нежно-розовый блеск на губах. Хотелось выглядеть безупречно.
Путь до офиса пролетел незаметно. Алина перебирала в голове ключевые тезисы, цифры, графики. Зайдя в лифт, поправила строгий синий костюм и разгладила волосы. Двери с мелодичным звоном открылись на пятнадцатом этаже — царстве стекла, хрома и кожаных кресел.
— Алина, ты рано сегодня! — поприветствовала её секретарь Максима Сергеевича, Елена.
— Не терпится показать шефу наш проект. Думаю, ему понравится, — улыбнулась Алина, стараясь скрыть волнение.
— Максим Сергеевич уже на месте, но у него важный звонок. Подождёшь минут десять? Кофе будешь?
— Да, спасибо. Два кусочка сахара и немного молока.
Алина устроилась на мягком диване, листая журнал и потягивая ароматный напиток. Её мысли вновь вернулись к Максиму. Статный, подтянутый, с пронзительными серыми глазами, он покорил девушку с первого взгляда. Не просто внешностью — магнетизмом, силой, исходящей от него волнами. Каждый раз, оказываясь рядом, Алина чувствовала трепет — словно в присутствии высшего существа.
"Наверное, я просто глупая фантазёрка," — мысленно отругала себя Алина. Но разве можно управлять сердцем?
Дверь кабинета распахнулась и на пороге появился он — её недостижимая мечта в идеально сидящем костюме.
— Алина, доброе утро! Ну что, удиви меня! — бодро произнёс Максим, приглашая войти.
В кабинете девушку охватили знакомые ощущения: восторг вперемешку с неуверенностью.
"Спокойно, ты же профессионал!" - приказала себе Алина и начала презентацию. Постепенно увлеклась, перестала замечать пристальный взгляд начальника. Только краем сознания отметила, как он одобрительно кивает в нужных местах. Цифры, факты, выводы лились рекой. Наконец Алина замолчала, выжидающе глядя на Максима.
— Отличная работа, Алиночка! Свежо, креативно. То, что нужно для захвата новых сегментов рынка. Молодец! Так держать! - Максим светился искренним восторгом. Эти похвалы были слаще мёда для неё.
— Спасибо! Команда постаралась на славу. Но без вашей поддержки и веры в нас ничего бы не получилось, - зардевшись от удовольствия, ответила девушка.
— Ладно, не буду задерживать. Дел невпроворот. Да, чуть не забыл! В эту пятницу у нас корпоратив в честь юбилея фирмы. Надеюсь, ты в числе приглашённых? Очень рассчитываю тебя там увидеть! - подмигнул Максим Сергеевич.
— Конечно, я приду! Ни за что не пропущу такое событие, - сияя от счастья, заверила Алина. Неужели он и правда ждёт её персонально?
Выходя из кабинета, она словно плыла на крыльях эйфории. Похвала любимого начальника, тёплый прищур его серых глаз, небрежное "Алиночка"... Разве можно желать большего?
"Так, а что надеть на корпоратив?" - вдруг спохватилась девушка. Нужно выглядеть ослепительно, сногсшибательно! Алина принялась мысленно перебирать гардероб. Кажется, предстоит шопинг. Ведь не зря говорят, что встречают по одёжке.
После трудового дня, наполненного смелыми идеями и планами, Алина заглянула в пару бутиков. Примерила несколько платьев, но они либо не сидели идеально, либо стоили целое состояние. Расстроенная, она уже направлялась к выходу из торгового центра, как вдруг заметила на манекене у неприметного магазинчика ЭТО платье. Облегающее, цвета бордо, достаточно скромное для офиса, но подчёркивающее все достоинства фигуры.
— Оно просто создано для вас! - сразу же заворковала продавец-консультант. - Изящное, элегантное, с изюминкой. Настоящая леди в таком платье способна покорить любого мужчину!
"Любого ли?" - усмехнулась про себя Алина, но восторженно закивала. Примерка только подтвердила - лучше не найти. И цена приемлемая, можно даже туфли к нему подобрать.
Дома девушка ещё долго вертелась у зеркала, представляя реакцию Максима. Вот он видит её, вот его взгляд медленно скользит по фигуре, вот уголки губ ползут вверх в одобрительной улыбке...
Размечталась! Но кто знает, вдруг на корпоративе случится чудо? Вдруг Максим Сергеевич наконец-то разглядит в ней не только перспективного сотрудника? От этих мыслей внутри разливалось приятное тепло.
— Алина, ужинать! - донёсся с кухни бодрый голос мамы, вырывая из грёз.
— Иду! - крикнула девушка в ответ, аккуратно убирая обновку в шкаф.
Пока мама хлопотала у плиты, Алина накрывала на стол и мурлыкала под нос романтическую песенку. Хотелось танцевать и кружиться, хотелось достать с неба звезду.
— Ты сегодня сама не своя. Неужто влюбилась? - лукаво прищурилась мама, ставя перед ней дымящуюся тарелку борща. - Кто он? Познакомишь?
Алина вспыхнула и замотала головой:
— Ну что ты, мам! Какая любовь? Просто настроение хорошее. Проект на работе одобрили, шеф похвалил. Вот и радуюсь.
— Ясно. Ну смотри, дочь, осторожнее там с шефами. От них одни проблемы! - со вздохом произнесла мама. Видно было, что ей самой пришлось испытать горечь подобного опыта.
— Не бойся, я не наивная девочка. Всё будет хорошо! - заверила её Алина, мысленно перебирая сценарии пятничного вечера. Сердце пело от предвкушения.
Ночью, засыпая, она представляла широкие плечи и мужественный профиль Максима. Того единственного, кто занимал её мечты. Скорее бы пятница!
Надежды и разочарования
— Ты уверена, что мне пойдёт? — Алина крутилась перед зеркалом в новом платье, разглядывая себя со всех сторон.
— Доченька, да ты в нём настоящая королева! Только туфли нужно обязательно лодочки надеть, — мама поправила складки на подоле, пристально оглядев дочь с головы до ног. — Он обязательно оценит.
— Кто «он»? — Алина нервно сглотнула.
— Тот, ради кого ты так стараешься! За последнюю неделю ты извела меня разговорами об этом корпоративе. И кстати, не слишком ли дорого платье для обычной вечеринки? Явно что-то серьёзное намечается.
— Мам, ну перестань! Просто хочется выглядеть достойно. Буду блистать перед коллегами, пусть завидуют!
С этими словами Алина звонко чмокнула маму в щеку и упорхнула собираться. Сердце так и трепетало от волнения и предвкушения. Ещё бы, ведь весь вечер она сможет любоваться Максимом, ловить его взгляды, улыбаться одними уголками губ. А если повезёт, то и потанцевать с ним...
Через полчаса такси уже мчало её в ресторан на берегу реки — шикарное место для корпоративов. Алина вышла из машины, очарованная огнями, музыкой и оживлением у входа. Да уж, компания явно не поскупилась на этот юбилей!
В зале царила атмосфера праздника: нарядные люди, шампанское, звон бокалов, смех. И среди всего этого великолепия — он, Максим Сергеевич. Такой подтянутый, остроумный, галантно целующий дамам руки. Алина смотрела на него как заворожённая, пока её не окликнула Света из бухгалтерии:
— Ничего себе, Алинка, вот это ты нарядилась! Кто тут сегодня самая шикарная штучка? Наш шеф точно глаз с тебя не сведет! — громким шёпотом сообщила она на ухо. И откуда только узнала о её чувствах? Неужели так заметно?
Но долго размышлять над этим не пришлось — её пригласили к столу. По счастливой случайности Алина оказалась прямо напротив Максима. Их разделяла лишь белоснежная скатерть и несколько приборов. Девушка старалась вести себя непринуждённо, но то и дело ловила на себе его взгляды. Казалось, они прожигают насквозь. Или это просто игра воображения?
Вечер шел своим чередом: речи руководства, награждения лучших сотрудников, концертная программа. Наконец заиграла музыка и начались танцы. Максим Сергеевич галантно приглашал дам, одну за другой. Алина с замиранием сердца ждала своей очереди. Но когда он подошёл именно к ней, растерялась и чуть не выронила бокал.
— Потанцуем? — его глубокий голос обволакивал, интонации завораживали.
Конечно же она согласилась! И вот они уже кружатся в медленном танце, его рука так уверенно лежит на талии, он что-то шепчет ей на ушко. Кажется, комплименты. А может, ей просто хочется в это верить?
Танец закончился слишком быстро. Поблагодарив за доставленное удовольствие, Максим отошёл к другим гостям, небрежно помахивая бокалом, а Алина, оглушённая буйством чувств, выскользнула на балкон. Ей нужен был глоток свежего воздуха.
Прохладный ветерок с реки приятно освежал горящие щеки. Внизу мерцали огни ночного города. Девушка облокотилась о перила, прикрыла глаза, пытаясь унять бешеный стук сердца. Неужели это всё — не сон? Неужели Максим и правда обратил на неё внимание?
Сзади послышались шаги и до боли знакомый голос произнёс:
— Алина, вот вы где! А я вас по всему залу ищу. Почему грустите в одиночестве? Вечеринка в самом разгаре!
Она резко обернулась. На пороге стоял Максим собственной персоной. Неужели искал её? Неужели она ему небезразлична?
— Я... Просто захотелось подышать. Чудесная ночь, не правда ли? — пролепетала растерянная Алина. Слова отказывались складываться в осмысленные фразы.
— О да, ночь и правда волшебная! — многозначительно протянул Максим, подходя ближе. — Почти такая же волшебная, как вы.
От этого низкого бархатного голоса у Алины побежали мурашки по спине. Неужели не снится?
— Что вы, Максим Сергеевич, я самая обычная... Это платье и прическа меня украшают, — пробормотала она, потупив взор.
— Нет-нет, дело совсем не в платье! Хотя, должен признать, вам безумно идет этот цвет, — тут он наклонился почти к самому уху и прошептал. — Вы удивительная, Алина. И очень красивая.
В ответ девушка лишь зарделась пуще прежнего. Неужели это комплимент? Или просто игра, флирт, к которому Максим явно привык?
Вдруг он мягко взял её за подбородок, слегка приподнял лицо. Их взгляды встретились. В этот миг Алине показалось, что время остановилось, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Неужели поцелует? Прямо здесь и сейчас?
Но Максим лишь улыбнулся уголками губ и, дернув плечом, отстранился.
— Что-то я заболтался тут с вами. Пойду к гостям, а то нехорошо. Надеюсь, вы тоже присоединитесь к общему веселью?
И, не дожидаясь ответа, он развернулся и ушел в зал. А Алина так и осталась стоять на балконе, борясь с разочарованием и обидой. И что это было? Игра? Насмешка? А она-то, дура, размечталась.
Горькие мысли теснились в голове, обжигали своей правдой. Хотелось разреветься, сбежать домой, забыть об этом вечере как о страшном сне. Но гордость не позволила. И Алина, гордо вскинув подбородок, вернулась к гостям.
Остаток праздника пролетел как в тумане. Смех казался фальшивым, музыка — слишком громкой. Максим Сергеевич как ни в чём не бывало шутил, танцевал, раздавал воздушные поцелуи дамам. На Алину же больше не взглянул ни разу. Словно и не было того разговора на балконе, тех волнующих слов и интригующих пауз.
Едва дождавшись окончания банкета, девушка выскочила на улицу, приехало вызванное такси. Уже сидя на заднем сидении, позволила себе всхлипнуть и утереть непрошеные слёзы. Глупая, наивная дурочка! Напридумывала себе невесть что! Очаровалась, размечталась. Да такому как Максим она и даром не сдалась. Может, вообще уволиться к чертям?
Дома ждала встревоженная мама. Увидев покрасневшие глаза дочери, охнула, бросилась обнимать и причитать:
— Доченька, что случилось? Я же говорила, осторожнее с мужчинами! Они все сво*очи! Он посмел тебя обидеть?
Алина замотала головой, пряча лицо у мамы на груди:
— Всё хорошо, я просто устала. Наплясалась на каблуках, вот и разнылась. Ничего серьёзного не произошло, правда.
Мама недоверчиво покачала головой, но допытываться не стала. Только принесла стакан горячего чая с мелиссой и проследила, чтобы дочь выпила до дна.
— Спи, милая. Утро вечера мудренее. Не стоят эти мужики женских слёз!
Алина послушно кивнула и юркнула под одеяло. Сил спорить и убеждать не осталось.
Но сон не шёл. Перед глазами стояло лицо Максима — такое притягательное, волнующее. Его голос вновь и вновь шептал на ухо: «Вы удивительная, Алина. И очень красивая».
Неужели всё это — лишь её фантазии? Неужели он просто играл, дразнил, проверял на прочность? Как можно быть таким жестоким?
С этими горькими мыслями Алина забылась тревожным сном. А утром предстояло идти в офис, встречаться с Максимом, делать вид, что ничего не произошло. Сможет ли она держать лицо? Сможет ли запереть свою боль в дальний угол сердца?
Первый шаг сделан, пелена очарования спала. Сказка оказалась не такой радужной, как мечталось. Но разве это повод сдаваться? У Алины хватит сил пройти и через это испытание.
Неожиданная правда
После злополучного корпоратива Алина избегала Максима, насколько это было возможно. На планерках сидела, уткнувшись в блокнот, в коридорах обходила его по широкой дуге. Если шеф и заметил перемену в её поведении, то виду не подал. Впрочем, ему и дела не было до душевных терзаний какой-то там сотрудницы.
«Ты для него — пустое место. Смирись уже!» — в который раз одергивала себя девушка, чувствуя, как сердце предательски замирает от одного только звука его голоса.
Мама, видя кислую мину дочери, не приставала с расспросами, но всё чаще вздыхала и качала головой. Алина отмалчивалась, пряталась за работой, брала задания на дом. Лишь бы поменьше думать, поменьше чувствовать.
Так прошла неделя, другая. Подготовка отчетов, встречи с клиентами, бесконечная рутина — всё это немного притупляло боль. Алина уже почти поверила, что сможет забыть и отпустить. Но судьба распорядилась иначе.
В пятницу вечером девушка ехала с работы, прокручивая в голове список дел на выходные. Надо бы генеральную уборку устроить, давно собиралась. А ещё маме обещала пироги испечь, у соседки день рождения. Размышляя, какую начинку лучше сделать, Алина рассеянно открыла дверь квартиры и замерла на пороге.
С кухни доносился мамин звонкий смех вперемешку с густым мужским баритоном. Даже со спины Алина сразу узнала гостя. Максим! Он сидел с её мамой за столом, что-то увлечённо рассказывал, жестикулируя руками. Мама смотрела на него с нескрываемым интересом и обожанием.
— А я говорю: «Ну ты, мать, даёшь! Нашла себе молоденького!» — Максим расхохотался, хлопнув себя по колену. — Представляешь её лицо? Как из анекдота про адюльтер прямо!
— Ой, не могу! — залилась смехом мама, утирая выступившие слёзы. — У тебя талант рассказывать, Максимушка.
Только сейчас Алина заметила початую бутылку коньяка и две рюмки. Похоже, посиделки шли уже давно и весьма непринуждённо.
— Мама? Максим Сергеевич? — выдавила она, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
— О, Алиночка! А мы тут с Максимом чай пьём, за жизнь беседуем, — мама лучезарно улыбнулась, поправляя выбившуюся прядь. — Ты представляешь, как тесен мир? Максим оказался моим ровесником, в одной компании когда-то тусовались, в молодости еще.
Максим при виде Алины ничуть не смутился, напротив, расплылся в ехидной улыбке:
— Надо же, какие люди! А мы вот тут с Ириной старые деньки вспоминаем. Присоединяйся! Без протокола, так сказать.
Алина кивнула, чувствуя, как кружится голова. Протиснувшись мимо них, скрылась в своей комнате. Сил на светские беседы не было. Хотелось взвыть раненым зверем, сбежать из дома, из города, с этой чёртовой планеты.
«Какого фига? Что здесь происходит вообще?! — метались мысли, пока Алина со злостью срывала с себя пиджак. — Он что, маму мою клеит? А она, дура старая, уши развесила!»
Из кухни снова донесся раскатистый хохот. Алина зажала уши, пытаясь не слышать, не думать. Слёзы душили, крупные злые слёзы бессилия и обиды. За что ей всё это? Разве она мало страдала? Разве не достойна капли уважения?
Вдруг хлопнула входная дверь. Голоса стихли. Алина выглянула в коридор. Максима и след простыл, а мама сидела на кухне, задумчиво покусывая губу. При виде дочери нахмурилась:
— И что это было, позволь спросить? Почему сбежала? Невежливо как-то.
— А ты сама-то не сбежала? На свиданку с моим шефом? — голос дрожал от негодования. — Давно вы спелись за моей спиной?
Мама отмахнулась, допивая остатки коньяка прямо из горла:
— Ой, я тебя умоляю! Какие свидания в наши годы? Так, по-дружески посидели, повспоминали молодость. Я Максима сто лет знаю.
— Ага, конечно! И поэтому он сразу к тебе в гости напросился. С коньяком. Знаю я эти дружеские посиделки!
— Типун тебе на язык! — взвилась мама. — Что ты себе надумала вообще? Я взрослая женщина, имею право общаться с кем захочу. Делать мне больше нечего, как за твоим начальником бегать!
— Да делай что хочешь! Только от меня подальше тогда! — выпалила Алина и, хлопнув дверью, ушла в свою комнату.
Рухнув на постель, разрыдалась. Хотелось выть, крушить всё вокруг. Как мама могла? Почему Максим заявился именно к ней? Это что, игра такая, чтобы Алину позлить? Или она мстит за прошлые обиды? Голова пухла от вопросов, на которые не было ответов.
Уснуть так и не удалось. Алина ворочалась без сна до самого рассвета, буравя взглядом потолок. Обрывки фраз, смеха, улыбок так и мелькали перед глазами. К утру девушка твёрдо решила — хватит. Больше никаких слёз и страданий. Она не позволит какому-то там мужику играть на её чувствах. Тем более, когда все карты раскрыты.
За завтраком мама как ни в чём не бывало щебетала о погоде, о ценах на рынке, о свежих сплетнях. Алина помалкивала, гоняя вилкой несчастный омлет по тарелке. Кусок в горло не лез.
— Доченька, ты бы взяла отгул на работе. Бледненькая какая-то. Отдохнуть надо, — участливо произнесла мама, подливая чай.
— Спасибо за заботу. Сама разберусь, — процедила Алина. Теперь даже искреннее беспокойство казалось лживым и наигранным.
Мама осуждающе поджала губы, но смолчала. Только тяжело вздохнула, собирая посуду.
Весь день на работе прошёл как в тумане. Алина механически перекладывала бумажки, отвечала на звонки, улыбалась клиентам. Максим ни разу не появился в её отделе. То ли совесть проснулась, то ли боялся сцен и разборок.
«Ну и чёрт с ним! Пусть катится на все четыре стороны!» — уговаривала себя Алина, чувствуя, как знакомо щемит сердце. Ничего, пройдёт. Должно пройти. Не могут же вечно длиться эта боль и это разочарование.
Вечером, сидя в курилке, Алина случайно услышала разговор двух топ-менеджеров из соседнего отдела.
— Представляешь, Макс вчера с какой-то тёткой в ресторане зажигал. Лет под 50 ей! — сплетничала высокая брюнетка, затягиваясь ментолом.
— Да ладно? — округлила глаза вторая. — Совсем из ума выжил? Мало ему молодых и красивых?
— Так и я о том же! Пока в отпуск ездила, тут, похоже, драма похлеще Шекспира разыгралась. Макс на Алинку нашу глаз положил. Девка уже свадьбу мысленно спланировала.
— Ой, дура! — захихикала вторая. — Можно подумать, Макс на ней бы женился! Мы ж его знаем. Поматросил бы и бросил.
— Так вот та тётка, с которой его видели — мать Алины и есть! Прикинь, какой поворот?
Девушки дружно заржали, тряся дорогими украшениями. Алину бросило в жар. Значит, это уже ни для кого не секрет? Откуда только про маму узнали... Новость дня, не иначе! Спешите видеть — шеф закрутил роман с мамой своей подчинённой! Просто анекдот.
Алина вылетела из курилки, сбивая с ног зазевавшегося курьера. Домой, скорее домой. Или куда угодно, лишь бы подальше от чужих глаз и пересудов. На автопилоте девушка взяла такси, назвала адрес парка на окраине города. Там сейчас малолюдно, можно побыть наедине с собой. Всё обдумать, взвесить, принять наконец реальность.
Гуляя по опустевшим аллеям, Алина размышляла. Как она могла быть такой слепой? Как позволила втянуть себя в эту грязную игру? Ведь наверняка Максим сразу раскусил её глупую влюблённость, решил поиздеваться. А мама? Неужто правда не понимает, что её просто используют?
От этих мыслей накатывала тоска. Алина брела по парку, пиная опавшую листву, Завибрировал телефон. Максим! У Алины бешено забилось сердце. Неужели?.. Но, взглянув на экран, тут же погасла. Всего лишь мама. Спрашивает, придёт ли дочь к ужину. Ха, можно подумать, ей есть до этого дело!
Алина с мстительным удовольствием сбросила поступивший тут же звонок. Пусть понервничает. В конце концов, именно мама первая предала её. Первая нарушила негласный кодекс «своих». Так с чего вдруг Алине вести себя как примерная дочь?
Домой девушка вернулась лишь заполночь. Жутко холодно, зато никто не достаёт. Можно спокойно страдать и жалеть себя. В прихожей горел свет, из кухни доносились приглушённые голоса. Алина хотела тихонько проскользнуть к себе, но мама заметила:
— Ну наконец-то! Я уже всех обзвонила, всё больницы и морги! Ты где шлялась?
— А тебе какое дело? — огрызнулась Алина, стаскивая ботинки. — Ты же теперь с моим шефом любовь крутишь. Вот и занимайся своей личной жизнью!
— Чего? — опешила мама.
Из-за её спины появился Максим. Взъерошенный, с рюмкой в руке. Домашний такой, расслабленный. Как у себя дома, ей богу!
— Ты в своем уме? — рявкнул он. — Что ты себе напридумывала? Мать, строишь теории, а у самой мозгов - как у курицы!
От такой наглости у Алины потемнело перед глазами. Ах, значит, она ещё и дура? Мало того, что сердце разбили, опозорили на всю контору, так ещё и оскорбляют?
— Да пошли вы оба! — выпалила она, чувствуя, как по щекам текут слезы.
Разговор по душам
Слова Алины повисли в воздухе. Мама ахнула и прижала ладонь ко рту, глаза её округлились. Максим застыл соляным столпом, так и не донеся рюмку до рта.
— Доченька, да что ж ты такое говоришь! — всплеснула руками Ирина Павловна. — Никто тебя не обижал, это всё глупые сплетни и домыслы!
— Ага, конечно! А вы тут чаи гоняете в мое отсутствие просто так, по старой дружбе? — прошипела Алина, сверля их уничтожающим взглядом. — Думаете, я совсем дура? Не замечаю, как вы с Максимом друг на друга смотрите?
Максим наконец отмер. Грохнул рюмку на стол, шагнул навстречу.
— Алина, давай поговорим спокойно. Ты всё не так поняла...
— Да куда уж понятнее! — взвилась девушка. — Я для вас — пустое место. Ни мои чувства, ни моё мнение вас не волнуют. Главное, чтобы мамочке было хорошо, да, Максим Сергеевич? Плевать вы хотели, каково мне!
По щекам побежали злые слёзы. Алина смахнула их рукавом, всхлипнула. Мама шагнула было к ней, но девушка отпрянула.
— Не смей! Не трогай меня! Я на вас смотреть не могу! Вы... вы оба...
Голос сорвался. Алина закрыла лицо руками, сотрясаясь от рыданий. Только сейчас она в полной мере осознала весь ужас ситуации. Насколько сильно её предали самые близкие люди.
— Хватит истерик! — рявкнул Максим. — Ирина, ты позволишь? Мне надо поговорить с твоей дочерью наедине.
Мама нерешительно кивнула. Бросив на Алину виноватый взгляд, тихо ушла в другую комнату. Щёлкнула дверь — и в кухне повисла гнетущая тишина.
Максим тяжело опустился на стул. Вздохнул, провёл рукой по волосам.
— Присядь. Нам и правда нужно всё обсудить.
Алина нехотя плюхнулась напротив. Сложила руки на груди в защитном жесте. Сейчас она меньше всего хотела говорить по душам. Но выбора, похоже, не было.
— Послушай, — начал Максим, глядя ей в глаза. — Между мной и твоей мамой ничего нет. И быть не может. Да, мы давние друзья, да, иногда встречаемся, чтобы вспомнить юность. Но не более того.
— Конечно, так я тебе и поверила! — фыркнула Алина. — А как же те слухи? Про ваше свидание в ресторане? Уж не затем ли, чтобы юность вспомнить?
Максим устало потёр переносицу.
— Господи, ну какие свидания? Мы просто поужинали вместе после работы. По-дружески. Ирина — замечательная женщина, но я не испытываю к ней никаких чувств. Кроме дружеских.
— Ага, конечно. А тут зачем тогда околачиваешься? Зачем коньяк распиваете? — не унималась Алина. В душе всё клокотало от обиды.
— Я пришёл поговорить. С тобой. О нас, — веско произнёс Максим. — Понимаю, со стороны всё выглядит двусмысленно. Прости, что невольно задел твои чувства. Но, поверь, у меня и в мыслях не было начинать роман с Ириной.
Алина молчала, кусая губы. Как хотелось поверить! Просто взять и поверить, что всё это — глупое недоразумение. Что её чувства взаимны, и у них с Максимом есть будущее...
— Тогда зачем ты надо мной издевался? — выдавила она. — Зачем подавал надежду, флиртовал? Я же видела, как ты на меня смотрел! А потом оттолкнул, как надоевшую игрушку. Знаешь, как это больно?
Максим тяжело вздохнул.
— Алина, пойми. Ты чудесная, красивая девушка. Ты мне очень нравишься, правда. Но я... я просто не могу дать тебе то, что ты хочешь. Не могу обещать серьёзных отношений, свадьбы, семьи. Моя жизнь — это бизнес, карьера. Я привык брать от жизни всё, но не люблю обязательств.
И, видя, как в её глазах разгорается негодование, торопливо добавил:
— Знаю, тебе сейчас больно и обидно. Ты имеешь полное право злиться. Я повёл себя как последний м***к, играл твоими чувствами. Каюсь, увлёкся, поддался мимолётному порыву. Мне казалось, ты понимаешь правила игры.
— Какие ещё правила? — всхлипнула Алина. — Ты принял меня за офисную деваху легкого поведения? А на самом деле тебе на меня плевать?
— Нет! Не плевать! — вскинулся Максим. — Просто... Просто я не подхожу тебе, пойми. Ты достойна гораздо большего. Достойна человека, который полюбит тебя всем сердцем. А я... я не умею так. Прости.
Алина молчала, глотая слёзы. Как больно, как невыносимо больно! Даже сейчас, когда он, по сути, отвергает её, внутри всё трепещет от его близости. От бархатного голоса, от пронзительного взгляда серых глаз.
— Алина, послушай, — заговорил Максим после паузы. — Я очень ценю тебя как специалиста. И как человека. Ты потрясающая, правда. Не хочу, чтобы наши отношения испортились из-за моей глупости. Давай просто забудем обо всём. Сделаем вид, что ничего не было. Я не стану к тебе лезть, а ты постарайся воспринимать меня просто как начальника. Идёт?
"Легко сказать — забудем! А мне теперь с этим жить", — хотела было выпалить Алина, но осеклась. А что толку спорить? Всё равно Максим прав. Не судьба им быть вместе, и незачем бередить рану.
— Хорошо, — глухо произнесла девушка. — Я постараюсь. Но мне нужно время. Чтобы... чтобы прийти в себя.
— Конечно, — кивнул Максим, поднимаясь. — Я всё понимаю. Спасибо, что выслушала.
Он помялся у двери, словно хотел ещё что-то добавить. Но потом лишь махнул рукой и вышел.
Алина без сил опустилась на стул. Слёзы душили, комом стояли в горле. Хотелось кричать, биться в истерике. Но даже на это не было сил.
Из комнаты выглянула мама. Робко приблизилась, погладила дочь по голове.
— Алиночка, девочка моя... Ну не плачь. Всё образуется, вот увидишь.
— Уйди, а? — глухо отозвалась Алина. — Оставь меня. Тебе хорошо говорить — у тебя вон какой любовник нарисовался.
— Да никакой он мне не любовник! — возмутилась Ирина Павловна. — Господи, да когда ты уже поверишь? Ну нет у нас с Максимом ничего! И не было никогда! Просто... просто так совпало.
Видя, что дочь не реагирует, она вздохнула.
— Эх, молодо-зелено. Думаешь, если мужик на тебя глаз положил — всё, любовь до гроба? Ох, наивная ты у меня. Максим — он хоть и орёл, но гулёна тот ещё. Ему бы юбку новую, а не серьёзные отношения. Забудь ты его, найдёшь ещё своё счастье.
— Да какое счастье? С чего ты взяла? — огрызнулась Алина. — Может, он — любовь всей моей жизни! А ты всё испортила, всё разрушила! Предательница!
Ирина Павловна отшатнулась, в глазах блеснули слёзы.
— Ну и дура! — выдохнула она. — Ещё наплачешься со своей любовью, попомнишь мои слова!
И, всхлипнув, скрылась в спальне. А Алина осталась сидеть на кухне, уставившись в одну точку. В душе было пусто и гулко, словно колокол ударили. И всё внутри дрожало и звенело от боли.
"Ну вот и поговорили, — мелькнуло в голове. — Что теперь? Как дальше жить?"
Ответа не было. Впереди маячила унылая неизвестность — без надежд, без иллюзий, с разбитым вдребезги сердцем. И как собрать его по кусочкам — Алина не представляла.
Примирение
Утро выдалось на удивление солнечным. Яркие лучи пробивались сквозь шторы, золотили пушистый ковер и стопку журналов на столике. Алина поморщилась, натягивая одеяло на голову. Проснуться и встретить новый день — сейчас это казалось немыслимым.
Голова раскалывалась после вчерашних слез. В горле стоял ком. Да и на душе было препаршиво. Все то, во что Алина верила, на что надеялась — рухнуло в одночасье. И теперь нужно было как-то склеивать осколки, учиться жить с разбитым сердцем.
"Ты сильная, ты справишься!" - подбадривала себя девушка, с трудом поднимаясь с кровати. Несмотря ни на что, сегодня предстояло идти на работу, встречаться с Максимом, делать вид, что все в порядке. От одной только мысли мутило. Но выбора не было.
Приведя себя в относительный порядок, Алина выскользнула из комнаты. Мама уже хлопотала на кухне. При виде дочери она вздохнула и, отведя взгляд, тихо произнесла:
- Кофе будешь? Свежий, только заварила.
Алина молча кивнула. Обида на мать и не думала проходить. Ее внезапное сближение с Максимом, их секретные встречи и недомолвки — все это больно ранило. И пусть между ними ничего не было, Алину терзали противоречивые чувства. Словно родной человек предал, нанес удар в спину.
Завтракали они в гнетущем молчании. Только звякали ложки о края чашек. Ирина Павловна то и дело открывала рот, собираясь что-то сказать. Но натыкалась на ледяной взгляд дочери и сникала. Пара дежурных фраз ни о чем — вот и вся беседа.
Уже у дверей, надевая туфли, Алина не выдержала. Обернулась и в сердцах бросила:
- И все-таки, мам, зачем? Зачем ты это сделала? Неужели тебе так приятно было уязвить меня? Самоутвердиться за мой счет?
Ирина Павловна побледнела. Шагнула к дочери, протянула руку — но та отстранилась.
- Глупая ты, Алина! Ни о чем таком я и не думала! Максим - просто мой давний приятель, и ничего больше. А вот ты влюбилась, потеряла голову. И теперь страдаешь, сама не зная от чего. Я пыталась уберечь тебя, открыть глаза. А ты решила, что я враг тебе.
- Ага, конечно! Заботливая мамочка! - горько хмыкнула Алина. - А о моих чувствах ты не подумала? О том, каково мне видеть вас вдвоем, делить любимого мужчину с собственной матерью?
- Да нет у нас ничего, пойми ты! - всплеснула руками Ирина Павловна. - И не было! А даже если бы и было — что с того? Неужели мне теперь и жизни нет из-за твоей блажи?
Алину передернуло. Блажь?! Ее искренние, светлые чувства — блажь?! Слезы подступили к горлу, но девушка усилием воли подавила их. Хватит! Никаких больше рыданий и истерик. Она сильная. Она справится.
- Знаешь, мам, - ровным голосом произнесла она. - Я тебя услышала. И приму к сведению. А теперь, прости, мне пора. Хорошего дня.
И, круто развернувшись, Алина хлопнула дверью. Только в лифте дала волю слезам. Нет, это не должно выбить ее из колеи. В конце концов, ее никто не предавал. Максим четко все объяснил - она просто придумала то, чего нет. Влюбилась, нафантазировала. А маме и дела нет до ее душевных терзаний.
С этой мыслью Алина и переступила порог офиса. Постаралась задвинуть в дальний угол все переживания, сосредоточиться на работе. Улыбалась сотрудникам, шутила, браво рапортовала о новых проектах. Вот только в глаза Максима старалась не смотреть. Слишком больно, слишком свежа рана.
День тянулся бесконечно. Монотонно гудели кондиционеры, шуршали отчеты в принтере. Алина с головой ушла в дела - лишь бы не думать, не вспоминать. Цифры, графики, планы - за ними можно было спрятаться от всего мира.
Так прошла неделя, другая. Алина держалась. Исправно появлялась на работе, безукоризненно выполняла свои обязанности. С Максимом пересекалась лишь по необходимости. Он тоже не стремился лишний раз заговаривать. Видимо, наученный горьким опытом, теперь держал дистанцию.
Дома атмосфера потихоньку смягчалась. Ирина Павловна взяла за правило готовить дочкины любимые блюда, ненавязчиво интересовалась делами. Алина скупо отвечала, но потихоньку оттаивала. В конце концов, мама желала ей добра. Пусть и в своей извращенной манере.
Однажды субботним утром, уже собираясь на очередной забег по магазинам, Алина застала маму на кухне. Та сидела за столом, подперев рукой щеку. Перед ней лежал раскрытый альбом со старыми фотографиями.
- Ой, Алинушка, - смущенно заулыбалась Ирина Павловна. - Вспомнила молодость, решила полистать. Смотри, какая я тут красотка! А вон твой папка, совсем еще мальчишка.
Алина подошла, заглянула через плечо. С пожелтевших снимков на нее смотрели юные, сияющие лица. Мама совсем девчонка - тонкая, звонкая. И папа - высокий, кудрявый, лихой. И глаза у обоих - влюбленные, пьяные от счастья.
Что-то кольнуло в груди. Дрогнули губы. Алина осторожно коснулась хрупкого снимка, погладила.
- Вы тут такие красивые. Такие... настоящие.
- Ох, и любовь у нас была настоящая, - вздохнула мама. - Такая, что в дрожь бросало. Такая, что сердце из груди.
Алина не выдержала, опустилась на стул рядом.
- А потом? Что случилось потом?
Ирина Павловна поджала губы. Глаза заблестели.
- А потом... Потом твой отец решил, что семья ему не нужна. Что путы и обязательства не для него. Что он достоин большего, чем быт и пеленки. И ушел. Оставил меня с грудной дочкой на руках.
Она судорожно всхлипнула, смахнула невидимую слезу.
- Я ведь тоже думала - любовь до гроба. Всем сердцем в это верила. А оказалось - не всем дано пронести это через годы. Кому-то вечно приключений охота. Как Максиму твоему.
Алина не нашлась, что ответить. Комок подкатил к горлу. Значит, вот в чем дело. Вот почему мама так противилась ее чувствам, вот откуда недоверие и желание защитить. Она и сама обожглась, и дочь хотела уберечь.
- Прости, - тихо произнесла девушка, накрывая мамину руку своей. - Прости, что не понимала тебя. Не верила. Думала, ты со зла.
- Ну что ты, глупенькая, - шмыгнула носом Ирина Павловна. - Какое зло? Одно добро на уме было. Да только разве ж юную любовь удержишь доводами разума? Ты ж вся в меня - сердцем живешь, душой.
Они помолчали, глядя на альбом. За окном расцветало нежное утро. Где-то во дворе галдели птицы. Шуршали шинами первые машины.
- Знаешь, мам, - нарушила тишину Алина. - А я ведь благодарна тебе. За науку. Пусть и горькую. Но теперь я точно знаю, чего хочу. И главное - чего не хочу. Не хочу быть чьей-то мимолетной прихотью. Игрушкой, которую берут в руки и тут же бросают. Я достойна любви. Искренней, глубокой. И дождусь ее.
- Конечно, дождешься, милая моя! - всплакнула мама, порывисто обнимая. - Куда ж она денется, любовь твоя? Обязательно найдет. Только ты гляди в оба. Сердце слушай, но и головой думай.
- Договорились! - улыбнулась сквозь слезы Алина.
Они еще долго сидели вот так, обнявшись. Листали альбом, смеялись и плакали над старыми снимками.
Той же ночью Алине приснился удивительный сон. Она видела себя в белом платье, с букетом ландышей. Рядом стоял мужчина - высокий, статный, до боли знакомый. Он смотрел на нее с такой любовью, с такой бесконечной нежностью, что дух захватывало. А кругом раскинулось море цветов и зеленые холмы до горизонта.
"Ты моя судьба, - шептал мужчина, целуя ее руки. - Ты моя половинка. Я ждал тебя целую вечность".
Проснувшись, Алина еще долго лежала, боясь шевельнуться. Странное чувство не покидало. Будто и наяву это не сон, а предчувствие. Знак, что все будет хорошо. Что ее любовь уже близко.
В понедельник, придя в офис, она первым делом постучала в кабинет Максима. Тот удивленно поднял брови, кивнул, мол, входи.
- Я хотела сказать, - без предисловий начала Алина. - Что благодарна вам. За урок. За то, что помогли расставить приоритеты. Я больше не злюсь и не обижаюсь. Я... отпускаю вас. И себя.
Он вдруг поднялся из-за стола, шагнул к ней. На секунду Алине показалось, что сейчас он обнимет ее. Или поцелует. Но Максим просто протянул руку для рукопожатия.
- Друзья?
- Друзья, - эхом откликнулась она. И почувствовала, как с души падают последние оковы.
Все изменилось. И ничего не изменилось. Солнце по-прежнему вставало над городом, люди спешили по делам. Алина все так же утром заваривала кофе, хрустела круассанами, красила губы перед зеркалом. Но что-то неуловимо сдвинулось в ее сердце.
Там, где раньше жила тоска и обида, теперь поселилась тихая умиротворенность. Словно луч надежды пробился сквозь тучи. Словно мир, утратив четкие границы, обрел новые, манящие очертания.
Алина чувствовала - главное еще впереди. Где-то там, за горизонтом, ее уже ждала новая встреча. Ждало ни с чем не сравнимое, ослепительное счастье.
Вам также может быть интересен другой рассказ про любовь: