Брайан Мэй вспоминает о создании дебютного альбома Queen под одноимённым названием со смешанными чувствами. С одной стороны, обстоятельства были далеки от идеальных — их заставили записывать альбом в студии Trident в Сохо их тогдашние менеджеры, которым принадлежало это место, используя незнакомое оборудование. Но, с другой стороны, это был первый серьёзный шаг на пути, который привёл их из клубов Лондона на стадионы мира. В интервью для Classic Rock Мэй сказал: «Если оглянуться назад, могу сказать, что я люблю этот альбом. Это действительно хорошее заявление о том, кем мы были в то время — группой на стадии эмбриона, которая начинала разминать мускулы в студии. И, конечно, всегда здорово слышать Фредди таким, каким он был — полным веселья, смеха и новаторства». Эта пластинка недавно была переиздана в виде бокс-сета, дополненного демо-записями и редкими композициями, и получила другое название — "Queen I". В издание также вошла книга, наполненная всевозможными образами, включая рукопис
Брайан Мэй вспоминает о создании дебютного альбома Queen под одноимённым названием со смешанными чувствами. С одной стороны, обстоятельства были далеки от идеальных — их заставили записывать альбом в студии Trident в Сохо их тогдашние менеджеры, которым принадлежало это место, используя незнакомое оборудование. Но, с другой стороны, это был первый серьёзный шаг на пути, который привёл их из клубов Лондона на стадионы мира.
В интервью для Classic Rock Мэй сказал:
«Если оглянуться назад, могу сказать, что я люблю этот альбом. Это действительно хорошее заявление о том, кем мы были в то время — группой на стадии эмбриона, которая начинала разминать мускулы в студии. И, конечно, всегда здорово слышать Фредди таким, каким он был — полным веселья, смеха и новаторства».
Эта пластинка недавно была переиздана в виде бокс-сета, дополненного демо-записями и редкими композициями, и получила другое название — "Queen I". В издание также вошла книга, наполненная всевозможными образами, включая рукописные тексты песен, записи из дневника Роджера Тейлора и несколько потрясающих фотографий, многие из которых сделал Дуглас Паддифут.
Мэй сказал:
«Дуги был другом друга. В то время он работал оператором на BBC, но его хобби была фотография, и у него вошло в привычку приходить на концерты и фотографировать нас. У нас есть снимки Дуги, сделанные ещё в то время, когда мы с Роджером [Тейлором, барабанщиком] были в группе Smile».
На фотографиях Queen начала семидесятых годов запечатлена интимная атмосфера группы на пороге славы.
«Мы выглядим такими молодыми», — говорит Брайан.
The Marquee, 20 декабря 1972 года
«Фредди всегда был рок-звездой, с тех пор как я впервые встретил его, даже когда он жил дома с родителями. Он чувствовал это изнутри. В его сознании он всегда был великим богом на сцене, так он думал и вёл себя. Я понимал, что он станет не просто нашим вокалистом, он станет нашим фронтменом, почти как фигура на корабле. Он был тем, кого люди будут видеть в первую очередь.
Когда я нашёл фотографию, на которой он изображён в свете прожекторов, в очень необычных позах, я подумал: "Вот что мы должны использовать на обложке нашего первого альбома". Вместо того чтобы изображать нас четверых на обложке, мы должны сделать Фредди нашей эмблемой". Поэтому я раздобыл ещё одну фотографию прожектора с того же шоу, взял ту фотографию и увеличил её, потом взял эту, использовал ножницы, скальпель и клей, соединил всё это, и получилась наша обложка. Я всегда думал, что она похожа на комету, и это был потрясающий образ».
The Marquee, неустановленная дата
«Я познакомился с Роджером через друга, который учился в Имперском колледже. Я дал объявление на доске объявлений о поиске барабанщика, который мог бы играть как Джинджер Бейкер, Митч Митчелл и Кит Мун, и Роджер услышал об этом и связался: "Да, я могу это сделать, давай встретимся".
Мы встретились в джазовой комнате Имперского колледжа. Первое, что он сделал, — настроил свои барабаны. Я никогда не видел, чтобы кто-то это делал. Люди, которых я знал, просто били по ним, так что для меня это было в новинку. И как только он начал играть, я подумал: "Вот это да, я никогда не слышал, чтобы кто-то так играл". Я подключился к нему со своей самодельной гитарой, и тут же всё получилось — это звучало как оркестр.
На этой фотографии видно, насколько мы были близки друг другу, и Джон [Дикон] тоже. Мы хорошо умели считывать эмоции друг друга и чувствовать, что друг у друга на уме. Это продолжалось вплоть до выступления на стадионе "Уэмбли" в 1986 году — это была удивительно слаженная машина».
Гримёрка Marquee
«Это старая гримёрка The Marquee. После ухода со сцены нужно было пройти через дверь, чтобы оказаться там. Там было тесно и пахло многолетним несвежим пивом, но на стене были всякие каракули и рисунки людей, которые здесь играли: Джими Хендрикса, Cream, Yes. Это был такой кайф — побывать там.
"The Marquee" был местом, которое мы знали невероятно хорошо как посетители. Я много раз видел там Рори Галлахера и Taste, мы часто ходили туда на концерты The Nice. Но организовать там концерт самостоятельно казалось невозможным. Джон Ги, отвечавший за это, был недосягаемым человеком, просто из другой вселенной. Чтобы играть в The Marquee, нужно было выпустить альбом, но чтобы получить контракт на запись, нужно было играть в таких местах, как The Marquee. Это была ситуация типа "уловки-22", в которой мы оказались.
Я не помню, как мы наконец-то получили возможность отыграть там концерт, но когда это случилось, это было невероятно. Было ощущение, что мы ступили на святую землю. Все наши герои играли здесь. Мы чувствовали себя воодушевлёнными, играя в этом месте».
Имперский колледж, июнь 1970 года
«Эта фотография сделана в здании машиностроения в Имперском колледже, где я арендовал помещение для наших еженедельных репетиций. Парень справа — Майк Гроуз, наш самый первый бас-гитарист. Майк был большим парнем с крутым звуком, почти как у Джона Энтвистла — очень насыщенным и резким, но в то же время очень глубоким. Но в музыкальном плане он не совсем нам подходил. Постепенно стало очевидно, что мы не на одной волне, и всё развалилось. Я не могу сказать, что мы его уволили, мы просто согласились, что у нас ничего не получится.
Было очень сложно найти басиста, который бы нам подходил. Мы играли с несколькими хорошими музыкантами, но никто из них не подходил. В итоге мы нашли Джона гораздо позже, через друга друга. Он не проходил прослушивание, просто настроился и начал играть. У него было правильное ощущение и правильное звучание, и с ним было легко найти общий язык. Мы просто приняли это как должное, что всё получится. Так и вышло».
The Marquee, неуказанная дата
«Этот топ из первой партии костюмов, которые [дизайнер] Зандра Роудс сделала для нас — вся вышивка сделана вручную. Она была настоящей богемой. В то время она делала себе имя, и мы отправились на её "фабрику" в Бэйсуотере — на самом деле это был крошечный домик, где она кроила и шила, и они вместе с её командой создавали эти замечательные, необычные новые фасоны.
С одной стороны тогда мы были очень самоуверенны и амбициозны. У нас была детская вера в то, что мы должны быть лучше, чем все остальные. Но с другой стороны мы думали: "Боже мой, а действительно ли мы достаточно хороши? Добьёмся ли мы чего-нибудь? Значит ли это что-нибудь?" И, как ни странно, это никогда не проходит. Даже сейчас я всё ещё чувствую это. Я всегда задавался вопросом, а вдруг всё это просто фигня».
Имперский колледж, Лондон, июнь 1970 года
«Это ранняя репетиция. Когда я вижу эту фотографию Фредди, я думаю о том, каким застенчивым он был, несмотря на браваду. Он стеснялся, что его кожа не такая, стеснялся, что его зубы могут быть слишком большими. С одной стороны, он был в высшей степени уверенным в себе человеком, но у него была и другая сторона. Это можно найти у многих артистов, в том числе и у меня. Причина, по которой мы выступаем, заключается в том, что мы можем преодолеть эту застенчивость. Мы пытались сохранить уверенность в себе, когда нас разрывали на куски в прессе, но мы это чувствовали.
В те ранние годы Фредди был совсем не тем певцом, которым он стал позже. Он всегда был шоуменом, но его талант, как в студии, так и на сцене, сильно вырос в те первые несколько лет. Он довольно быстро стал звездой, которой хотел быть».
Пэт и Сью Джонстон, конец 1973 года
«Две дамы поодаль — это Пэт и Сью, которые основали фэн-клуб Queen: Сью слева, а Пэт справа. Они были подругами. Мы часто проводили с ними время в Корнуолле. Они тоже были певицами в фолк-группе, и мы ходили в пещеры в Полперро и пели гармонии. Они сказали, что хотели бы создать фэн-клуб и управлять им, что они и сделали. Позади них вы можете видеть один из самых первых наших плакатов.
Фэн-клуб существует и по сей день. Наши поклонники невероятно поддерживали нас все эти годы, больше, чем другие группы, я думаю. Они поддерживали нас, когда мы отправлялись в странные путешествия. Песни "We Are The Champions" и "We Will Rock You" были написаны, потому что мы поняли, что зрители были такой же частью шоу, как и мы, — мы хотели дать им возможность поучаствовать».
Виннебаго, неуказанная дата
«Этот «Виннебаго» мы арендовали во время нашего первого тура. Мы начали с грандиозной идеи, что будем путешествовать и спать в нём. Ночевать в нём пришлось недолго — было некомфортно, и в итоге мы стали останавливаться в гостиницах на ночь.
Но мы изъездили на нём всю страну вдоль и поперёк. Мы узнавали друг друга, разговаривали и планировали. Это было весело и интересно. Мы были все вместе.
И, конечно, Фредди в своей очень гламурной шубе, которая вовсе не была гламурной. Это изъеденная молью вещь, которую, я думаю, он не смог продать в своём маленьком магазинчике на Кенсингтонском рынке».
Имперский колледж, 2 ноября 1973 года
«Вначале нам было трудно организовать концерты, но Имперский колледж был местом, куда мы имели доступ, потому что я там учился. В самом начале с группой Smile, которая была до Queen, мы играли в трапезной во время перерывов на кофе, а позже мы играли в Большом зале — мы были в самом низу списка, открывая более популярные группы.
Эти фотографии были сделаны в Большом зале. Он кажется огромным, но место было крошечным. Туда можно было запихнуть тысячу человек, но они стояли плечом к плечу. Мы уже играли там раньше. На тот момент альбом только-только вышел, и там уже вовсю шумели. Люди начали слушать наши песни по радио, Джон Пил обратил на нас внимание, и внезапно мы стали получать энергию за пределами нашего круга друзей. Люди осознали, что что-то происходит, и это может им понравиться. Тот концерт стал для нас гигантским шагом. Мы действительно почувствовали, что что-то начинает происходить».
Квартира Фредди Меркьюри, Холланд Роуд, Лондон, 17 марта 1973 года
«Это снято в квартире Фредди. Он жил там с Мэри [Остин, его девушкой]. Это была наша первая настоящая фотосессия. Мы собрали всё, что могли, и решили, что всё это будет излучать гламур эпохи. В основном это вещи из Biba — прекрасного магазина на Кенсингтон Хай-стрит, очень модного, напоминающего о временах славы 1930-х годов. Мэри была менеджером в Biba, так что мы могли брать все эти потрясающие вещи, потому что мы не могли себе их позволить. В какой-то момент я действительно пригласил Мэри на свидание. И тогда Фредди сказал: "О, она с тобой? Я бы хотел пригласить её на свидание". Я сказал: "Думаю, тебе стоит это сделать, потому что на самом деле мы только друзья". А остальное уже история».