Она была не то, чтобы очень уж молода или красива. В её внешности не было решительно ничего такого яркого, вроде оперенья удивительной птицы. Она не носила украшения, и не красила свои глаза, как это делала молодая женщина из его подчиненных. Но она была такая, словно в любую минуту может кинуться ему на шею и разрыдаться.
Павел не думал ступать на скользкую дорожку. Но он наступил, проехался и здорово упал. Всё это произошло при свидетелях, которые его подняли, отряхнули, посоветовали надеть менее скользкую обувь.
И Павел пошел дальше, только он был уже не Павел.
Вернее, это конечно был он самый, но, вроде как, и не он. Ему показалось, что его голова плывёт отдельно от ног и хлопает глазами. Ноги привели Павла к зданию, куда он попытался войти, несмотря на то, что свет уже не горел.
Он точно знал, что есть какая-то Ирина. А в руках у Павла пакет с мандаринами. И подарком для Ирины, который он хотел спрятать в какой-то тёмный шкаф. Имя "Ирина" он помнил, а вот все остальное совершенно не понимал.
Покопавшись в пустой голове и в кармане зимнего пальто, Павел обнаружил ключи. Один из ключей подошел к двери. Он открыл, зашел, стал искать куда нужно спрятать подарок для Ирины. А потом понял, что у него ужасно болит голова и хочется спать.
Павел не знал, что добрые люди, которые его поднимали и отряхивали, стащили телефон и бумажник с правами, а машина осталась возле магазина, куда он зашел за мандаринами. Он зашел в чей-то кабинет, покопался в ящике в надежде найти хотя бы что-то от головы. Но ящики были пусты. Тогда Павел немедленно прилег в кресле, предварительно сняв пиджак и накрывшись им.
Утром его обнаружил какой-то незнакомец и женщина с добрым сердцем. Женщина сопроводила Павла в кабинет к столу, где стоял свежесваренный кофе и в воздухе витал кофейный аромат.
Павел сел за стол, погрузился в работу, несмотря на звон в голове. Постепенно к нему возвращались воспоминания: его зовут Павел Игоревич, он директор, и у него есть обязанности - отвечать на вопросы подчиненных.
И Павел отвечал: «Да, попробуйте», «Разрешаю», «А вот это ни к чему».
Он пообедал, хотя не хотел, затем принял от головной боли неизвестно что, заботливо подсунутое доброй женщиной. Он откуда-то знал, что она работает последний год лучше всех остальных.
Павел немного полежал в кресле, закрыв глаза.
А потом к нему вошла новая женщина.
Она была не то, чтобы очень уж молода или красива. В её внешности не было решительно ничего такого яркого, вроде оперенья удивительной птицы. Она не носила украшения, и не красила свои глаза, как это делала молодая женщина из его подчиненных. Но она была такая, словно в любую минуту может кинуться ему на шею и разрыдаться.
В глазах женщины блеснули две слезинки, когда она увидела Павла за столом.
А он не знал, что сказать.
Но он знал, что может задать вопрос.
— Вы ко мне? — спросил Павел.
Она посмотрела растерянно, поджала губы и повернулась спиной, но не уходила.
Платье на ней было совершенно простое, серо-синего цвета, но Павлу казалось, что это его любимый цвет. И еще показалось, что она не хотела заходить, но все таки зашла.
Отпускать такую женщину без чашки ароматного кофе Павел не собирался.
— Стойте! Вы что-то хотели? — спросил он, пытаясь соображать лучше.
— Ничего, — ответила женщина и вышла.
Павел, преодолев головную боль, всё же догнал её у самого выхода, где она торопливо, не застегнув светлый пуховичок с каким-то странным блестящим воротничком, выходила из офиса.
— Подождите! Если вы ошиблись, могу я просто пригласить вас на чашку кофе? Пожалуйста! Я здесь директор, мне достаточно пяти минут, чтобы уйти! И никто не скажет, что рабочий день еще не закончен. Прошу вас!
— Мне больше ничего не надо! Я ухожу!
— Мне тоже больше ничего… не надо, — растерялся Павел, — Я думал, это просто кофе… Постойте!… Догадался! Вы ищете работу? Вы пришли, чтобы… Вы… оставьте хотя бы свой телефон! Мне кажется, я вас… люблю. — Закончил Павел, неожиданно для себя и схватился за лоб.
Женщина уже совсем вышла, но, видно, услышала последние слова и заглянула снова.
— Простите, — сказал Павел. — У меня случайно вырвалось. — Меня зовут Павел. Кажется, я Павел Игоревич, по крайней мере меня так называют. Кто - Паша, кто - Павел Игоревич.
— Я не думала, что…
— Что я вас люблю? — Павел с усилием засмеялся, — Я тоже не думал, но вот так получилось. Вы мне так понравились. Даже в этом мышином платье и без накрашенных глаз. Я вас просто… люблю. Вот так. Ну так что, согласны хотя бы на кофе?
— Нет, — слегка заинтересованно ответила женщина. — Я согласна только если ты сейчас же объяснишь в чем дело. Кто-то заменил меня? Ты испугался? Что случилось?
"Наверное, это старая сотрудница пришла, с которой у меня была любовь, — начал соображать Павел, — Возможно, она уволилась из нашей небольшой компании, потому что замужем... Возможно, я испугался ее мужа... Возможно такое, что я не помню её... А, возможно, что я видел ее на работе только накрашенной и в блузке с юбкой! А тут она пришла в другой одежде, или сильно поправилась… Возможно? Но как же ее зовут? Неужели её зовут Ирина?
— Ирина… — тихо для самого себя произнес Павел, — Ирина, мандарины… Подарок… Шкаф...
— Ты был ночью здесь? — спросила она.
— Да, — согласился Павел.
— А почему телефон выключил?
— Телефон?
Он порылся в карманах и пожал плечами.
— Кажется, потерялся телефон.
— Работы много, да? — спросила она, нахмурившись.
— Да, кажется… Наверное, много. Я присел на кресло, так голова болела… И заснул.
— Ты уже сходишь с ума, Пашенька, — сказала женщина. — Иди к своим лентяям, они там кофе пьют, нас обсуждают. А ты работаешь.
— Кажется, Антонина… Пе… Петровна весь год отлично справлялась со своими обязанностями. Она не лентяйка. И я бы принял такую, как вы на работу, вы прекрасны… Даже в таком платье.
— Да причем тут платье! Я всю ночь не сомкнула глаз! Я все больницы обзвонила, все сводки новостей просмотрела! И тут звоню, а мне говорят, он здесь! В офисе сидит, кофе пьёт, у себя в кабинете! Скажи, ты был один и работал? ... Но как же ты мог? Ты даже не позвонил! Ты испугался, точно... Ну, Паша!
— Я бы позвонил, но…
— Заработался! — Кивнула женщина и наигранно улыбнулась.
Она не бросилась на шею, но ее щеки стали пухлее и румянее, а взгляд стал таким, что на мгновенье Павел забыл о головной боли.
— Вы согласны?
Павел не сказал "стать моей женой", он всего лишь попросил выпить с ним чашечку кофе, хотя его уже мутило от этого запаха, и пить он его точно не собирался.
"Если бы я был чуточку смелее, даже, возможно, женился бы на ней". — подумал Павел.
— Я ухожу! — сказала женщина, — Работай!
— Я бы хотел… провести с вами… всю оставшуюся жизнь! Но можно хотя бы дать мне свой телефон?
— Паша, конечно. Поищу старый, хорошо, что не продала. На, пока возьми мой телефон. Вот!
В руках у Павла оказался телефон в фиолетовом чехле. Он напряженно всматривался в аппарат и не мог понять, шутит она или нет.
— Ну, я пошла! — сказала женщина. — Раз ты занят и даже ночью работаешь. Все понятно, конец года, надо свести концы с концами.
— Вы не уйдете, я … вас… не пущу! Я хочу, чтобы вы стали… моей женой! Я кажется, люблю вас, с первого взгляда! Если вы замужем….
Женщина посмотрела на него испуганно и нахмурилась.
— Ну вот, не надо было так сразу. — испугался Павел, — Сначала кофе, познакомились бы… А я вот так сразу.
— Не понимаю, ты шутишь? — сказала она мягко. — При своих сотрудниках на "Вы" разговаривать… это я еще могу понять… Но остальное? Паша, ты сошел с ума? Я так испугалась. Всю ночь глаз не сомкнула... Неужели ты сошел с ума или решил закончить наши отношения вот так?
— Я просто все забыл, кроме вот этого... Кроме Ирины и мандаринов. И подарка, который я купил и должен от нее спрятать в шкаф. Даже не знаю что за подарок.
— Ты забыл?? Паша?? Мы же с тобой поженились два года назад, когда я хотела уволиться. Потому что ты мне всё… не говорил, что любишь меня!
— У меня так болела голова, что я кажется забыл… Мы поженились???
Спустя три с половиной часа, Павел Игоревич лежал в палате с двумя соседями. И к нему пришла та женщина в прекрасном синей накидке в виде одноразового халата. Она прошуршала бахилами, поставила пакет с фруктами, одеждой и дала ему в руки альбом с фотографиями. Сказала, что там его мама и папа, и теща, а еще был племянник Мишка и сестра Евгения.
— Я только просила тебя заехать и купить мандаринчиков, — сказала она, пока Павел рассматривал фотографии, — Но не просила тебя забывать всё на свете. Особенно про нашего ребенка.
— Что, у нас есть ребенок? — изумился Паша, — А сколько ему лет??
— Он еще только планируется, — смущенно засмеялась женщина. — Мы решили, что с Нового года у нас будет ребенок! Мы утром поговорили, а потом ты не пришел домой. Представляешь, как я себя чувствовала?
— Не представляю, — честно признался Павел, — Но сейчас-то мы оба лучше себя чувствуем, или только я?
— А ты меня вспомнил? — спросила женщина.
— Пока нет, но я тебя все равно люблю. — ответил Павел и улыбнулся, хотя голова нестерпимо болела и начала кружиться.
— Как это возможно? Я его жду, жду... А он просто взял и забыл! Вот как? — спросила женщина, обращаясь к соседям Павла по палате.
— Зато я сразу узнал, что хочу тебя пригласить на чашечку кофе и познакомиться, – шепнул Павел, улыбаясь гордо, что у него такая жена.
— Не сразу, — кокетливо склонила она голову. — Мог и не вспомнить. И что тогда?
— Неужели ты бы ушла?
— Я бы всё равно ждала тебя дома. Пожалуй, придется купить тебе новый телефон в подарок на Новый год. — вздохнула она.
— Я ничего не помнил, но понял, что я тебя люблю. Даже ненакрашенную. И в этом сером балахоне. — сконфузился Павел.
— Ну хватит, это моё платье, а не балахон, — улыбнулась женщина. — Набирайся сил, отдыхай. Все будет хорошо. А я… Я пойду готовиться к Новому году. Жаль, что мы не сможем вместе украсить елку, как всегда. Но ты живой и… и любишь меня. А это самое главное.
"Нет, — подумал Павел, - Самое главное, что ТЫ любишь меня. И пришла. Простила. Фрукты принесла, творожок. Обняла, заботишься. Что ты такая хорошая, добрая у меня. А ведь кто знает, чем я занимался всю ночь! Я же этого не помню! Вдруг я ступил на скользкую дорожку? Мало ли… Хоть бы не натворил чего!"
И Павел испуганно закрыл глаза. И принялся молиться, чтобы он был хорошим человеком, а любимая жена не узнала чего-то такого этакого про него.
Как именно и где он упал, Павел так пока и не вспомнил.
Этого вообще никто не узнал, кроме тех случайных свидетелей из толпы, спешащей по своим делам.
И одного воришки.
Воришка подумал, что сможет сбыть телефон, денег получить. Но он выбросил бумажник с правами в мусорный контейнер, не рискнув воспользоваться картой. А телефон выбросил на следующий день в сугроб.
Впервые он ступил на эту скользкую дорожку, то есть, как говорит определение этого фразеологизма - начал преступную жизнь, в этот день ограбления Павла.
Начал и тут же закончил. Он решил вернуть награбленное.
Странное дело, воришке захотелось вернуть всё тому мужчине. Очень захотелось. Казалось, что если он не успеет вернуть до Нового года, что-то важное случится, или наоборот не случится.
И повезло - бумажник выудил, телефон откопал. Поискал в интернете по фамилии, имени, отчеству, указанному в правах. "Павел Игоревич Вешняков" нашелся среди фото руководителей одной фирмы, по известному воришке району.
И зашел он в офис с пакетиком. И встретила его там девушка, которая поведала удивительную историю, как Павел Игоревич, оказывается, в больнице. Потому что память потерял прямо под Новый год.
Девушка взяла награбленное, не зная, что это награбленное.
Воришка глубоко и с облегчением выдохнул, открыл дверь и хотел уйти, как вслед услышал:
— Подождите! Если вы ошиблись и ступили на скользкую дорожку, я никому не скажу. Вы ведь вернули всё? Ничего не украли? ... Тогда я могу просто пригласить вас на чашку кофе. Директора нет и никто не скажет, что рабочий день еще не закончен...
💖© Автор: Алиса Елисеева | Свет моей жизни с любовью и уважением к моим читателям в предновогодние совершенно сумасшедшие денечки.
Пусть у вас всё будет хорошо! Пишите, буду рада вашим комментариям. На фото город Санкт-Петербург. Погода хорошая.
