Полина Викторовна уже много лет занимала пост главврача гинекологического отделения Центральной городской больницы. И вот сегодня у неё не совсем обычные пациенты. Два дня назад в её кабинете раздался телефонный звонок.
«Полина Викторовна, добрый вечер!» — услышав в трубке приятный женский голос, сказала она: «Добрый, — ответила женщина, — с кем имею честь?»
— Мы с вами не знакомы, но я наслышана о вас как о прекрасном специалисте, — продолжила она, — у меня к вам просьба конфиденциального характера. Понимаете, мой непутевый внук вляпался в историю, и если не принять меры, то он исковеркает себе всё будущее, а мы бы этого не хотели, и только вы можете нам помочь.
— Я не совсем вас понимаю, — ответила Полина Викторовна, когда на другом конце провода собеседница на некоторое время замолчала. — Полина Викторовна, подружка моего внука беременна, но нам бы не хотелось, чтобы она родила этого ребенка. Ей нужно сделать аборт. Она, конечно же, на эту процедуру согласна.
— Но так в чём же дело? — недоумевала врач. — Таких пациенток у нас, к сожалению, всё больше. Пусть записывается на процедуру и приходит. Что тут такого секретного?
— Вы не дослушали, Полина Викторовна, — услышав она вновь свою собеседницу, и по интонации было понятно, что женщина подбирает каждое слово. — Срок у нас большой, девочка на шестом месяце, и мы бы не хотели, скажем так, светиться у нас в клинике.
— Нам не нужна огласка, так как люди в городе очень известны. Нам нужно, чтобы всё было проведено тихо, без лишнего шума и свидетелей. Желательно ночью. С точки зрения финансовой стороны вопроса — любая сумма.
Полина Викторовна на минуту замолчала. Такого она не ожидала.
Но женщина была не глупая и понимала, что отказ в подобной ситуации просто исключён, потому что её карьера может закончиться прямо завтра, и выхода у неё не было.
— Подъезжайте через два дня в десять вечера со стороны черного входа, — ответила женщина и положила трубку.
И вот Полина Викторовна сидела у себя в кабинете и смотрела на сидящих перед ней парня и девушку, и в который раз уже пыталась отговорить их от опрометчивого шага.
— Ребят, вы подумайте ещё раз. Это очень серьёзное решение. Возможно, самое серьёзное решение в вашей жизни. Может случиться так, что этот малыш — ваша единственная возможность иметь детей, — сказала она, внимательно посмотрев на молодую девушку.
В жизни случается всякое, а для вас, девушка, это особенно актуально. Десятки тысяч молодых женщин, сделавших аборт, уже никогда не смогут иметь детей. Они остаются бесплодными на всю жизнь и проклинают себя до конца своих дней, что пошли на этот шаг по молодости и по глупости. Молодая девушка сидела молча, склонив голову, и за неё ответил парень.
— Нет, этот вопрос решённый. Не тратьте своё и наше время, это ничего не изменит. С вами, по-моему, всё решили. Делайте свою работу.
Девушка на его слова никак не отреагировала, глаза были припухшими и красными от слёз. Было видно, что ей это решение далось нелегко. Бедняжка, глупое дитя. Мысленно жалела её Полина Викторовна.
— Как же она будет сожалеть о своём решении? Я была такой же дурочкой, а теперь простить себя не могу. Да только поздно уже, ничего не изменить, — подумала женщина. — Женщина с болью в сердце вспомнила, как в семнадцать лет вот так же сидела перед гинекологом и отстранённо слушала уговоры доктора оставить ребёнка, и так же непримиримо отказывалась слушать советы умудрённого опытом врача.
— Я категорически настроена на аборт, — сказала она, — и точка. Полине казалось, что она слишком молода, жизнь только начинается, и меньше всего ей хотелось бы обременять себя пеленками, распашонками и погремушками. Она только-только окончила школу, и сейчас ребёнок совсем не входил в её далеко идущие планы.
— Ведь тогда все её мечты о прекрасном будущем пойдут прахом. А впереди её ждал институт, свадьба, карьера. Конечно же, она ни секунды не сомневалась в своём выборе. Вот только женщина немного просчиталась. Да, и сейчас, много лет спустя, она главный врач больницы. Но одинока и бездетна. Сапожник без сапог.
Ежедневно она принимала роды у счастливых мамочек, любуясь чужими детишками. А сама только во сне видела себя в роли матери и просыпалась в слезах, горечи и разочарованиях. Кроме того, у неё уже был достаточно большой срок. Снова попробовала она уговорить молодых.
— Даже если вам не нужен ребенок, доносите, родите и откажитесь, оставьте в роддоме.
— Поверьте моему опыту, малыш сразу найдёт семью. Очень много пар годами стоят в очереди на усыновление. Мне кажется, вы не до конца поняли свою функцию. Вам нужно не всеми силами постараться изменить наше решение, а избавить нас от ошибки, — продолжила она.
И парень указал на живот девушки. Разговор окончен.
Молодой человек был непреклонен. Полина Викторовна поняла, что продолжать разговор просто бессмысленно. Парня этого она знала. Единственный сыночек местного губернатора Константин. А снимки Кости с этой самой девушкой Ангелиной летали по всем соцсетям, и везде было написано, что это его невеста. Так чего же они так настойчиво хотят избавиться от наследника?
— Денег куры не клюют. Положение отца позволяет спокойно скрыть рождение ребенка до свадьбы, — сказала Полина Викторовна. — Я устала размышлять и уговаривать, — и приступила к своим прямым обязанностям. — Пройдемте, Ангелина. Нужно сдать анализы, а вы, Константин, можете пока ехать домой. Как только всё закончится, я вам позвоню.
Парень кивнул и вышел из кабинета. Проверив все анализы и велев медсестре подготовить операционную, Полина Викторовна пошла переодеваться, на ходу обдумывая сложную операцию. Срок опасный, почти 6 месяцев. Это уже не аборт, это искусственные роды. Как так? Ведь ребенок уже практически сформировался. И теперь она должна взять на душу настоящее убийство.
Слезы навернулись на глаза женщины. Но работа есть работа. После операции девушку перевезли в палату, а Полина Викторовна набрала номер сына губернатора.
— Константин, это Полина Викторовна. Через час можете приходить за Ангелиной. Всё закончилось, — сказала она.
— Как она? — немного помолча выдавил из себя парень. Видимо, где-то в глубине души он всё же за неё переживал.
— С Ангелиной всё в порядке. Если вы об этом, по крайней мере, со здоровьем, прощайте, Костя, — и она положила трубку.
Костя приехал ровно через час. Ангелина, бледная, осунувшаяся, вышла к нему, и они вдвоём покинули отделение. Полина Викторовна, закрывая за ними дверь, услышала слова Константина.
— Ангелинка, ты прости меня, но ты же понимаешь, у нас не было другого выхода.
— Не согласись бы мы так, отец бы нашёл выход из ситуации, и только Богу известно, каким способом, — сказала она.
— Да-да, — кивала та в ответ, — я всё понимаю. Всё будет так, как решил твой папа.
Константин познакомился с ней в ночном клубе, где девушка работала официанткой. Красивая провинциалка сразу привлекла внимание молодого и сбалованного женским вниманием сына-губернатора.
И закрутилась. Костя тут же снял девушке большую квартиру в центре, а сам почти туда переселился. Изредка возвращаясь домой, отметиться у родителей и захватить кое-что из одежды и карманные деньги. Каждый раз, когда он пересекался дома с отцом, тут же начинались нравоучения.
— Константин, ты собираешься браться за ум? Такими темпами ты ничего не добьёшься и в результате останешься ни с чем.
— Папа, что тебе не нравится? У меня всё нормально. Учусь, как ты и хотел, на факультете иностранных языков. Неплохо учусь, между прочим. Хотя мне это и не нравится. У меня вообще к языкам душа не лежит. Я к техническим наукам больше склонен. Но ты решил, и я послушался. Я всю жизнь делаю так, как ты хочешь.
— Сын, я сейчас не об учёбе.
— Что за новая пастья у тебя появилась? Везде выкладываешь фотографии с ней. Если не ошибаюсь, она простая официантка. А вот теперь внимание, вопрос: поприличней никого не было, но, во-первых, она официанткой больше не работает, — ответил Костя, понимая, что ничем хорошим этот разговор не закончится.
— Ангелина сидит дома и ждёт меня с учебы, — сказала она. — Борщи варит и котлетки жарит.
— Откуда она? — ухмыльнулся отец.
— С какой деревни? Она из Сибири, а не из деревни. С маленького городка. Родители простые, рабочие, но она добрая и красивая, и мы любим друг друга.
— Боже мой, что ты там себе напридумывал?
В гневе воскликнул отец.
— Я губернатор.
— Твоя мать — аристократка в третьем поколении, а ты к нам в семью хочешь привезти какую-то голодранку? Без рода, без племени? — любит он. — Да люби тебе никто не запрещает, но не всю, а кругу. Нас-то зачем позорить? Мать бы хоть пожалела, она уже неделю на успокоительных. Может, ты ещё и женишься на ней?
— Ну, во-первых, мы ещё не думали о свадьбе, — возразил Костя.
— А во-вторых, моё будущее — это моё личное дело. Мне выбирать свою половину, потому что мне с ней жить. Я не собираюсь всю жизнь провести с человеком, которого мне выберут родители, и годами терпеть рядом нелюбимую женщину.
— Много тебе самому счастья, — спросил отец, — брак с мамой принёс? Вы же никогда друг друга не любили, живёте как чужие, только на камеру изображаете счастливую семью и удачный брак.
— А вот об этом не тебе судить, мальчишка, — рявкнул отец. — У нас с твоей матерью ровные, дружеские отношения, и это гораздо важнее для крепкой семьи, чем испанские страсти.
Константин махнул рукой и вышел из дома, громко хлопнув дверью. Переубедить его было невозможно.
За него всю жизнь всё решали: что есть, что пить, где и как одеваться, какое образование получать и даже с кем дружить. Вот и сейчас отец опять решил влезть со своими поправками.
А Костя действительно привязался к Ангелине. Она была не такая, как дочери отцовских друзей. Ангелина была простая, без заморочек. Ей было неважно, в каком районе ты живёшь, на какой машине катаешься и из каких последних коллекций твоя одежда. Ему было спокойно и уютно со своей подругой. И парень действительно привязался к ней и уже подумывал узаконить отношения.
Однажды Ангелина встретила любимого у порога, пританцовывая на месте.
— Костик, а у меня сюрприз, — сказала она.
— Дрожу от нетерпения, — улыбнулся парень. — И девушка помахала перед носом любимого узенькой бумажной полоской.
— У нас скоро родится малыш, ты папой станешь, — сказала она.
Молодой человек растерялся, к такому сюрпризу он определённо был не готов.
— Ты не рад? — расстроилась девушка, и она осторожно посмотрела на Костю.
Улыбка моментально исчезла с её лица.
— Рад, рад, конечно, — сказала она, — даже не знаю, что сказать, просто неожиданно. А не рановато нам родителями становиться.
— Костик, это уже от нас не зависит, — надула губки девушка. — Всё уже произошло.
— Черт, как отцу об этом сказать. — Нужно преподнести эту новость аккуратно. — Чувствую, такой скандал будет.
Случилось всё так, как и предполагал Костя. Набравшись храбрости, он с Ангелиной приехал в отчий дом, в резиденцию губернатора. Родители были дома.
— Познакомьтесь, пап, мам, это Ангелина, моя девушка, — сказала она, просияв и поздоровавшись. — Мне очень приятно с вами познакомиться.
Отец, читавший в кресле прессу, свернул газеты и встал.
— Добрый вечер, молодая леди, — насмешливо протянул он. — Присаживайтесь. Кофе, чай? Может, что-нибудь покрепче? Я не очень знаю нынешние нравы молодежи.
— Мне чай, пожалуйста, с лимоном, — ответила девушка, присев в предложенное кресло. — Я вообще-то не пью.
— Отрад нас слышать, — улыбнулся губернатор. — Ну, какие новости? Что хотите рассказать? Вы же не просто так приехали, я правильно понимаю?
— Да, пап, я хотела бы поставить вас с мамой в известность, что мы с Ангелиной собираемся подать заявление в ЗАГС, — сказала она.
— Вот как? — спросил он. — Так, — прищурился отец, — ну, допустим.
— Я надеюсь, вы всё продумали? А жить вы где будете? В съемной квартире? И чем вы будете её оплачивать? Питаться на какие шиши вы собрались? Или ты, Костя, бросишь учебу и пойдёшь работать? Позволь поинтересоваться, кем? Грузчиком, дворником, курьером?
Парень совсем растерялся от слов отца, а тот продолжал язвительно улыбаться.
— Если ты рассчитывал, что я буду содержать твою семью, одевать и кормить вас, куплю вам квартиру, оплачу твою учебу, — продолжил отец, — то тут ты глубоко заблуждаешься. Как только ты женишься, ты сам станешь главой семьи-добытчиком. И вот тогда прощайся с планами на будущее. Так и проживёшь всю жизнь в нищете и, скорее всего, в Сибири.
— Но папа… — в отчаянии воскликнул Костя, — Ангелина ждёт ребёнка, это твой внук, на минуточку…
Мужчина на мгновение потерял дар речи от неожиданного заявления.
— Ты рехнулся? — воскликнул он, придя в себя.
— Не бывать этому, — жестоко заявил губернатор, — мне не нужен безродный внук, и такая уж, простите, невестка из глубокой и далёкой провинции.
— Так что советую хорошенько подумать и избавиться от ребёнка, пока не поздно. Так уж и быть, я оплачу все необходимые расходы, — продолжил он. — На что только не пойдёшь ради спасения сына. Кроме того, предлагаю вам, милая Ангелина, если я не ошибаюсь, подумать о своих родителях. Я оплачу вам образование где-нибудь у вас, в Сибири, и куплю там хорошее жильё.
— Там же, на вашей родине, — ответила Ангелина.
Ангелина в слезах смотрела на Костю, но молодой человек не видел слёз подруги. Он во все глаза смотрел то на отца, то на мать, ища в её глазах поддержки, но понимал, что всё бесполезно.
Парень схватил невесту за руку и быстрым шагом направился к выходу.
— Никогда в жизни я не переступлю порог этого дома, — крикнул он на прощание.
Но, к сожалению, очень скоро понял, что отец прав. Работы не было, деньги тоже заканчивались, а просить у отца было стыдно. А живот Ангелины увеличивался на глазах. И неумолимо приближалось время огромных расходов.
— А где на это брать средства? — Костя не знал.
Он понял, что с первой же проблемой в своей самостоятельной жизни он не справился, так о какой же нитьбе может идти речь. И парень пришёл к выводу, что они не готовы, что их решение было поспешным.
— Пап, что мне делать? — спросил Костя, когда пришёл к отцу четыре месяца спустя.
— Ангелине он не сказал, куда отправился, ведь он знал её реакцию, — ответил отец.
— Сынок, я рад, что ты одумался. Решение твоей проблемы только одно. Конечно, тогда всё прошло бы проще, но и сейчас это не проблема. Всё ещё можно решить. Кому надо, заплатим. С кем надо, договоримся. Всё сделают без лишней суеты. Ты просто представь, какое будущее тебя ждёт без неё.
Отец обнял сына за плечи.
— У тебя такие перспективы, мой мальчик. Это свадьба и ребёнок свяжут тебя по рукам и ногам. Я подумал про твою будущую карьеру, и у меня уже железные договорённости по поводу твоей предстоящей стажировки за границей. Но ты должен быть свободен. Потом женишься на дочери очень уважаемого чиновника из министерства.
— Но ты, пап, — сказал Костя, — это тоже уже решённый вопрос.
— А вот какое будущее выберешь ты, — спросил отец.
— Решай сам, — ответил Костя.
— А как же ребёнок? — прошептал Костя.
— Да ничего, — холодным тоном произнёс отец, — сделаем аборт. Неужели ты ещё не понял?
— Она не должна оставить этого малыша.
— Не хватало ещё, чтобы эта девица заявилась к нам лет этак через десять и устроила тут светопредставление. Все они одинаковые, Костя. Твоя задача — объяснить ей, что если она не захочет по-хорошему, то будет по-плохому, но всё равно будет так, как решим мы.
— Губернатор, — поднялся отец, — хлопнул сына по плечу и добавил: «И всё-таки я рад, что ты одумался, сын. С возвращением.»
А чуть позже Ангелина с мольбой смотрела на Костю.
— Ну что ж, я вижу, сын достоин своего отца. Вы решили купить меня и оплатить убийство своего сына? Хорошо, я согласна. Выбора-то у меня всё равно особого нет.
— Я же правильно тебя поняла, Костя? — сказала она. — Только запомни мои слова. Вам ещё аукнется это решение. Жизнь порой преподносит самые неожиданные сюрпризы. И когда-нибудь вы пожалеете о том, что натворили.
— А через два дня Константин привёз бывшую любимую в больницу, где и произошло то, что произошло. Через неделю губернатор вручил девушке документы на собственность в её родном городке, большую сумму на поступление и учебу.
— А ещё через неделю Ангелина улетела в Сибирь, где начала новую жизнь. И больше Константин никогда её не видел. Молодой человек прекрасно окончил университет, отправился на престижную стажировку за границу, а по возвращении женился на дочери того самого друга отца — высокого чиновника из министерства.
Вскоре Костя получил тёплое местечко в мэрии и посвятил себя новой работе и карьере. Жизнь его текла плавно. Без взлётов и падений ещё бы иметь такую поддержку, как губернатор и министр. Это распланированная, удачно сложившаяся жизнь. Только большую часть своего времени Костя проводил на работе, нехотя возвращая свою собственную квартиру в элитном доме, подаренную отцом на свадьбу.
Он не любил жену. Разумеется, супруга была не виновата, за неё тоже всё решили родители. Но мужа своей любила и старалась облегчить ему жизнь, ухаживая и заботясь о нём. А вот детей молодой семье Бог пока не дал, как бы супруги ни старались. Уже семь лет прошло после свадьбы, но долгожданная беременность так и не наступала.
Отец как-то спросил Костю:
— Константин, ты думаешь меня дедушкой сделать или нет? Я жду не дождусь, когда посажу к себе на колени милого карапуза, и он назовет меня дедулей. Ты вообще в этом направлении работаешь?
— Работаю, пап, — ответил он. — Усилий на работу и уже седьмой год, но не выходит у нас.
— Обратитесь к докторам, если нужно, — продолжил отец. — Отправь жену в заграничную клинику. За деньгами дело не встанет.
— Да всё у неё в порядке, пап, и у меня тоже. Обследовались мы уже и не раз. Врачи говорят, какая-то несовместимость на генном уровне.
— Ну не отчаивайся, сынок. Врачи могут и ошибаться. Всё у вас впереди и всё получится. Ну, а нет, так существует много других способов обзавестись наследником: экстракорпоральное оплодотворение, суррогатное материнство, в конце концов.
— Я немного покопался в интернете. Сейчас, возможно, всё. Были бы деньги, — ответил он. — Так что всё будет нормально.
— Главное не терять надежду и верить, — сказал отец.
— И Костя верил. Но уже не надеялся. Разве что слепая удача принесёт ему долгожданную радость отцовства. А однажды мужчине позвонила консьержка.
— Константин Григорьевич, к вам тут пытаются пройти какие-то люди.
— Кто такие? Чего хотят?
— Женщина с мальчиком. Они не представились, но говорят, что это очень важно.
— Гоните в шею, — равнодушно приказал Константин. — Развелось эфиристов. Опять небось журналюги придумали что-то. Как же они мне всё надоели. Не мытьём так катаньем, только бы сенсации добиться.
Мужчина положил трубку и недовольно покачал головой.
— Вот ведь выдумщики! Как у них фантазии на всё хватает. Крысы-журналистки. В погоде за горячей информацией всякий стыд потеряли, даже детей с собой таскают.
Но на следующий день всё повторилось, только уже на работе. В мэрии ему позвонили с поста охраны и доложили.
— Константин Григорьевич, к вам посетители. Не по записи. Говорят по личному вопросу. Женщина с ребёнком. И она твердит, что это жизненно важно.
— С ребёнком? — переспросил мужчина.
— Ну да, — подтвердил охранник. — Мальчишка, лет девяти. Выгоняйте и больше не пускать даже близко к зданию. Это какая-то подстава, они уже и домой ко мне заявлялись.
— Всё понятно. Выполняем, — ответил Константин.
— Выполняем, Константин.
Константину всё меньше нравилась подобная настойчивость. Это уже ни в какие рамки не входило.
Через день ему позвонил отец и предложил:
— Кость, отпусти своего водителя, и я за тобой сам заеду. Мама ждёт сегодня вас с женой на ужин. За супругой твоей.
— Уже поехали. А я подъеду примерно через час, — ответил он.
Когда Константин уже выходил из мэрии, отец стоял у автомобиля и ждал.
— Привет, пап, — поздоровался мужчина.
— А что за повод? — вдруг в тишине раздался громкий детский крик.
— Папа! — и к Косте подбежал мальчик, запыхавшийся и весь в слезах.
Константин сразу смекнул, что это проделки тех самых журналистов, которые пытались с ним встретиться.
Но прогонять мальчишку не стал, а присел на корточке перед ним и мягко сказал:
— Малыш, я не твой папа. Ты ошибся.
— Ты мой папа, — упрямо повторил ребенок и с такой отчаянной тоской произнёс:
— Помоги мне, папа, спаси меня, я очень хочу жить, я не хочу умирать.
Мужчина растерянно взглянул на отца, они оба ничего не понимали.
— В чём дело? — вдруг к ним подошла молодая женщина и быстро заговорила. Она торопилась, словно боялась, что её перебьют или вовсе прогонят, пока она не закончила свою речь.
— Константин Григорьевич, выслушайте меня, умоляю вас, это действительно ваш сын, и ему реально жизненно необходима ваша помощь. Если бы не это, я бы никогда не посмела к вам обратиться.
Константин взглянул на эту женщину и замер. Её лицо было ему знакомо, но он никак не мог вспомнить, где и при каких обстоятельствах они познакомились. Неожиданно он воскликнул:
— Вы? Простите, я не сразу вас узнал. Вы немного изменились.
— Да, я постарела, — ответила она.
— К сожалению, не могу вспомнить вашего имени, ещё раз простите, — сказала она. — Полина Викторовна, знаю, постарела.
Годы не стоят на месте, но речь сейчас не об этом.
— Моему сыну, точнее, вашему сыну нужна помощь, — продолжила Полина Викторовна. — В тот день, когда Костя с Ангелиной пришли ко мне на приём, я честно выполнила свою работу. Вот только случилось невероятное. На моей практике такого никогда не было. Младенец остался в живых. Это настоящее чудо — слабенький, махонький, но живой. Именно тогда, уложив малыша в кислородную камеру, Полина Викторовна поняла, что жизнь даёт ей второй шанс.
— Шанс искупить свою ошибку молодости, — продолжила она. — Женщина ничего не сказала молодым родителям. Да и какой смысл? Они же решили избавиться от ребёнка, он им не нужен. Они всё для себя уже решили. А Полина Викторовна поняла, что этот крошечный, никому ненужный пациент изменит её одинокую жизнь в лучшую сторону, наполнит её смыслом.
Очень быстро и без лишнего шума она собрала все необходимые документы, благо профессиональной должности главврача позволяла, оформила новорожденного как отказника и тут же его усыновила. Мальчик быстро шел на поправку, ребёнок выходил из кислородной камеры и, наконец, Полина Викторовна забрала его домой. Её жизнь наполнилась смыслом и безумной любовью матери к сыну.
— Олежек, — как назвала его мать, — рос совершенно здоровым и смышленым ребёнком, ни в чём не уступая сверстникам, ни в физической форме, ни отставая в развитии, в кое-чём даже превосходил других детей. Рано начал читать и писать, и вообще стремительно развивался, задавая матери миллионы вопросов. Так что благодаря любознательности сына Полина Викторовна и сама стала больше читать, чтобы объяснять ему на понятном ему языке всё, что интересовало ребёнка.
А в этом году сын пошёл во второй класс. Он у меня отличник, — с гордостью рассказывала женщина. — Но недавно мне позвонили из школы и сказали, что мальчик внезапно потерял сознание. Ни с того ни с сего. Мой Олежек никогда ни на что не жаловался, а тут вдруг такое. Я чуть с ума не сошла от тревоги. Учителя вызвали скорую.
Я встретила его у ворот больницы с сильнейшим волнением. Когда сына увезли на обследование, думала, что сердце остановится. Было ощущение какой-то безысходности. И предчувствие меня не обманули, мой мальчик тяжело болен. Его может спасти только пересадка костного мозга, но для этого нужен кто-то из родителей. Вот поэтому я стала искать встречи с вами.
— Вы же поможете Олегу? — Полина Викторовна переводила взгляд Константина на его отца и обратно. Костя схватился руками за голову и молчал, чувствуя, как его переполняют эмоции. Его сын, родной сынишка, его и любимой девушки, которую он так бессовестно предал в своё время. Не зря тогда Ангелина предупреждала их с отцом о неизбежности наказания.
— Вот оно и нагнало его. А что гораздо хуже? Маленького мальчика, его кровиночку. Первым пришёл в себя губернатор. — Что конкретно мы должны делать? И в какие сроки? Время идёт уже на дни. Операцию нужно делать срочно, уже завтра, послезавтра.
— Я попросила заведующего детским отделением своего коллегу, чтобы он отпустил моего мальчика на пару дней.
— Я надеялась, что когда вы увидите Олежку, то не сможете отказать, — сказала Полина Викторовна.
— Константин, — вышел Константин из автомобиля и подошёл к ребёнку, — ну, здравствуй, сынок.
— Привет, — стеснительно улыбнулся мальчишка.
— Я не могу поверить, что ты жив, — сказал Константин, растерянно глядя на ребёнка.
— Папа, я не умру. Ты меня спасёшь? — услышал он голос сына и вздрогнул от страха.
— Никогда, сынок. Ты никогда не умрёшь, — ответил Константин, прижимая мальчика к груди, с наслаждением вдыхая его милый запах.
До головокружения, ощущая свою причастность к этому счастью.
— Папа, я не умру. Ты меня спасёшь?
— Никогда, сынок. Ты никогда не умрёшь.
Спустя день после необходимых приготовлений мальчику была сделана пересадка костного мозга отца. Вскоре Олежек быстро пошёл на поправку.
Но даже после этого дедушка и папа настояли на курсе реабилитации в лучшей клинике за границей. Когда всё вошло в привычную жизненную колею, созвали семейный совет, чтобы решить, как быть дальше. Константин хотел забрать мальчика себе, но дедушка справедливо возразил, что Полина Викторовна навсегда останется для Олега мамой.
— Моё предложение, Полина Викторовна, заключается в следующем: вы переезжайте к нам в дом, на постоянное место жительства. Я бы хотела принимать участие в воспитании внука.
— Но Полина Викторовна, — ответила она, — я вас прекрасно понимаю и беспредельно благодарна вам за спасение моего сына, но и вы должны понять, что у нас своя жизнь.
— У меня работа, — продолжила она, — у Олега школа, секция и друзья. Но это не значит, что мы отказываемся. Вы можете приезжать к нам в гости в любое время. Мы, в свою очередь, будем навещать вас. Вы сможете брать Олежку, погостить на несколько дней, брать его в отпуск и на отдых, как вам моё предложение.
Женщина внимательно взглянула на губернатора, но внешнее неспокойствие давалось ей с огромным трудом. Она прекрасно понимала, что если этот мужчина захочет отобрать внука, ему будет нужно просто щёлкнуть пальцем. Несколько секунд в ожидании ответа показались ей вечностью. Наконец он улыбнулся и кивнул.
— Мы всегда рады видеть вас в нашем доме, уважаемая Полина Викторовна, — сказал он, — и я безмерно благодарен вам, что вы вновь спасли нашу семью.
Полина улыбнулась и с облегчением вздохнула. Она выиграла. А самое главное, её сын жив, здоров и ещё много-много лет будет радовать свою маму и делать счастливым столько новых родственников.
Если вам понравился рассказ, ставьте палец вверх и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые истории из жизни.
Подписывайтесь на наш Телеграм-канал. - Lif_stories