ЛЮБИМЫЙ КНИЖНЫЙ
Глава девятая
Копирование и публикация материалов без разрешения автора запрещены.
- А как тот господин может владеть кафетерием, если, по вашим словам, его хозяйка – ваша подруга? – продолжил расспросы капитан.
- А вот это совсем интересно! – воскликнула я, - он выкупил Машкино имущество у какого-то мужика, то ли Хороводина, то ли Карагодина. Значит, тот выкупил его у Машки? Или украл?
Капитан молчал, что-то набирая в интернете, потом спросил:
- Вашу подругу зовут Мария Вячеславовна
- Фестова, - подсказала я.
Он какое-то время еще помолчал, потом откинулся на спинку стула:
- Мария Вячеславовна Фестова закрыла ИП первого декабря. Кстати, а свои документы в сейфе вы когда в последний раз видели?
- За день до обнаружения пропажи, - ответила я, - там у меня наличка. Приезжали наемные работники, украшали фасад здания, расплачиваюсь я с ними обычно наличными.
- Вот вам еще чужие люди! – воскликнул капитан.
- Не, они в магазин в этот раз не заходили, заказов много. С ними на улице расплатились. А деньги я сама из сейфа доставала, - помотала я головой.
- У вас камеры есть в магазине?
- Нет, как то не сподобились, - пожала я плечами, - собирались, но не успели. Только на охрану поставили, когда приходишь, надо успеть снять с сигнализации.
- Сейчас!
Весеновский взял телефон и кому-то набрал, весело поболтал минуты 3, потом задал вопрос и завис в ожидании. А у меня звякнул телефон. Странно, сообщение от Марты. Я в последний раз разговаривала с нею в суде года три назад. Интересно. В сообщение несколько ссылок и фраза «обрадовали комментарии».
Я, ничего не понимая, нажимаю на первую ссылку, а там огромная статья про Тихона Перова, который провел встречу со своими читателями в нашем городе и представил всем свою невесту. Так как это было не электронное официальное издание, а блог поклонницы Перова, то нелестные комментарии не заставили себя ждать. Самый лестный отзыв - немолодая старая дева. Что там было написано еще, рассказывать не буду, но прошлись и по моей фигуре, и по личной жизни, и по моему бизнесу.
Вторая же ссылка была похожа на заказную статью. Там все было полностью обо мне, начиная с момента поступления в университет, и заканчивая сегодняшним днем, но подача была несколько ироничная, я бы даже сказала уничижительная. Я получалась богатой наследницей, которая палец о палец не ударила, чтобы что-то сделать самой. Зато отобрала наследство у несчастной вдовы и младшей сводной сестры, оставив их без средств к существованию. Даже приложены фотографии печальной вдовушки и ее доченьки. Обе в какой-то непонятной одежде, то есть абсолютно понятной для обычных людей, но никак не для Марты. В довершение ко всему на фотографии мачеха стоит в подъезде с ведром и мокрой тряпкой в руках. Как оказалось, мое коварство заставило бедную женщину идти работать уборщицей. Ну кто в это поверит? Где мытье подъездов, а где Марта?! Она то и продавцов в магазинах за людей не считала, и официантов.
Дальше был полный разбор моего внешнего вида, моих любовных неудач, в коих я всегда была виновата, мои фотографии с не самых удачных ракурсов. Откуда у них такие?! И фото из кафе Софии, где Тихон держит меня за руку, вот здесь я получилась неплохо. А еще фотография того момента, когда он заявляет, что я его невеста. И вот этот, прости господи, фотограф, поймал кадр, где идеальный Тихон берет меня за руку, а на моем лице смесь удивления и ужаса что ли? В общем - я там полнейший урод. Полнейший – в полном смысле этого слова – здоровая, толстая корова.
Комментарии под этой статьей я даже читать не стала.
- Что? – встревожился Весеновский, увидев, как изменилось выражение моего лица.
Я ведь думала, что вчерашний день был худшим в моей жизни, ан нет, мы еще не все рекорды побили! Я растеряно протянула ему телефон, он какое-то время изучал статьи, а их там было не две, а больше. Я же все это время смотрела в окно, стараясь не разреветься. Мне так было стыдно перед этим совершенно чужим, женатым мужчиной. Больше всего на свете я не хотела, чтобы он читал это и видел мои неудачные фотографии. Хотя, кого я обманываю? Фотографии обычные, это я неудачная.
Весеновский нахмурился, сдвинув свои широкие брови, провел рукой по каштановым кудрям, и как ему разрешают в полиции носить такую прическу, плотно сжал челюсти. Он поднялся, включил чайник и подошел ко мне. Чтобы быть со мной на одном уровне, ему пришлось опуститься на одно колено. Капитан взял меня за руки и заглянул в глаза.
- Там ведь нет ни капли правды, разве что про вашего жениха-писателя.
Я горько усмехнулась.
- Жених-писатель – это такая же фикция, как и все эти статьи.
- Не понял? – глаза, цвета гречишного меда, внимательно смотрели на меня.
- О том, что я невеста Перова, я узнала там же на встрече с читателями, одновременно с вами. Так Тихон решил оградить себя от своих поклонниц.
- А так разве поступают мужчины? – вырвалось у Весеновского.
- Наверно, - пожала я плечами, - я как-то мало знакома с этим подвидом живых существ, сталкиваться приходилось, но опыт был, мягко говоря, печальным.
Он взял мои ладони, положил их на свои щеки, крепко прижав своими большущими руками и отрицательно покачал головой.
- Так мужчины не делают. Тем более он должен оберегать свою любимую, а не подставлять под удар.
- Да откуда он мог знать? – вяло возразила я.
- Он публичный человек и вполне мог предполагать такое развитие событий. Где он сейчас?
- Вечером, когда вызвала полицию, отправила его в гостиницу, ночью он уехал в другой город на следующую встречу, - спокойно сказала я, потом добавила, - не скажу, что мы не подружились, какие-то чувства вроде между нами есть, но ничего не было, думаю, и не будет.
Зачем я сказала это Весеновскому? Сама не знаю. Может быть, хотела откреститься от знакомства с таким нечистоплотным человеком, как Перов? Хотя, почему же он нечистоплотный? От своих слов он не отказывался, пытался «подкатить» до последнего, даже сообщение утром прислал.
А может я дала понять, что я женщина свободная? По крайней мере, капитан понял это так. Он прижался губами к моей ладони, и я почувствовала его горячее дыхание. Второй рукой он провел по моей щеке, убрал с лица прядь белокурых непослушных волос, большим пальцем скользнул по губам и, как бы спрашивая разрешения, посмотрел мне в глаза. Я моргнула. Весеновский наклонился и легко коснулся губами моих губ. Я замерла, прислушиваясь к ощущениям. А когда он повторил поцелуй, я почувствовала это. Ну то, чего совсем не было рядом с Тихоном. От поцелуя этого долговязого капитана со вздернутым носом и карими глазами, по спине пробежала волна и остановилась где-то в районе живота. И я ответила на поцелуй. Что на меня нашло, я не знаю. Надо было вскочить, дать пощечину, а я делала все то, что мне несвойственно, но о чем только что прочитала в той гадкой статье. Я практически накинулась на малознакомого мужчину, мои пальцы запутались в его вьющихся волосах, гладили затылок. Его руки пробрались под мой полушубок и сдернули меня со стула. Я оказалась на полу, как и он на коленях, сильно прижатая к его телу. А я и не сопротивлялась, только сильнее и сильнее вжималась в его тело, мне это было сейчас очень нужно. Мы целовались и целовались, как ненормальные.
В голове у меня мелькнула картинка, как он входит в магазин с длинноногой красавицей, я попыталась прервать поцелуй и отстраниться.
- Что? – спросил он, тяжело дыша, прижавшись лбом к моему лбу, но не отпуская меня.
- Ваша жена, - пролепетала я.
- Твоя, твоя, а не ваша, - поправил он, пытаясь отдышаться, - это была Лиля, моя сестра, мы двойняшки, и ты ей очень понравилась. Я никогда не был женат.
Скороговоркой пробормотав все это, он снова принялся меня целовать.
В коридоре послышались чьи то быстрые шаги. Мы отпрянули друг от друга. Капитан помог мне подняться с пола и усадил на стул. Весеновский успел только прислониться задом к столу и сделать более-менее умное лицо. Дверь распахнулась.
- Степан Николаевич, - услышала я голос того самого следователя.
Она открыла дверь без стука и замерла на пороге, видимо рассчитывала увидеть капитана одного.
- Слушаю, Ангелина, - улыбнулся он.
Даже несмотря на то, что я обхожусь без помады, губы и щеки Степана были красными, боюсь представить, как выглядела я сама, Хорошо, что спиной к двери сижу. Ангелина эта, кажется, все поняла, не даром следователем работает. Хмыкнула, немного помолчала и продолжила:
- Здесь отдельное поручение по краже в магазине, сам выполнишь, или кто из ребят, сами разберетесь.
Капитан своими широкими шагами пересек кабинет, забрал бумаги у Ангелины и закрыл дверь.
- Вот, - сказал он, подходя ко мне и показывая документы, - первые подвижки по делу, а еще возможность мне сейчас уехать вместе с тобой.
- Куда? – удивилась я и вскочила со стула.
- Едем в магазин, посмотрю сейф, обсудим ситуацию и кое-какие моменты уточним, но только не здесь, - ответил он, беря меня за руку.
- Почему не здесь, - я была в смятении, все происходило слишком быстро.
- Потому что здесь нам не дадут поговорить. Ангелина сейчас рассвистит по всему отделу и каждый посчитает своим долгом притащиться поглазеть на тебя.
- Я не хочу, чтобы на меня смотрели, - испуганно покачала я головой, - я даже в магазин за продуктами сейчас боюсь идти, все на меня будут пальцами показывать.
- Ты сегодня опять не ела? – улыбнулся он, складывая отдельное поручение в папку.
Я смущенно улыбнулась и отрицательно помотала головой. Он обнял меня за плечи, нагнулся и чмокнул в щеку:
- Идем, закажем еду к тебе в магазин, и я все-таки тебя накормлю.
Я немного напряглась в его руках.
- Что такое?
Я снизу вверх смотрела на Степана и не знала, как сказать, чтобы не обидеть его. Я совсем не хотела его отталкивать, но и быть с ним рядом на глазах у других людей тоже не могла. Если бы не Тихон и не эти безобразные статьи. Кстати, моя самооценка было все еще на уровне плинтуса, сильно придавленная блогерами.
Автор Татьяна Полунина
Если вам понравились детективы и вы хотите сказать "Спасибо" автору, можете сделать это переводом на карту СБ 2202 2023 4487 4874 . Рада вас видеть на моем канале!