С Ольгой мы дружим уже больше десяти лет. Познакомились, когда вместе поступали в университет: она приехала из маленького села попробовать свои силы в большом городе.
Наше общение завязалось прямо на вступительных экзаменах. Помню, как перед одним из экзаменов я пригласила её к нам домой.
Она сразу меня очаровала своей простотой и открытостью. Когда Ольга зашла в квартиру, её глаза округлились, и она искренне воскликнула:
— Ух ты, дворец какой! Аня, а вы тут всей семьёй одни живёте? Или соседи есть? У нас такие большие квартиры только в кино показывают.
Я улыбнулась её восторгу и ответила:
— Да, только мы. У нас свои комнаты, и ещё гостиная есть.
Ольга рассмеялась:
— Гостиная, говоришь? А у нас это просто зал. Или зала. Так привыкли.
Тогда я почувствовала, что передо мной человек, с которым легко и приятно. Её искренность и чувство юмора сделали наше общение таким естественным, что мы быстро стали близкими подругами.
Годы учёбы пролетели незаметно, а наша дружба только крепла. Ольга понравилась моим родителям, и она часто оставалась у нас на праздники, когда не могла поехать домой. Её встречали, как родную, с заботой и теплотой.
Время шло. Мы обе вышли замуж. Я переехала в частный дом с мужем, а Ольга обосновалась на окраине города. Они с семьёй живут в однокомнатной квартире, доставшейся её мужу от прабабушки. Удивительно, но даже с двумя детьми они как-то умудряются уживаться в таком скромном пространстве.
Ещё пару лет назад мы часто виделись, поддерживали связь. Но со временем я начала чувствовать, что в нашем общении что-то поменялось.
Это была не физическая усталость, а моральная. Мне казалось, что Ольга начала воспринимать мою доброту как должное. И что хуже всего — она даже не пыталась это скрыть.
Сначала это проявлялось в мелочах. Она вскользь говорила о том, чего не хватает её детям, что превращалось в ненавязчивые намёки.
У нас с мужем один ребёнок, и мы стараемся покупать ему всё качественное. После того как вещи становились малы, я охотно отдавала их Ольге.
Но когда дело доходило до дорогих вещей — колясок, кроваток, фирменных зимних комбинезонов — я предпочитала продавать их. Всё-таки мы с мужем сейчас в непростой ситуации: я временно не работаю из-за беременности.
Ольга, похоже, этого не понимала. Постепенно её просьбы становились всё настойчивее.
Недавно она спросила:
— Слушай, у вас же та прогулочная коляска больше не используется? Можешь мне отдать? Зачем тебе продавать, если нам нужна?
Я ответила, что её уже продала. На лице подруги появилась обида.
— Продала? Аня, серьёзно? Ты же знала, что я её хотела! Мы тут еле сводим концы с концами, а ты свою выгоду ставишь на первое место! Это так на тебя похоже.
Я растерялась. Как так? Виновата в том, что её муж не может обеспечить семью?
Ольга продолжала:
— Конечно, ты же всегда жила лучше всех. У вас всё было, а у нас в деревне дом разваливался. Помню, как твоя мама подарила мне духи на Новый год. Ну зачем мне духи? Лучше бы деньгами отдала.
Эти слова будто ножом по сердцу. Она говорила так, словно годы дружбы ничего не значили.
Я пыталась успокоиться, но в какой-то момент не выдержала:
— Знаешь, Ольга, ты наглая. Мы всегда жили скромно, как все. А мама дарила тебе подарки от души.
Ольга, перебив меня, истерично рассмеялась:
— Конечно, ты же у нас принцесса! А теперь муж богатый, всё есть, а подруге старую коляску жалко.
Её слова окончательно меня добили. Я больше не могла считать её своей подругой.
Когда она развернулась и ушла, я почувствовала, как вместе с ней ушла часть моей жизни.
Дома, едва закрыв дверь, я заплакала. Муж обнял меня и тихо сказал:
— Ты слишком добрая, Анюта. Но знаешь, иногда людям просто не место в твоей жизни.
И я поняла: у меня есть семья, которая меня ценит. А это гораздо важнее, чем фальшивые отношения.
А вам встречались такие «друзья»?