В статье мы собрали десять самых выдающихся пионеров сюрреализма, которые использовали живопись, фотографию, кино и скульптуру, чтобы перевернуть реальность с ног на голову.
Сюрреализм – это основополагающее художественное и литературное движение, возглавляемое французским поэтом Андре Бретоном. Оно продолжало вдохновлять творческие умы во всех сферах с момента своего расцвета в Париже, который длился с 1924 года до Второй мировой войны. Сюрреалисты стремились перевернуть то, что они считали деспотическим рационализмом, охватившим современное общество, подключившись к сюрреализму (высшей реальности) подсознания – идея, продвигаемая психоаналитическими трудами Зигмунда Фрейда. В своем «Манифесте сюрреализма» Бретон призвал своих коллег-художников проникнуть в неизведанные глубины своего воображения, чтобы достичь новых, раскованных способов выражения – будь то гиперреалистичные изображения своих снов или абстрактные «автоматические» рисунки, выходящие за рамки сознательного мышления.
Вскоре художники по всему миру вносили свой вклад в эту концепцию: от множества таинственных фигур бельгийского художника Рене Магритта, лица которых скрыты яблоками, костями и тканями, до потрясающе запоминающейся смеси реализма и фантазии Фриды Кало, рассказанной на языке мексиканского народного искусства.
Здесь вспоминаем десять наших любимых художников-сюрреалистов, которые работали в различных СМИ, переворачивая реальность с ног на голову, и подвергая сомнению устойчивые убеждения общества.
Доротея Таннинг
Новаторская американская художница Доротея Таннинг открыла для себя сюрреализм в Нью-Йорке 1940-х годов, после чего встретила Макса Эрнста, вышла замуж и переехала с ним во Францию. Работы Таннинг «рассказывают истории, запечатленные в личном мире, который она использовала для придания смысла современной жизни». Какую бы среду она ни использовала – будь то живопись, рисунок, «мягкая» скульптура или письмо – цель Таннинг заключалась в том, чтобы добиться трансценденции реальности, представив своей аудитории то, что она назвала «неизвестными, но познаваемыми состояниями».
Многие из ее картин эпохи сюрреализма показывают «растрепанные» женские фигуры в домашней обстановке, изображенные в состоянии чувственной задумчивости, чтобы ниспровергнуть гендерные ожидания, в то время как другие используют более традиционный путь сборки несоответствующих предметов в странные натюрморты, что не менее интригует и вызывает тревожность.
Гертруда Аберкромби
Несмотря на то, что она называла Рене Магритта ключевым источником вдохновения, американская художница Гертруда Аберкромби в значительной степени отвечала за развитие своего собственного блестящего и соблазнительного стиля сюрреализма в далеких окрестностях Чикаго 1930-х годов, где художники и музыканты с любовью называли ее «королевой Гертрудой» (она была близкой подругой Чарли Паркера и Диззи Гиллеспи).
Эзотерические работы Аберкромби могут похвастаться изысканной цветовой палитрой сумеречных пастелей и множеством повторяющихся мотивов – от сов, кошек, лун и неземных фигур до домов, лестниц и дверей. «Меня не интересуют ни сложные вещи, ни банальное, я люблю рисовать простые вещи, которые кажутся немного странными», – однажды заявила художница. «Моя работа исходит непосредственно из моего внутреннего сознания, и она должна даваться легко».
Леонора Каррингтон
Одна из самых выдающихся женщин-сюрреалистов, британская художница Леонора Каррингтон, присоединилась к движению после встречи с рядом его членов в Лондоне во время выставки их работ в 1936 году. После этого у нее возникли романтические отношения с опорой сюрреалистов Максом Эрнстом, которые зажгли их общую одержимость языком снов. Кэррингтон широко исследовала это направление как в живописи, так и в скульптуре.
Художница, эмигрировавшая в Мексику после болезненного разрыва с Эрнстом, отвергла сюрреалистический идеал женщины как окончательной музы, вместо этого обращаясь к животному миру, оккультизму и кельтской мифологии в поисках вдохновения. «Вы можете не верить в волшебство, но в этот самый момент происходит нечто очень странное», – сказала она однажды, выдавая свое причудливое мировоззрение. «Твоя голова растворилась в воздухе, и я вижу рододендроны сквозь твой живот».
Сальвадор Дали
Сальвадор Дали – одно из первых имен, которое приходит на ум при упоминании сюрреализма, отчасти из-за окружающей его сумасбродной мифологии. Он, как говорят, ел большое количество камамбера перед сном, чтобы вызвать яркие сны, держал домашнего питомца оцелота и утверждал, что его неподражаемые усы были антенной для приема сигналов пришельцев. Но на самом деле он опоздал в группу сюрреалистов первой волны.
Когда в 1929 году Дали и его друг, режиссер Луис Бунюэль работали над невероятно творческим (и жестоким) короткометражным фильмом «Андалузский пес», они снискали себе славу среди европейского авангарда. В том же году Дали переехал в Париж, и сюрреалисты с радостью приняли его. Как и они, он в значительной степени опирался на психоаналитические исследования Зигмунда Фрейда, но, в то время как остальные участники были стойкими левыми, Дали предпочитал оставаться аполитичным. Это и было предметом спора, из-за которого он непримиримо порвал с группой в 1939 году.
Мерет Оппенгейм
Швейцарская художница и скульптор немецкого происхождения Мерет Оппенгейм наиболее известна своей покрытой мехом газели чайной чашкой, изобилующей подходящими блюдцем и ложкой – неизгладимой эмблемой сюрреализма и феминистского искусства. Работа 1936 года под названием «Объект» типична для особого подхода Оппенгейм.
Она яростно противостояла подчинению женщин и подвергала сомнению фиксированные представления о женственности, используя в своих работах повседневные предметы домашнего обихода, часто наполняя их эротическими оттенками. Не менее центральным в ее творчестве была связь между мечтами и реальностью, и сюрреалисты подхватили ее идею.
Альберто Джакометти
Швейцарский скульптор и художник Альберто Джакометти больше всего ассоциируется с тонкими бронзовыми фигурами, которые он создал после Второй мировой войны. Он был важным пионером сюрреализма в юности после того, как его подружили с Андре Бретоном. Так же заинтригованный безднами подсознания, Джакометти легко пошел в ногу с группой Бретона и между 1930 и 1935 годами создал серию поразительных, психологически заряженных скульптур, которые, как он утверждал, создавал внутренним взором до их воплощения.
К ним относятся две его основные работы «Point to the Eye» (в которых острый бивень, балансирующий на металлической булавке, наклоняется к глазнице такого же возвышенного безликого лица, чтобы «побудить к активному, хотя бы воображаемому, участию», по словам каталога MoMA 2001 года) и «Cage» (который представляет зрителю абстрактную фигуру в клетке, чтобы исследовать более темные эмоциональные последствия романтической любви).
Клод Кахун
Дальновидный французский фотограф, скульптор и писатель Клод Кахун, урожденная Люси Швоб, переняла свой более известный гендерно-нейтральный псевдоним в 1917 году. Ее автопортретная фотография, изменяющая гендерную принадлежность, позволила ей примерить множество разных образов – от кукол и денди до тяжелоатлетов и пилотов. Они оказали неизмеримое влияние на арт-среду, продолжая вдохновлять художников, включая Синди Шерман, Джиллиан Уеринг и Нан Голдин.
Кахун была ценным членом группы сюрреалистов – Андре Бретон описал ее как «одну из самых любопытных духов нашего времени». Она выставлялась на сюрреалистическом шоу в Galerie Ratton в 1936 году, но ее работы оставались в значительной степени забытыми до 1980-х годов, пока она не была заново открыта и прославлена за свой смелый вызов предвзятым представлениям о самоидентификации. «Под этой маской –еще одна маска. Я никогда не закончу удалять все эти лица».
Ман Рэй
«Я не фотографирую природу. Я фотографирую свои видения», – заявил Ман Рэй, один из немногих американских художников, сыгравших жизненно важную роль в движениях сюрреалистов и дадаистов. Эммануэль Радницки создал свой псевдоним «Ман Рэй» в 1909 году, когда жил в Нью-Йорке. Там он познакомился и подружился с Марселем Дюшаном, что оказало большое влияние на его радикально экспериментальную работу, которая позже ввела его в среду сюрреалистов, после переезда в Париж в 1922 году.
Его уникальный талант к портретной живописи и модной фотографии позволил ему добиться беспрецедентного коммерческого успеха. Ман Рэя мгновенно можно отличить благодаря новаторским техническим разработкам, которые он использовал, включая соляризацию и его одобренные сюрреалистами одноименные «лучографы» (или фотографы).
Луис Бунюэль
Луис Бунюэль был таким же нонконформистом, как и его хороший друг Дали. Считается, что уважаемый кинорежиссер присутствовал на премьере своего вышеупомянутого дебюта «Андалузский пес» с карманами, полными камней, которые можно было бросить в публику, если они оскорбятся его явными проявлениями эротизма и кровопролития. Вместо этого фильм был провозглашен шедевром и ознаменовал прибытие «иконоборца, моралиста и революционера, который был лидером авангардного сюрреализма в юности и доминирующим международным кинорежиссером полвека спустя».
Провокатор, которому нравится бросать вызов буржуазным представлениям о хорошем вкусе, Бунюэль остается одним из самых новаторских и забавных рассказчиков кино. Его мастерская работа переворачивала реальность с ног на голову на каждом шагу – подумайте: «Ангел-истребитель» (о группе гостей, которые по необъяснимым причинам не могут покинуть званый обед) или «Дневная красавица» (с Катрин Денев в роли скучающей домохозяйки, которая тайно поступает на работу в публичный дом, чтобы воплотить в жизнь тайные фантазии).
Марион Аднамс
Родившаяся в Дерби художница Мэрион Аднамс – менее известная жемчужина в области британского сюрреализма, хотя вы, возможно, знаете ее как вдохновителя элегантно эксцентричной коллекции весна/лето 2011 Стивена Джонса «Drifting and Dreaming». Опытный художник, гравер и рисовальщица, Аднамс выставлялась вместе с другими художниками-сюрреалистами – Максом Эрнстом и Генри Муром при жизни, но получила признание, которого она так заслуживает, только после различных посмертных выставок.
Ее захватывающее творчество объединяет множество, казалось бы, не связанных между собой объектов (кости животных, архитектуру, растения и цветы), помещенных в таинственную и обычно уличную обстановку – для завораживающего, сказочного эффекта, напоминающего более изящно переданного Дали.