#чувства #потеря #депрессия #психологическаяпроза #сныиреальность #прошлое #отношения #конфликт #внутреннийконфликт #одиночество #невысказанныевопросы #внутренниймонолог
Сон не помог, наоборот, стало только хуже, зато кошмары не снились. По крайне мере, так думал Денис.
(ты разговариваешь во сне)
(но почему сейчас?)
(нет, малыш, всегда, не сейчас, а всегда, просто только сейчас тебе об этом сказали)
Температура поднялась до тридцати восьми, но Денис всё равно поехал в университет. По пути он заехал в аптеку и купил жаропонижающего. Выпил сразу две таблетки, не обращая внимания на заинтересованный взгляд девушки-фармацевта.
С момента его последних отношений — настоящих отношений — прошло несколько лет, но заводить новые он не собирался. И не потому, что до сих пор не мог забыть свою бывшую, нет. Дело было не в ней. Дело было в её подруге. В её теперь уже м.ё.р.т.в.о.й подруге.
— Ещё что-нибудь? — предложила фармацевт, — воду? Шиповник? Витамин…
— Нет, спасибо.
Чувствуя на себе её взгляд, Денис приложил айфон к терминалу. Послышался характерный звук, означавший, что оплата прошла успешно.
— Спасибо, — сказал Денис, проигнорировав улыбку девушки, и вышел из аптеки, на ходу засовывая в карман таблетки.
Снег не прекратился, и движение на дорогах было затруднено, так что привычные полчаса до университета растянулись почти на час.
Когда Денис остановился перед очередным светофором, позвонила мама. Он не хотел разговаривать с ней, но иногда делать это нужно было.
— Ждала твоего звонка, малыш, — сообщила она ему, и Денис услышал, как женщина сделала затяжку. Это напомнило парню о том, что он не курил уже… сколько? Минут тридцать? Денис пригладил волос левой рукой и потянулся за пачкой сигарет, которая лежала на пассажирском сиденье.
— Ты обещал перезвонить, — сказала мама. Денис почти не сомневался в том, что перед ней сейчас стоял бокал с шампанским. Полусухим. И он почти не сомневался в том, что действительно обещал перезвонить… когда-нибудь потом.
— Да? — отреагировал он на слова женщины.
— Да, — ответила она.
— Ммм… понятно. Ну… я… был занят.
— Ясно. Но Андрею ты звонишь.
— Ну…
— Ты обещал перезвонить.
Он взял сигарету, опустил стекло и закурил. Дворники смахнули со стекла растаявший снег.
— Я… мам, я как раз собирался.
Она, конечно же, не поверила, но возражать не стала. Видимо, не хотела ссориться.
— Что с голосом?
— Ничего.
— Ничего?
Он сделал затяжку. С наслаждением. Не торопясь. Вот поэтому он звонил отчиму, а не ей: отчим не приставал с вопросами.
— Простыл.
— Что-то серьёзное?
— Не думаю. Обычная простуда. Кашель, насморк, температура…
— Высокая?
Он снова глубоко затянулся, размышляя над ответом.
— Денис?
— В пределах нормы.
— Как лечишься?
Денис раздражённо поморщился.
— Мам… ну, как лечусь? Таблетки пью.
— Какие?
Зажёгся зелёный, но пока Денис доехал до перекрёстка, зелёный сменился красным. Парень раздражённо похлопал ладонью по рулю. До начала тренировки оставалось двадцать минут, а это была последняя тренировка перед завтрашней решающей игрой. Опаздывать не хотелось.
— Мам… ну… какие-то дали в аптеке, — он сделал последнюю затяжку и бросил сигарету в пепельницу, — вроде, помогают.
— Вроде? Ты точно пьёшь таблетки? Или врёшь, чтобы я от тебя отстала?
— Точно. Мам, а мы долго будем обсуждать мою простуду?
Дворники смахнули очередную порцию воды, в которую превратился снег на лобовом стекле.
— Ладно. Ты приедешь на каникулы?
— Мам…
— Денис, вот давай не будем. Не нужно этого «мам». Приедешь или нет?
— Приеду… ну, не на все каникулы. У меня же тренировки, мам… ну, и там… ещё всякие дела.
Снова зажёгся зелёный. Денис ослабил педаль тормоза и медленно двинулся в общем потоке машин. Водитель слева от него включил правый указатель поворота. Денис бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида, удостоверился в том, что Ноут, который шёл следом на ним, держит безопасную дистанцию, и начал плавно притормаживать, чтобы пропустить машину.
— Ну, ты же будешь на дне рождении Андрея? — спросила мама.
— Да, конечно. Просто я не смогу остаться на все каникулы.
Денис подумал об отчиме. Странно, но с ним парню было гораздо легче найти общий язык, чем с собственной матерью. Наверное, всё дело было в том, что отчим никогда не пытался его контролировать. Недопонимания были, конечно, но ему Денис ни разу не сказал «ты не имеешь право лезть в мои дела», как заявил однажды матери, за что и получил от неё пощёчину. Потом он стал произносить эту фразу регулярно. А потом она плеснула ему в лицо мартини…
(не смей так разговаривать со мной)
— Не можешь остаться на все каникулы… — повторила мама таким знакомым ему тоном «сейчас будет скандал», и Денис напрягся. Последнее, в чём он сейчас нуждался, это была ссора с мамой.
— Не можешь ответить на телефонный звонок, не можешь перезвонить, не можешь…
Внедорожник слева от него перестроился в правый ряд. Денис поднял стекло. До университета осталось проехать всего три квартала, но теперь уже Денис не сомневался в том, что опоздает. Нужно было позвонить кому-нибудь из команды и предупредить.
— …написать сообщение… — продолжала мама.
— Мам… звонок по второй линии, нужно срочно ответить, я перезвоню… потом
(когда-нибудь)
— сказал Денис и прервал связь, не дожидаясь ответа. Собственно, главное он ей уже сказал: да, конечно, я буду на дне рождения отчима. Разве не за этим она звонила?
А ведь она ещё не знала, что он не закрыл сессию,
(и не узнает)
не знала, что вчера он поехал на к.л.а.д.б.и.щ.е, вместо того, чтобы пойти на экзамен.
(и не узнает)
Не знала, что он был в городе, но не предупредил их о своём приезде и не заехал домой.
Зато Денис знал, как бы мама отреагировала на всё это.
(ты всегда думаешь только о себе, тебе плевать на тех, кто заботиться о тебе… кто переживает за тебя… любит… зато ты поехал на к.л.а.д.б.и.щ.е к этой сумасшедшей, из-за которой чуть не п.о.г.и.б. Денис, ты в своём уме?)
(нет, нет, нет… она не узнает…)
Но проблема заключалась в том, что она знала. Откуда? Денис понятия не имел, но нисколько не сомневался, что мама была в курсе всего. Ну, или почти всего.
(до завершения установки программы «Абсолютный родительский контроль» осталось около десяти секунд, 15%)
15% — ещё одна причина сбежать в другой город.
Абсолютный родительский контроль…
Он опоздал на тренировку, но отыграл все два часа. С трудом, но отыграл, не представляя себе, как переживёт завтрашние соревнования.
А ещё был экзамен, на который он не явился.
(потом об этом подумаю)
(когда? когда тебя исключат?)
(или будешь звонить отчиму, чтобы поросить его уладить эту проблему?)
— Мне плевать на твою простуду, — сообщил ему тренер, когда измученный парень курил на крыльце главного корпуса, и Денис нисколько не сомневался в том, что всё так и было на самом деле: ему было плевать, потому что только смерть
(разлучит нас)
была уважительной причиной неявки на соревнования. В школе всё было точно так же. Ты не можешь подвести команду. Так себе аргумент, но Денис привык к такому отношению.
И он привык к тому, что не может подвести команду. Зато очень часто он подводил других людей, вообще не задумываясь об этом.
— Пей таблетки… не знаю, что там ещё делают? — продолжал тренер, — короче…
— Я понял, — сказал Денис хриплым шёпотом, пытаясь сдержать кашель. Глаза слезились, и это раздражало, хотелось наорать на тренера, послать его к ч.ё.р.т.у в особо грубой форме и уйти. уйти куда? — прошептали ему на ухо губы женщины в бордовом, — снова сбежим в другой город? предупреди, когда решишься на это, мне нужно собрать вещи. мы сбежим вместе, одного я тебя никуда не пущу, ты же понимаешь. ты мой.
Да. Он понимал.
— Филиппов, ты мне не нравишься в последнее время, — продолжал тренер, внимательно глядя на парня, — ты не подсел случайно на что-нибудь запрещённое?
— Я сплю по два часа в сутки максимум, — устало ответил Денис, отметив про себя, что уже второй человек за сутки говорит ему о запрещённых веществах, — у меня завал по всем предметам, вчера я не явился на экзамен, но у меня были личные причины для этого… на которые всем плевать. А теперь можно мне спокойно покурить?
— Ты мне сейчас хамишь?
— Курить хочу. Спать хочу.
— Делай, что хочешь, мне всё равно, но завтра ты нужен мне здесь. Кстати, курить спортсменам… Хотя, дело твоё. Ты мне нужен завтра здесь.
— Здесь? — язвительно поинтересовался Денис, даже не пытаясь скрыть раздражение, — на крыльце?
— Договоришься, — беззлобно сообщил ему тренер.
— И что вы мне сделаете? — вяло поинтересовался Денис, — выгоните из команды? Опять? А кто играть будет вместо меня?
— Короче, Филиппов, ты меня понял. Понял? Чтобы не получилось как в прошлый раз.
— Обязательно об этом напоминать? — поинтересовался Денис с лёгким раздражением.
— Собственно, нет. Необязательно, ты прав. Но лишним не будет. Ты нашёл общий язык с этой девчонкой? Как её там? Григорьевой.
— Нет.
Думать о завтрашнем дне не хотелось от слова «совсем». Глаза резало даже от тусклого света пасмурного дня. Боль в мышцах усилилась. Но температура немного спала, таблетки помогли, и это была единственная хорошая новость.
— Я буду завтра.
— Уж постарайся, — сказал тренер с явным сомнением.
Пошёл ты, — подумал Денис.
Ему нужно было найти старосту, чтобы забрать у неё зачётную книжку, но делать этого не хотелось даже больше, чем думать о завтрашнем дне. Денис предполагал, как Даша отреагирует на его появление, но понятия не имел, как объяснить ей свою неявку на последний экзамен. И вообще, должен ли он был ей что-то объяснять? Она уговорила преподавателя допустить его к сдаче, несмотря на все его прогулы, несмотря на предварительную двойку… и ведь Даша пообещала ей что-то, но… Но ведь он не просил её об этом.
Так себе аргумент.
А ещё ему нужно было найти преподавателя по истории английского языка, чтобы договориться о пересдаче. Ну, или хотя бы попытаться сделать это.
У кафедры его ждала Валерия Сергеевна, преподаватель по стилистике. Красивая и уверенная в себе, как всегда. Как в тот день, когда Денис предложил подвезти её до дома.
Стилистику они изучали один семестр на втором курсе, потом сдали экзамен, но лично для него общение с преподавателем на этом не закончилось. Формат поменялся, но суть осталась. Сейчас уже Денис не жалел ни о чём, но понимал, что связь с замужней женщиной была глупостью. Не стоило этого делать.
— Я звонила. Писала, — сообщила Валерия Сергеевна Денису. Её взгляд напомнил ему взгляд девушки-фармацевта из аптеки. Липкий. Жадный. Эти две молодые женщины, в принципе, были чем-то похожи между собой, по крайне мере, так показалось Денису. Обе были пепельными блондинками. И у.б.и.т.а.я в студенческом парке девушка тоже была блондинкой. А вот их староста была…
(при чём тут моя… наша староста?)
Денис вспомнил многозначительную улыбку Вадима
(твоя, Дэн, да, твоя)
и попытался понять, что она означает. Слова теперь уже лучшего друга были явным намёком на что-то. Что-то слишком очевидное.
(ты называешь её своей, Дэн, это же не просто так, да?)
Денис вдруг чётко осознал, что общается с одной девушкой, но думает о другой. И это тоже означало что-то. Он не хотел думать о Лере? Или он хотел
(да, Дэн, да, твоя)
думать о Даше?
Лера прекрасно знала, что означает такой вот задумчиво-отрешённый взгляд парня. И она прекрасно понимала, что думает он сейчас не о ней. И она прекрасно понимала, что ничего не может с этим сделать. Денис был свободен, она нет.
— Молчишь? Ничего нового. Всё как обычно.
— Хочешь предъявить мне что-то?
— А смысл? Тебе же…
Плевать на всех, ты же всегда думаешь только о себе, — так говорила мать. И именно это сейчас собиралась сказать ему Лера.
— Лера, не начинай. Бесполезно. Ты меня ждёшь? Зачем?
— Решила, что после тренировки ты пойдёшь сюда. Угадала, — негромко сказала Лера.
— Может… не стоит? — негромко спросил Денис и бросил взгляд в сторону кафедры, на которой преподавал муж Леры. Помимо них на этаже было всего несколько студентов, и все они столпились у аудитории в противоположном конце коридора.
— Ты не отвечаешь на звонки, игноришь сообщения, — ответила Лера, — что я должна была делать?
— Ничего. Не ответил и не ответил. Значит были причины.
— Ты не пришёл на экзамен, но сессия у тебя закрыта. Как?
— Никак. Сессия не закрыта, ты что-то путаешь.
— Я ничего не путаю. Что ты пообещал Кологривой? Ты с ней тоже…
— Лера, не сходи с ума, — резко перебил её Денис, — я не с.п.л.ю с преподавателями ради оценок.
— Я ждала тебя вчера, почему не пришёл?
— Не захотел, — ответил Денис.
— С кем ты был? Ты с кем-то был?
В его голове мелькнула безумная мысль: с м.е.р.т.в.е.ц.о.м. она позвала меня, и я пришёл к ней. М.е.р.т.в.е.ц в бордовом платье.
От которого уже не осталось ничего, потому что всё сгнило.
Как бы Лера отреагировала на такой ответ?
Сейчас на Лере была строгая юбка до колен бордового цвета и белая рубашка. Снова бордовый цвет. В голове мелькнуло: её похоронили в белом г.р.о.б.у.
Белый г.р.о.б и бордовое платье.
Белая рубашка и бордовая юбка.
— Денис?
Она не понимала, что ему плохо, хотя это было очевидно.
— Что? — устало спросил Денис, — Лера, что тебе от меня надо?
— С кем ты был?
— Один, — ответил он, спрашивая себя, а должен ли, в принципе, перед ней отчитываться.
— Я ждала.
— Это не мои проблемы.
— Почему не пришёл?
— Просто не захотел.
— И что это значит?
— Что не пришёл, потому что не захотел. Значение какого слова тебе непонятно? У меня были дела.
Валерия Сергеевна схватила его за локоть и подтащила к подоконнику, подальше от кафедры, на которой преподавал её муж. Она была младше мужа лет на десять и старше Дениса лет на пять — он никогда не интересовался её точным возрастом. Двадцать восемь? Двадцать шесть?
— И это всё, да? Я правильно поняла? Ты на это намекаешь? — прошептала Валерия Сергеевна и бросила нервный взгляд в сторону лестницы. Свидетели их разговора ей были ни к чему, но вот так просто взять и уйти она не могла.
— Я тебя правильно поняла? — повторила она и сжала его локоть чуть сильнее. Холодные тонкие пальчики с красными, но не обломанными ногтями. Лера следила за руками.
— Лера, ты замужем. Это неправильно. И нас могут увидеть, — он тряхнул локтем, и женщина разжала пальцы.
— Это стало неправильным только сейчас? — со злостью глядя на него, спросила она, — год всё было в порядке, а теперь вдруг стало неправильным?
— Лера, я не знаю, что произошло, — и это было на самом деле так, он не знал, просто понимал, что им нужно расстаться. Нет, не так. Понимал, что им не нужно больше встречаться.
— Не хочу больше.
— Нашёл мне замену?
— Лера, ты замужем. При чём тут я? Я изначально предупреждал, что…
— …не хочешь серьёзных отношений, я помню.
— Всё правильно. Ты согласилась. И с тех пор не изменилось ничего. Я по-прежнему не хочу заводить серьёзных отношений.
— Ты был с кем-то ещё помимо меня?
— Нет. У меня не было никого, кроме тебя.
— Ты врёшь.
— Если ты сама всё знаешь, зачем спрашиваешь?
— Ты не врёшь?
— Нет. Зачем? Но, Лера, серьёзные отношения мне не нужны. Ты знала об этом.
Именно поэтому Денис решился на связь с ней: красивая, молодая и — принципиально важно — замужем, а это означает, что не будет болтать и требовать от него чего-то.
— Кто она? — спросила Лера.
— О ком ты?
— С кем ты вчера был?
— Один.
— Врёшь. Кто она?
— Говорю же, не знаю… не знаю, о ком ты. Я был один.
— Её ты тоже просто… — начала Лера.
— Отстань. Я не знаю, кто она. Не знаю, о ком ты говоришь.
— Учти, мальчик мой, я так просто тебя ей не отдам. Даже не мечтай.
Пару секунд Денис молча смотрел на Леру, пытаясь понять, что тут вообще происходит. Это было похоже на сцену ревности, но о какой ревности могла идти речь, когда они просто с.п.а.л.и. Иногда. Никаких чувств, никаких обязательств — ничего. Лера согласилась на все эти условия, которые в понимании Дениса подразумевали отсутствие ревности и претензий друг другу. Или что? Он снова ошибся?
— Я не твой мальчик, — прошептал Денис и посмотрел на толпившихся у аудитории студентов. Он мог только надеяться на то, что они ничего не заметили. Хотя сложно, наверное, не обратить внимания на преподавателя, который хватает за руки своего бывшего студента. Заинтересованные, многозначительные взгляды и перешёптывания — это было сейчас последнее, в чём нуждался Денис.
— Заигралась, Лера, — продолжил он, по-прежнему наблюдая за студентами и не глядя на неё, — забудь всё, что было. И не смей приравнивать меня к вещи. Отдам — не отдам. Очнись уже. Тебя не касается… — Денис резко осёкся.
Он невольно подумал о последнем разговоре со своей бывшей девушкой. Я обещала ей поделиться тобой, так она сказала. А потом добавила кое-что ещё…
(я разрешала ей…)
— Всё, Лера, мне надо… — он резко замолчал, увидев старосту их группы. Она только что поднялась на третий этаж. Увлечённые выяснением отношений, они не услышали её шагов на лестнице, и Денис спросил себя, что она успела услышать и, самое главное, понять.
—…идти, — закончил Денис и направился к девушке.
(продолжение👇)
ССЫЛКА на подборку «Прошлое»