Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Econs.online

Новогодние «чудеса» в экономике

Когда можно «складывать все яйца в одну корзину»? Как уничтожение стоимости повышает благосостояние? Почему все инвесторы верят в Санта-Клауса? В период зимних праздников в экономике наблюдаются феномены, противоречащие науке, но имеющие вполне рациональное объяснение. Экономической науке в новогодние праздники приходится иметь дело с чудесами. А «экономический анализ» этих чудес помогает понять, что жизнь гораздо шире стандартных экономических теорий. Для Дзена «Эконс» отобрал два новогодних экономических феномена – и их объяснения. «А вдруг окажется, что «Щелкунчик» – гадость…» – писал Петр Чайковский брату Модесту незадолго до премьеры балета, которая прошла в Мариинском театре в декабре 1892 г. Постановка по сказке Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик и Мышиный король» привела в восторг императора Александра III, но разочаровала критиков: они сочли спектакль «безвкусным» и «скучным», а музыку «довольно слабою». «Обычные посетители балета ждут не дождутся того момента, когда, на
Оглавление

Когда можно «складывать все яйца в одну корзину»? Как уничтожение стоимости повышает благосостояние? Почему все инвесторы верят в Санта-Клауса? В период зимних праздников в экономике наблюдаются феномены, противоречащие науке, но имеющие вполне рациональное объяснение.

Фотография ТАСС
Фотография ТАСС

Экономической науке в новогодние праздники приходится иметь дело с чудесами. А «экономический анализ» этих чудес помогает понять, что жизнь гораздо шире стандартных экономических теорий. Для Дзена «Эконс» отобрал два новогодних экономических феномена – и их объяснения.

Экономика «Щелкунчика»

«А вдруг окажется, что «Щелкунчик» – гадость…» – писал Петр Чайковский брату Модесту незадолго до премьеры балета, которая прошла в Мариинском театре в декабре 1892 г. Постановка по сказке Эрнста Теодора Амадея Гофмана «Щелкунчик и Мышиный король» привела в восторг императора Александра III, но разочаровала критиков: они сочли спектакль «безвкусным» и «скучным», а музыку «довольно слабою».

«Обычные посетители балета ждут не дождутся того момента, когда, наконец, снимут с афиши это убогое произведение господина Чайковского, но, кажется, дождутся они этого еще не скоро», – атаковал композитора критик «Петербургской газеты» Николай Безобразов. Его предположение оказалось пророчеством, правда, совсем не в том смысле, который в него вкладывал автор. «Щелкунчик» стал самым востребованным балетом в мире, а главный герой этой сказки – незатейливая деревянная игрушка для колки орехов – превратился в символ Рождества.

Балет П.И. Чайковского «Щелкунчик». Фотография ТАСС
Балет П.И. Чайковского «Щелкунчик». Фотография ТАСС

Балетным компаниям США показы «Щелкунчика» приносят до половины доходов за сезон, и некоторые театры выстраивают свои бизнес-модели вокруг этой постановки. Ее влияние распространяется на всю танцевальную индустрию, стимулируя продажи костюмов, реквизита, сувениров. Влияние одного-единственного спектакля настолько беспрецедентно, что породило даже отдельное, характеризующее его масштаб понятие – «экономика Щелкунчика».

За пределами России «Щелкунчик» впервые был поставлен в Лондоне в 1934 г. Николаем Сергеевым, бывшим главным режиссером балетной труппы императорского Мариинского театра в Санкт-Петербурге, эмигрировавшим из России после революции 1917 г. В США зрители  впервые увидели «Щелкунчика» в 1944 г. в Сан-Франциско. Но основа для «экономики Щелкунчика» была заложена после того, как эмигрировавший из СССР Джордж Баланчин, которого называют отцом американского балета, поставил «Щелкунчика» в Нью-Йорке в 1954 г.

Когда семь лет спустя первая леди США Жаклин Кеннеди объявила «Щелкунчика» темой Рождества в Белом доме и украсила игрушками с персонажами балета елку, «Щелкунчик» уже был в США рождественской традицией.

Чуть позже рождественское «помешательство» на «Щелкунчике» перекинулось в Европу, а сегодня «Щелкунчика» перед Новым годом, похоже, не ставят только в Антарктиде: в 2014 г. балетная труппа Йоханнесбурга станцевала южноафриканскую версию спектакля, в которой действие разворачивается в пустыне Калахари, а в 2016 г. Национальный балет Китая представил собственную интерпретацию балета, заменив мышей драконами.

Исследование, проведенное в 2017 г. в США, показало, что медианная выручка, которую «Щелкунчик» приносит американским балетным компаниям всего за несколько зимних недель, составляет 55% их доходов за сезон и 15% годовых доходов. Некоторые труппы формируются только для того, чтобы оттанцевать «Щелкунчика».

Спрос на «Щелкунчика» неизменно настолько высок, что выручка от его постановки позволяет танцевальным коллективам не только держаться на плаву весь год, но и экспериментировать с другими, менее прибыльными, а иногда и убыточными продуктами, объясняет «экономику Щелкунчика» научный сотрудник Института региональных экономических исследований Университета Таусона в Мэриленде и балерина Эллен Баст.

Доходы от продажи билетов на балет Чайковского – лишь часть его экономического вклада. Балетные компании зарабатывают также на тематических сувенирах и мероприятиях, посвященных «Щелкунчику». В частности, Вашингтонскому балету (в чьем спектакле принц Щелкунчик предстает в образе первого президента США Джорджа Вашингтона) это приносит около $200000 в год.

Легендарный балет Чайковского поддерживает и другие индустрии, смежные с театральной. На «Щелкунчика», как правило, идет вся семья, и такой выход означает покупку цветов для балерин и танцоров, приобретение сувениров, оплату парковки, ужин в ресторане. Зимний хит Чайковского дает работу тысячам людей, а значит, аплодисментов заслуживает не только волшебный танец Феи Драже, но и то, как традиция ходить в канун Нового года на «Щелкунчика» влияет на экономику.

Ралли Санта-Клауса

Как бы невероятно это ни звучало, Дед Мороз часто делает новогодние подарки инвесторам: в последние пять дней торгов уходящего года и в первые два дня наступившего года фондовые рынки, как правило, растут сильнее, чем обычно. Впервые этот феномен, получивший название «ралли Санта-Клауса», в начале 1970-х описал основатель «Альманаха биржевого трейдера» Йель Хирш. Тогда он рассчитал, что с 1950 по 1971 г. семидневное ралли Санты приводило к росту индекса S&P 500 в среднем на 1,5%.

То же самое происходило и в последующие полвека. С 1950 по 2023 г. индекс S&P 500 рос в последние дни декабря – первые дни января в 80% случаев. За 70 с лишним лет его среднее повышение составило 1,3%, и это самый быстрый за год недельный прирост индекса.

Новогодние ралли характерны не только для западных рынков: в 2016 г. американские исследователи обнаружили такой же эффект в странах, которые празднуют Новый год не в ночь с 31 декабря на 1 января, а в другие даты. Проанализировав данные 11 стран, включая Китай, Таиланд и Израиль, где смену года отмечают соответственно в январе-феврале, середине апреля и сентябре-октябре, авторы пришли к выводу, что в среднем в том месяце, на который приходится празднование Нового года, доходность акций на местных фондовых рынках на 2,5% выше, чем в другие месяцы.

Ралли Санта-Клауса наблюдается не только на традиционных финансовых рынках, но и на рынке криптовалютных активов: по оценке CoinGecko, 8 из 10 последних лет крипторынок демонстрировал праздничное ралли с 27 декабря по 2 января – со средним ростом в 3,7%. В то время как, например, на неделе перед Рождеством (25 декабря) рост наблюдался лишь в 5 случаях из 10.

У ралли Санта-Клауса есть еще одно, на первый взгляд плохо объяснимое, свойство. Считается, что если ралли состоится, то рынок покажет рост по итогам всего наступившего года, а если не состоится – то по итогам всего года рынок уйдет в минус. Если Санта не придет на Брод-стрит и Уолл-стрит (то есть в финансовый квартал Нью-Йорка, где, в частности, расположена Нью-Йоркская фондовая биржа), ждите медвежьего рынка, предупреждал Хирш (он даже зарифмовал предсказание, чтобы оно лучше запомнилось: «If Santa Claus should fail to call, bears may come to Broad and Wall»).

Фотография ТАСС
Фотография ТАСС

У правила есть некоторые модификации – например, как более точное предсказание могут рассматриваться первые пять торговых дней года. За последние 73 года, с 1950 г., первые пять торговых дней предсказывали результаты года в 69% случаев. «Я инстинктивно следую правилу пяти дней, несмотря на то что у него нет какой-либо теоретической основы или разумного обоснования», – признавался Джим О’Нил, бывший председатель Goldman Sachs Asset Management и автор акронима БРИК, в январе 2022 г. Тогда индекс S&P 500, хотя традиционно начал расти в конце декабря и за «неделю Санты» был в плюсе, по итогам первых пяти торговых дней нового года снизился. А по итогам всего 2022 г. упал на 18%. Это стало худшим результатом с 2008 г., в котором разразился глобальный финансовый кризис. В первые пять торговых дней 2008 г. (как и за «неделю Санты») индекс S&P 500 также падал. Оба индикатора – пяти дней и «недели Санты» – сработали и в начале 2000 г.: индекс снижался, а в марте 2000 г. лопнул пузырь доткомов, погрузив рынок в трехлетнее падение.

Отсутствие ралли можно рассматривать как ранний индикатор приближения трудных времен, объясняют эту закономерность авторы до сих пор выходящего «Альманаха биржевого трейдера». Но Санта может и ошибаться. Например, в начале 2016 г. S&P 500 снижался, но по итогам всего 2016 г. вырос.

Ралли Санта Клауса пытаются объяснять сразу множеством причин. Во-первых, в последние дни декабря институциональные инвесторы, то есть фонды и профессиональные управляющие, уходят на каникулы, и на «тонком» рынке преобладают розничные инвесторы, которые в целом склонны играть на повышение. Во-вторых, фонды часто продают подешевевшие акции в конце года для оптимизации налогов, а за этой распродажей, как правило, следует рост цен в январе за счет обратной покупки «сброшенных» ранее бумаг. В-третьих, перед Новым годом работники получают бонусы, которые сразу инвестируют. И, наконец, настроение рынков перед праздниками улучшается, а на оптимизме инвесторы склонны покупать, что и повышает котировки. К этому фактору могут присоединяться факторы стадного поведения и самосбывающегося пророчества – если участники верят, что рынок вырастет, то помогут ему это сделать своими же действиями.

За последние десятилетия многое в мировой экономике и способах торговли акциями изменилось – во времена Хирша не было алгоритмической, или высокочастотной, торговли. Не было и сложных деривативов, другой была демография инвесторов: «Многие из исторических данных [подтверждающих «ралли Санты» на длинных исторических отрезках] относятся к эпохе, когда участники рынка были совсем другими», – скептически настроен Джордж Смит, портфельный стратег LPL Financial. Например, одно из недавних исследований не нашло «признаков доминирования Санта-Клауса» на рынке США с 2000 г., другое обнаружило постепенное снижение новогоднего эффекта. Однако работа на новозеландских данных, напротив, нашла его постепенное усиление.

Одно из главных правил фондового рынка – прошлые результаты не являются показателем будущих. На цену акций в любой момент времени влияют десятки факторов, напоминает инвестор и автор популярных книг о финансах Рик Орфорд в колонке для сайта биржи NASDAQ. Совсем отказываться от правила пяти дней не стоит, считает он, поскольку любой индикатор, помогающий разобраться в чрезвычайно сложном фондовом рынке, может быть полезен: «Однако полагаться только на один индикатор для анализа – не лучшая инвестиционная стратегия».