Леонид Георгиевич Енгибаров пояаился на свет в Москве 15 марта 1935 года в семье повара Георгия Саркисовича и домохозяйки Антонины Андриановны.
Их дом в Марьиной роще стал теплым гнездом, в котором семья преодолела военные лихолетья и откуда началась творческая карьера будущего циркового артиста.
В детстве маленький Леня часто просил тетю Евгению Андриановну, преподавателя, читать ему книги или рассказывать их содержание. Отец Енгибарова часто получал вызовы в школу из-за чрезмерной энергии сына, которая беспокоила его ровесников.
Тем не менее, Леня показывал хорошие результаты во всех предметах, особенно в литературе. Его талант обнажал скрытые писательские наклонности, но духовная натура требовала свободы и не могла вписаться в рамки обычной жизни.
После школы Леонид поступил в Институт рыбного хозяйства, однако вскоре перевелся в Московский институт физкультуры. Но занятия спортом не удовлетворяли его стремлений.
Судьба привела его в Государственное училище циркового искусства (ГУЦИ), где он успешно учился. В 1959 году после окончания училища он дебютировал в Новосибирском цирке, а затем был направлен в Ереван в армянский коллектив. Здесь его путь к цирковому искусству начался вместе с близким другом и режиссером Юрием Беловым.
Заметная индивидуальность актера выделила Енгибарова. Он отверг стереотипы клоуна, полагающегося на глупые шутки и костюмы. В преддверии выпуска он увлекся пантомимой, что стало оригинальным шагом, так как такого элемента не было в учебной программе.
Это решение позволило ему соединить акробатику с поэзией. Клоунада Енгибарова — это лирика его души, выраженная в юмористическом ключе.
Он не стремился вызвать смех любой ценой, а заставлял зрителей задуматься, разгадывая философские идеи в каждом движении, а его пластика придавала репризам особую выразительность.
Стиль Леонида Енгибарова вызывал недовольство среди его более традиционных коллег. Некоторые из них полагали, что молодому клоуну-миму не следует применять "необычные упражнения для глухонемых", подчеркивая, что такая форма выражения является неуместной.
В защиту своей бессловесной игры Енгибаров утверждал, что пантомима дает возможность установить контакт с аудиторией с помощью языка жестов, полностью поглощая внимание зрителей. Основной довод в пользу пантомимы заключался в том, что зрители приходят в цирк не слушать, а видеть.
Выдающийся клоун создавал уникальный образ и оригинальный репертуар – именно в этом заключалась его философия. Вдохновляясь работами мастеров, таких как Бастер Китон, Чарли Чаплин и Марсель Марсо, Енгибаров никогда не подражал им.
Его отличительная эстетика сделала его новатором и способствовала формированию нового взгляда на профессию. Наблюдать за Енгибаровым на сцене было захватывающе, поскольку каждый раз он представлял новые, нестандартные образы, которые становились всё более сложными.
Енгибаров действительно много работал. При этом артист часто репетировал самостоятельно, чтобы никому не было видно: он предпочитал создавать иллюзию, что все дается ему с легкостью. Он также постоянно вносил изменения в свои номера – ни одна шутка не звучала у него одинаково. Однако настоящие таланты, к сожалению, не могут похвастаться долгими и счастливыми жизнями. Как только Енгибарова – наконец – официально оценили, он, оказавшись на пороге своего удачного времени, ушел...
Что касается кино, то за свою короткую, но яркую карьеру Енгибаров снялся в более чем десяти фильмах, одним из которых стала художественная лента 1963 года "Путь на арену", выпущенная студией "Арменфильм". Это была первая цветная работа студии, основанная на реальных событиях из жизни выдающегося клоуна.
А Вы помните этого великого человека?