В это время в уютной гостиной, в кресле мирно посапывал дедуля. Сквозь сон старик почувствовал легкое дуновение сквозняка и поежился. Плед соскользнул на пол. Коту стало еще зябче, он проснулся и огляделся, пытаясь понять откуда дует.
- Ну вот, теперь еще и вставать придется, - проговорил он вслух, увидев отрытую форточку. Доковыляв до окна, дед захлопнул створку, задвинул шторы и повернулся, думая, как быстрее согреться. Тут его взгляд упал на камин.
- Разожгу очаг, - продолжал сам с собой разговаривать старик. Пожилой кот аккуратно отодвинул развешанные на камине носки, без труда развел огонь, уселся в кресло и снова задремал.
Кузьмич не спеша ехал и довольно насвистывал под нос песенку. Добравшись до леса, он приспособился управлять удочкой и уже считал себя уверенным погонщиком собак. В условленном месте котяра остановил тройку и посмотрел на часы. Было 23.00. Выждав пять минут, он повернулся в сторону холма, убедился, что зрители заняли свои места и с азартом закинул удочку с галошей и погремушкой к носам собак. Дворняги с громким лаем помчались по дороге в направлении к дому счастливого семейства. Ветер бил навстречу, мишура игривыми блестками развивалась вокруг саней, сзади поднимались клубы снега. На повороте на окраине деревни экипаж занесло, и Кузьмич еле удержался, чтобы не перевернуться.
- Папа, мама, смотрите вон сани. Едут сани, - с восторгом заверещали котятки. - А в них дед Мороз! - Восторгу не было предела. Довольные коты прыгали на вершине холма.
Кузьмич подъехал к дому, привязал сани к забору, взял мешок и зашел во двор. Со стороны гостиной к стене была пристроена поленница, по которой кот планировал легко взобраться на крышу. Но это ему не очень удалось. Возраст кота уже был далеко не молодой, да и мешок тянул назад. Мешались и огромные валенки, одетые поверх носок с галошами. Кузьмич тихонько проворчал, с облегчением снял валенки с носками, аккуратно поставил их под окном. Теперь на коте оставались только счастливые галоши. Он уверенно запрыгнул на поленницу, оттуда на крышу и подбежал к трубе. Прежде чем лезть в дымоход, котяра глянул в сторону холма, откуда доносились веселые возгласы. Оттуда оживленно махали лапками котята и, обнявшись хвостиками, сидели их родители.
Дедуля очнулся от непонятного шороха на крыше. Он открыл глаза и увидел, что огонь в камине совсем потух. «Подброшу-ка я дровишек» подумал дед и вышел во двор за поленом. В темноте он обо что-то споткнулся.
- Хорошие валенки хранят на улице, - проворчал старик и занес их в дом. Затем положил полено в камин. Холодная заснеженная чурка не хотела разгораться.
Пытаясь согреться, дед сунул лапу в валенок, но что-то мешало ей проникнуть внутрь. Подцепив это что-то когтями, старик удивленно вытащил шерстяные носки. Принюхавшись к ним, он задергал усами: от носок воняло старым салом. Дед брезгливо и разочарованно швырнул пару к полену так, что сверху посыпались частицы снега и кирпича.
Пока дедуля возился возле камина, Кузьмич сел на край дымохода и начал аккуратно спускаться. Но намазанные салом с налипшим на подошвах снегом счастливые галоши заскользили вниз. Кот решил притормозить. По привычке, чтобы не повредить и без того обветшалую обувку, он выпустил когти только на передних лапах. Это не помогло. Мешок тянул вниз, галоши продолжали движение. Кот не собирался со свистом падать и выпустил когти и на задних лапах. От трения о кирпичи и внезапного прокола изнутри счастливые галоши превратились в рванину, кот почти долетел до дна. Но тут дед семейства, чтобы ускорить возгорание зажёг сразу несколько спичек и поднес их к носкам, пропитанных салом. Содержимое камина полыхнуло. Кузьмич со страшным криком за пару секунд вылетел из дымохода и приземлился за дом в сугроб. Дедуля застыл на месте в шоке от дикого звука, донесшегося из трубы.